Наследница. Страж моего сердца.

Глава 9.2.

― Подожди, – я попыталась отстраниться, хотя он крепко прижимал меня. ― Где, Патриция? Она видит?

― Какая разница? Она уже уехала.

― Но она собиралась познакомить меня с каким-то человеком.

― Я против.

― Почему?
Взял мое лицо в ладони и посмотрел в глаза:

― Я против любых мужчин в твоей жизни.

― Ты ревнуешь меня?

― Да!

― Почему все так сложно? Почему есть Лорд, и твой брат? И мы не можем быть только вдвоем?

― Очень надеюсь, что в этот раз у нас все получится.

― А разве, было иначе?

― Предлагаю пройтись по магазинам и купить тебе подходящую одежду.

― Ты не ответил на вопрос.

― Дай мне время. Пожалуйста.

― Хорошо. Только обещай, что больше не обманешь меня и не оставишь одну?

― Я сделаю все возможное, обещаю.

― А куда ты хочешь пойти? В мазины? Что это?

― В магазины.

― Откуда ты знаешь об этом мире так много?

― Мазины нас ждут, идем!

Заулыбался, закрыл дверь на ключ и увлек меня за собой. Мне не нравятся его отговорки, но что я могу сделать? 

Мы шли минут пять вдоль улицы, утопающей в цветах, а затем свернули на площадь, по периметру которой располагались небольшие по высоте дома, со стеклянными окнами на первых этажах, почти во всю стену. А за этими стеклами находилась одежда, украшения, обувь. Мазины в этом мире необыкновенные!

― Почему в Рэдинии нет такой красоты? Смотри, сколько камней! Обуви! Платьев!

Я бегала от одного мазина к другому. Заглядывала в большие стекла и махала рукой находящимся там людям. Многие отвечали мне, а некоторые шарахались, но мне не привыкать. Дмитрий шел чуть поодаль, возможно, я смущаю таким поведением, но мне все равно. Главное, что я счастлива сейчас. Я кружилась посреди дороги, когда ко мне подошел старичок:

― Девонька, будь с ним осторожней…

― С кем?

― Тот, что смотрит на тебя издалека.

― Почему? – моя радость улетучилась, я только начинаю доверять Дмитрию, а меня опять предубеждают.

― Странный какой-то глаз с тебя не сводит, как бы не удумал чего… Что-то не так с этим юношей. А ты радостная такая, как бы ни обокрал. Деньги-то, где у тебя?

― Дома.

― Ну, вот, ступай домой по той улочке, – указал мне на небольшой проход между домами с зеленой вывеской и надписью «Венецианский шоколад», ― Там безопасный путь домой.

― Хорошо.

― Ну, бывай, девонька. Веселись, но близко его не подпускай, принесет плохие новости.

Я повернулась в сторону Дмитрия, он беседовал с какой-то дамой и, по-моему, объяснял ей, как куда-то пройти. Откуда же он так много знает об этом мире?

― Спасибо, я буду вни… – когда взглянула на то место, где стоял старик, там никого не было. Почему он так сказал?

― Миа, тебя уже принимают за здешнюю жительницу и спрашивают дорогу? Меня та дама, тоже спрашивала.

― Что такое венецианский шоколад?

― Шоколад, сделанный в Венеции, – он мило улыбался и смотрел на меня так, как отец на маму. Я всегда считала, что это взгляд влюбленного человека.

― Шоколад – это же то, что ты мне давал на яхте? Здесь его тоже можно попробовать? – я указала в сторону вывески.

― Да, почти. Здесь подают горячий шоколад. Но венецианский нужно пробовать исключительно в Венеции.

― Где она? Мне нравится, как звучит это слово, напоминает Рэдинию, правда?

― Да. Через несколько дней начнется Венецианский карнавал, если хочешь, я отвезу тебя туда.

― Хочу!

― Договорились, – наклонился и поцеловал меня в щеку, ― А чего ты хочешь сейчас?

― По мазинам пройтись. Давай попросим у них одежду для меня.

― Здесь одежда покупается.

― Что это значит?

― Нужно платить деньги.

― Деньги за одежду? Ты шутишь?

― На полном серьезе говорю.

― У тебя есть деньги?

― Конечно.

― Я тебе отдам, когда вернемся домой.

― Ты хочешь обратно в Рэдинию? – взял в ладони мое лицо, а я начала тонуть в его глазах.

― А разве ты нет? Что это?..

Услышала сильный гул, который приближался к нам. Дмитрий обернулся, и я увидела, как на нас летит черно-красное существо и издает звуки подобные яхте. Я была готова метнуть в него магией, но даже не заметила, как оно оказалось возле нас и остановилось.

― О, кого я вижу Дмитрий и Миа! Эспосито так? Не того Виноева она стала женой, да Дима?