Наследница. Страж моего сердца.

Глава 20

Спустя примерно полчаса Марта вернулась и пригласила меня обедать. Перед тем как я зашла, она туго завесила окна портьерами, чтобы синьор снаружи не смог меня увидеть.

― Хотела вас угостить печеньем. Вчера сделала несколько порций, чтобы всем хватило. А они куда-то пропали. Сваливаю на синьора снаружи, хоть он и не был на моей кухне, а печенья, ей-богу, пропали из-за него!

Марта снова очень бурно жестикулировала. Когда я сказала, что печенье съел пес, она, конечно же, мне не поверила, потому как собаки не едят печенье. Но если все-таки съел, то она будет молиться за него, ибо «собачка отдала душу низменным страстям». И как в такого малыша могло влезть столько? Марта показала большую тарелку, которая «еще вчера была заполнена до краев».

Мы с ней хотели напоить супчиком Лорда, но когда зашли, он все еще был без сознания. Поэтому мы съели суп сами. А потом меня накормили божественными пирожными. Марта очень переживала, что пирожные покупные, а я так и не попробовала фирменные «Ченчи», которые она традиционно готовит во время проведения Венецианского карнавала. И, конечно же, я расспросила у нее, что это такое. Она с большим восторгом описывала карнавал, и мне захотелось на нем обязательно побывать. Люди наряжаются в праздничные разноцветные костюмы, на лицах у них маски, и ты можешь ощутить себя совсем иным человеком. На карнавале возможно стать кем угодно.

Вскоре мы услышали шум машины. Марта выглянула в окно – наконец-то приехали Эдуард и Патриция. Их встретил тот господин, который сидел снаружи. Конечно же, Марта заранее позвонила и Эдуарду, и хозяину дома – синьору Аурелио, чтобы встреча с этим таинственным человеком не оказалась неприятным сюрпризом. Я несколько раз спросила про песика – видит ли она его. Ответила, что нет. Поэтому я места себе не находила – ковыляла по кухне из угла в угол.

Мы слышали ругань снаружи, и это несмотря на то, что окна были закрыты и плотно занавешены. Неужели все настолько серьезно и сейчас тот синьор вломится в дом?..

― Нет, нет и нет! Это мои последние слова – так и запишите.

― Но синьор Микеле…

― Как же меня достали это пронырливые репортеры, – Эдуард со всей силы захлопнул входную дверь. ― Наконец-то тишина.

Я выбежала из кухни:

― А где Пати? Где Лутиан?

― Скоро будут. Марта принесите мой синий пиджак, там сразу при входе в комнату. И поживее!

― Хорошо синьор. 

Значит, он не только со мной такой грубый. Женщины для него что «пустое место»? Я стояла и ждала, когда откроется входная дверь, и войдут те, кого я хочу увидеть. Пришла Марта и отдала Эду пиджак, тот вынул небольшую книжечку из левого кармана, что-то написал в ней, вырвал листок, аккуратно положил книжечку на место и отдал Марте, жестом показывая, чтобы унесла обратно:

― Ни минуты покоя, – выругался, смерил меня недовольным взглядом, будто я виновата во всех его жизненных неудачах и вышел.

Я замерла в ожидании. Вдруг Лутиана кто-то услышал и тот синьор хочет забрать его? А что если им не удастся договориться? Уверена, что говорящие собаки в этом мире не меньшая находка, чем человек-дракон. Марта подошла ко мне, и лишь несколько раз разведя руками, ушла в кухню. Дверь, наконец-то открылась и я увидела Патрицию с возмущенным лицом. За ней шел Эдуард с большой сумкой на плече.

― Где Лутиан?

― Мийка, не волнуйся, операция «Спасти рэдинийцев» прошла успешно! – сказала Пати, чуть понизив голос. ― Он у Эда в сумке, книжки читает.

Подбежала к Эдуарду с умоляющим взглядом, он стянул сумку с плеча и поставил на пол. Я быстро открыла: сумка была наполнена книгами, наверху сидел мой любимый дракончик и рассматривал картинки с изображением собак:

― Никогда не любил собак, принцесса, а вот сейчас они мне кажутся такими милыми.

Мы как-то синхронно посмотрели на дракона, а потом на сзади стоящую Марту. Глаза ее были с крупную оливу, а рот она зажимала рукой. Пати сориентировалась первой:

― Эд занимается чревовещанием. Правда, дорогой?

Не знаю, что здесь означает червовизжание, мне всегда казалось, что червячки тихий народ, но Эдуард состроил недовольную гримасу. Потом все же закивал в знак согласия.

― О, святой Антоний, дай вразумления этому юноше, – снова вскинула руки кверху и удалилась на кухню.

― Лутиан, не болтай так громко, – я потрепала дракончика за ушком.

― Мне ее не было видно, принцесса.

― Вы нашли книгу? – смотрела на них с тревогой в глазах.

― Конечно! Она у меня тут, – Пати похлопала себя по груди. ― Бери Лутиана и бегом в комнату.

― А что это за книги?

― Дракону захотелось почитать о псовых, – съехидничал Эдуард и улыбнулся.

Я взяла Лутиана под мышку, он начал возмущенно повизгивать: оказывается, нужно было захватить книжку с собой. Только мы хотели подняться в комнату Лорда, как прибежала Марта и чуть ли не силком затолкала нас на кухню. Жестикулировала и «ахала», как только допускала мысль, что мы бы ушли, не отведав ее угощения. Она каким-то чудесным образом испекла целую тарелку печений «Ченчи», пока мы с ней были на кухни. Я и подумать не могла, что все, что она делала, когда мы разговаривали – это было приготовление еды. Ведь все было так легко и непринужденно. Я посадила Лутиана на колени и то и дело подсовывала ему печеньки. Он оказался ужасно прожорливым. Когда у меня закончилась очередная порция сладостей, Марта поставила передо мной всю тарелку. Она решила, что я так сильно переживаю за супруга, что у меня волчий аппетит. Неужели волки здесь едят сладости, а собаки нет? Оказывается, Эдуард уговорил нового хозяина виллы передать книги, за исключением тех, что отобрал себе Лутиан, в библиотеку детского дома. Это была хорошая новость.