Наследница рода книга 2

Глава двадцать девятая

«Цена возрождения»

Я стою на коленях возле его холодного тела, мои пальцы судорожно впиваются в одежду Астора. Кажется, что я вот-вот потеряю сознание от боли, но страх потерять даже малейшую связь с ним заставляет меня держаться. Дождь льет стеной, размывая границы между мной и окружающим миром. Все сливается в одну серую массу, кроме одного — его лица. Бледного, спокойного, мертвенно-холодного...

Я чувствую, как мое сердце медленно умирает внутри, оставаясь единственным источником тепла в этом ледяном мире. Его руки лежат безвольно, я беру их в свои ладони, пытаясь ощутить хоть какое-то движение. Но ничего... Пустота. Абсолютная пустота. Мои слезы смешиваются с дождевыми каплями, образуя мутный ручей, стекающий по моим щекам. Они обжигают кожу, словно кислота, разъедающая остатки моей надежды. Я прижимаюсь губами к его лбу, ощущая ледяной холод. Хочется крикнуть, разбудить его, заставить открыть глаза, увидеть мир вокруг. Но знаю, что это бесполезно. Магия взяла верх, и теперь наша судьба предопределена. Моя жизнь станет тюрьмой для его сознания, а его покой — пыткой для моего сердца.

Время остановилось. Или, может быть, оно ускорилось настолько, что я перестала чувствовать его течение. Остались только боль, одиночество и эта жуткая тишина, нарушаемая лишь шумом дождя и ветра. Я смотрю на его лицо, такое знакомое и чужое одновременно, и понимаю, что больше никогда не услышу его голоса, не увижу улыбки, не почувствую теплых прикосновений.

Моя душа горела огнем гнева и отчаяния. Боль, которую я испытывала, переросла в ярость, направленную исключительно на Селин. Именно она виновата в нашем несчастье, именно она разрушила нашу жизнь одним движением руки. Я встала, шатаясь от слабости, и направилась прямо к ней, готовая разорвать её на части голыми руками.

-Верни его! — мой крик эхом разнесся по пустоши. — Ты вернешь его немедленно!

Но Селин лишь небрежно махнула рукой, отбрасывая меня назад, словно игрушечную куклу. Меня швырнуло на камни, и острая боль пронзила спину. Однако злость заглушила физическую боль. Я вскочила вновь, игнорируя предупреждения Дениса, который пытался удержать меня.

-Остановись, Алин! — его голос звучал тревожно. — Ты ничего не добьёшься! Будет только хуже!

Но я не слушала. Моё сердце жаждало мести, и никакие доводы не могли остановить меня. Я рвалась вперед, несмотря на опасность. Селин же смотрела на меня с холодной ухмылкой.

-Да, он прав, — произнесла она спокойно. — Тебе лучше успокоиться. Иначе будет только хуже. Но не переживай, Алин. Астор проснётся. Проснётся, когда ты умрешь, ведь ваши жизни связаны. А пока что я разберусь с твоей сестрой, Адель. Ведь она предала меня.

Её взгляд переместился на Адель, стоящую неподалеку. Впервые страх отразился в глазах Адель, но она старалась сохранять спокойствие.

-Я могла бы придумать что-нибудь интересное, — продолжила Селин, — но нет. Я просто покончу с тобой, Адель.

Селин резко вытащила из пояса пистолет и направила его на Адель.

-Нет! — крикнул Денис и загородил собой девушку. Селин холодно улыбнулась и произнесла одно слово:

-Да, это конец, — заявила Селин.

Я стояла в полном шоке, наблюдая за разворачивающейся трагедией. Сердце бешено колотилось в груди, а разум отказывался воспринимать происходящее. Мы оказались в ловушке, беспомощные и неспособные противостоять силе Селин и ее союзников. Даже мысль о борьбе казалась абсурдной, ведь поражение было неизбежно. Денис продолжал стоять между Селин и Адель, защищая последнюю ценой собственной жизни.

-Отойди! — приказала Селин.

-Нет, я никогда не оставлю Адель, — твердо заявил Денис, глядя прямо в глаза любимой. — Если умрем, то вместе.

Раздраженная сопротивлением, Селин снова потребовала:

-Отойди!

Но Денис остался неподвижен, словно каменная стена. Тогда Селин решила действовать иначе. Она опустила пистолет и обратилась к двум девушкам, стоящим позади нее — Хлое и Луне.

-Хорошо, — сказала Селин. — Пусть ведьмы закончат начатое.

Ведьмы кивнули и начали готовиться к заклинанию. Осознав безнадежность положения, Денис сделал отчаянную попытку приблизиться к ведьмам, надеясь помешать им, но его усилия оказались тщетными. Именно тогда я почувствовала, как отчаяние охватывает мое сердце. Казалось, что впереди ждет лишь тьма и гибель. Однако инстинкт самосохранения подсказывал мне, что нельзя сдаваться. Нужно попытаться выиграть хотя бы немного времени. Собрав остатки сил, я выкрикнула:

-Селин! Не смей так делать! Не смей так поступать!

Моя попытка отвлечь внимание сработала лишь частично. Селин посмотрела на меня с презрительной усмешкой, но не стала отвлекаться надолго. Вместо ответа она лишь удовлетворенно хмыкнула, наслаждаясь нашим страхом и беспомощностью. Тем временем Денис крепко прижимал к себе Адель, чувствуя, как ее жизненные силы постепенно угасают. Боль и отчаяние разрывали его изнутри. Он понимал, что теряет любимую женщину, и ничто не могло изменить этот роковой финал. Адель слабым голосом прошептала:

-Денис, я хочу тебе кое-что сказать…

Ее слова звучали едва различимо, каждое дыхание давалось с трудом.

-Я люблю тебя, — еле слышно произносила Адель. — Очень сильно люблю тебя. Всегда буду любить и любила тебя всегда одного. Но есть то, что ты должен знать… Селин… Селин твоя родная сестра.

Эти слова прозвучали громом среди ясного неба. Удивление, шок, боль утраты — все перемешалось в душе Дениса. Мир вокруг начал расплываться, реальность теряла свои очертания. Он чувствовал, как тело Адель становится все легче, словно душа покидает бренную оболочку.

Наконец, Адель покинула этот мир. Денис начал осмысливать происходящее, точнее, последние сказанные слова Адель. Селин — его сестра? Быстро оставив холодное тело Адель, он бросился к Селин. Его лицо пылало гневом, а в глазах сверкала ярость, смешанная с болью утраты. Он схватил её за плечи, сжимая пальцы с такой силой, что костяшки пальцев побелели.