Наследница Тени

27 - Чужой зов

Они не призывали. Не искали. Они просто проводили очередной ритуал Песенного Узла.
В круге — Инга, Лейн, Вейса и Элира. В голосах — лёгкая усталость, как у тех, кто много чувствует и потому бережно говорит.

Но в тот вечер…

Сеть не ответила как обычно. Она задрожала — не внутри, а куда-то дальше. Как натянутая нить, к которой дотронулись снаружи.

Вейса вздрогнула. Её кулон зазвенел. Но звук был чужой. Сломанный.
Как попытка спеть песню, не зная языка.

— Это не наша сеть, — прошептала она. — Но… она ищет.

В комнате стало холодно, хотя магия их сети не давала температуре падать.

— Зов… как будто кто-то настроен на ту же частоту, сказала Лейн. Но с искажением.
— Откуда? — спросила Элира.

Вейса закрыла глаза.

— Не с Востока. Не с Юга.
— Тогда с Грани? — Инга сжала пальцы.
— Нет…
— Севера, — тихо сказала Элира. — Там, где раньше были родовые монастыри. До Академии. До Совета.

Сеть снова вспыхнула ритмично, но… вне их воли.
Словно она — узнала зов.
Ответила, но ещё не решила: доверять или нет.

И тогда в кулоне Вейсы вспыхнул знак — не из их круга.

Руны были старые. Рукописные. И одна из них — символ, что встречался только в архивах Башни Вейл: знак рода, который исчез задолго до основания Академии.

— Кто-то… или что-то… выжил, потрясенно прошептала Элира.

— Или магия, которую мы пробудили, разбудила не только себя.

Они не знали имени.
Они не знали цели.

Но сеть теперь слышала за пределами. И в отражении зеркала Башни на миг мелькнул силуэт девушки с такими же глазами, как у Элиры. Но в белом платье. И с голосом, от которого сеть зазвучала не нотой — тревогой.

«Если ты слышишь — не зови. Я уже иду.»

В это время, на верхней галерее старого крыла, где тени ложились особенно густо, стояли Маэль, Дэйн и Лаурель. Вампиры тоже слышали этот голос. Слышали не ушами, а внутренним вапмирским слухом, который ловил вибрации Сети.

— Это не просто отголосок, ссказал Дэйн, нахмурившись. Это нечто… живое. Если она придёт, никто не знает, к чему это приведёт.

Лаурель прищурилась, её голос был спокоен, но в нём скользнула тень тревоги:
— Может, это одна из тех душ, что были принесены в жертву, когда Сеть создавали? Их эхо… оно иногда пробуждается. Но этот голос слишком ясен.

Маэль стоял молча, опираясь на перила, и его глаза, цвета тёмного вина, блестели при свете луны.
— Вы оба забываете, произнёс он наконец, Сеть это живой организм. Если она пробуждает кого-то, значит, ей это нужно.

— Ты хочешь просто смотреть? Дэйн шагнул ближе. Если она принесёт разрушение?

— Сеть должна развиваться сама, твёрдо ответил Маэль. Мы её хранители, и наблюдатели, а не кукловоды. Пока она не попросит о помощи, мы не вмешаемся.

Лаурель посмотрела на Элиру и Лиссу, которых было видно внизу у зеркала, и тихо сказала:
— А что если они станут целью этого голоса?

Маэль улыбнулся уголком губ.
— Тогда мы будем рядом. Но не для того, чтобы их спасать, а чтобы увидеть, что выберет сама Сеть. Это её испытание, не наше.

Вампиры растворились в тенях, оставив ощущение холодного присутствия, но и странной уверенности. Элира подняла взгляд — ей показалось, что кто-то наблюдает за ней, но она не увидела никого.