Наследница проклятого острова

Капитула седьмая, испытывающая на прочность

Десять дней показались мне вечностью. Ярц Эддар — безжалостный, циничный, самоуверенный тиран. Но вот парадокс: чем больше он меня третировал, тем сильнее привлекал. Я бегала по кораблю, плела арканы, читала свитки и тонула в ворохе математических задач. Лучше всего дело обстояло с бегом и историей Аллорана, на них я рассчитывала больше всего.

А в остальном чувствовала себя почти бездарностью. Хотя сдаваться не собиралась. Да и Ярц был то требователен и жёсток, то нежен и ласков. И эти перемены в нём каждый раз сводили меня с ума. Он порой подходил очень близко, держал меня за руки и щекотал шею горячим дыханием. Особенно часто капитан поступал так на занятиях по плетению арканов. Его горячие длинные пальцы ложились поверх моих и направляли. Каждый раз после этих прикосновений у меня в душе бушевал пожар из чувств.

Я уже уверенно делала восемнадцать арканов подряд. Восемнадцать. Не двадцать. И Ярц помогал, пытался расшевелить меня. Со мной происходило странное: когда капитан находился рядом, во мне одновременно бурлили эмоции и колыхалось нечеловеческое спокойствие. Но каждый раз, когда казалось, что вот сейчас он поцелует, вот сейчас заявит на меня свои права — Ярц отходил в сторону, делал шаг назад, убирал руку. И ускользал от меня. Мы играли в чувственную, совершенно новую игру, и я безнадёжно проигрывала. Тянулась за ним, вместо того чтобы позволять ему тянуться ко мне. Капитан выбирал курс наших отношений так же, как курс корабля, а мне оставалось лишь следовать. Эта ведомая роль и раздражала, и казалась упоительно сладкой одновременно.

Я никогда не знала, что Ярц сделает дальше — привлечёт к себе или холодно перечислит мои промахи.

Такие качели выматывали не меньше сложных математических задач. С ними дело обстояло особенно плохо. Я словно не могла ухватить что-то важное. Цифры отказывались складываться в нечто осмысленное, порой мне по десять раз приходилось перечитывать условие задачи, чтобы вникнуть в её смысл. Экзамен по математике начал пугать. Если раньше казалось, что достаточно сбежать из приюта — и передо мной откроются тысячи возможностей, то сейчас я ощущала, будто с каждым часом эти возможности утекают между пальцев и становятся всё призрачнее.

В порт острова Нинар мы вошли по расписанию Ярца — в тринадцатый день последнего месяца года. К этому моменту я могла сплести восемнадцать арканов подряд, написать сносное эссе и сдать норматив по бегу. И этого по-прежнему было слишком мало.

— Когда начнутся вступительные испытания? — спросила я стоящего рядом Ярца.

С палубы открывался потрясающий вид на главный порт и город острова. Десятки или даже сотни парусных судов покачивались на волнах в залитой закатным светом воде. Изгиб белого пирса обнимал изумрудное море, а оно колыхало свои воды, норовя намочить причалы и плеснуть в лицо солёными брызгами.

— Восемнадцатого числа. У нас есть ещё четыре дня на подготовку. Всё необходимое тебе купим, если поступишь, — с ленцой протянул Ярц.

— На вступительных испытаниях я должна быть одета прилично, иначе это запомнят. Так что на один наряд тебе всё же придётся раскошелиться. Даже на два, ведь наверняка никто не проходит вступительные испытания по бегу в платье.

— Вета, тебе не кажется, что ты слишком много хочешь, хотя твои результаты сложно назвать блестящими?

— Будем надеяться, что остальные кандидаты ещё хуже. И потом, я верю, что двадцать арканов у меня получатся. В обед почти получился девятнадцатый.

— Я заметил. Хорошо. Тогда завтра утром отправимся в магазин, а остальные дни ты посвятишь математике. Максимальная оценка за каждый экзамен — сорок баллов или очков, как тебе будет угодно. За каждый невыполненный аркан снимут по два балла. Тебе нужно набрать больше 130 баллов в сумме, чтобы поступить гарантированно. Если общая сумма будет меньше ста, то тебя не примут. Остальное обусловит удача. Когда определится количество гарантированно поступивших, деканат посчитает оставшиеся места и зачислит тех кандидатов, кто набрал больше всего очков. В один год взяли тех, у кого набиралось 102 балла, а в прошлом — отказали тем, у кого было 125. Так что если ты наберёшь меньше 130 баллов, то рассчитывать придётся только на удачу.

— Знаю, — кулаки сжались сами собой.

Я решительно смотрела вперёд. Ярц неожиданно мягким скользящим движением прижал меня к леерам спиной и посмотрел сверху вниз. Его дыхание пахло манго́ровым вином и пьянило, взгляд полыхал синим пламенем, а рука обвила мою талию и тесно прижала к себе.

— Ты должна поступить, Вета. Я в тебя верю.

— Тогда купим все вещи заранее, — озорно улыбнулась я. — А сразу после поступления я останусь в академии. У меня же нет семьи и не с кем провести опоррета́н.

Я надеялась, что он предложит провести праздники с ним. Но это же Ярц. Он не делает то, чего от него ждут другие… только то, что хочет он сам.

— Хорошо. Если такова твоя воля, — после заминки согласился он.

Каска́рр! Теперь это выглядело так, будто я ему отказала!

— Как видишь, пока других предложений нет…

— Мне бы хотелось провести опорретан с тобой, но меня уже ждёт срочный заказ на Тенхи́ре. Я и так сильно протянул с исполнением, мне необходимо выйти в море как можно быстрее. Но я не могу оставить тебя одну в неопределённости. Прослежу, чтобы ты поступила, и уеду. А в следующем году мы снова увидимся, Вета, — вкрадчиво сказал он. — Поэтому твоё предложение остаться в академии мне нравится. Я всё равно проведу опорретан в море и не смогу взять тебя с собой.