Наследница усадьбы Фиоре

Глава 24

Напрасно я думала, что на усадьбе Фиоре порой бывает жарко. Да, солнце в зените иной раз подогревало ничуть не хуже печи, но обилие зелени и живая земля спасали ситуацию. Сейчас же находясь среди улиц, выложенных камнем, таких же каменных зданий и всего того, что нагревалось под лучами Светила и отдавало сухим жаром, я испытывала желание залезть в фонтан, как бы неприлично это не было.

– Держи, – Астер протянул мне джелато, которое купил неподалеку. Бернардо вручил ему деньги, которые полагалось иметь хранителю в мире людей, и Астер то и дело хотел на них что-нибудь купить мне. – А то еще немного и придется переодеваться.

Он правильно считал мои взгляды, обращенные к фонтану Треви.

Мы прибыли в Рим сегодня утром и еще не успели заселиться в отель, так и сидели на площади с небольшим чемоданчиком. Я внимательно оглядывала здания Рима, восхищаясь ими.

– Мне нравится, – произнес Астер, следя за моими глазами. – Первые большие здания в Риме были сделаны по этрусскому примеру.

– А я думала, что на архитектуру повлияла Греция.

– Это тоже было.

Я кивнула и лизнула джелато. Сливочный вкус, дополненный жаренным миндалем и медом, отгонял дурные и тревожные мысли. Астер поглядывал на меня все время с утра. Я даже не знала, куда деться от его взгляда в поезде. Полагаю, он подозревал о чем-то, что изменило мое общение с ним эти дни.

– Давай пойдем в отель, – предложила я. – Время почти подошло.

– Хорошо.

Я заметила движение руки Астера в мою сторону, прежде, чем он протянул руку, и быстро встала. В его глазах отразилось непонимание, и это доставляло мне боль. Но я прокрутила воспоминания того самого вечера в голове еще раз и просто молча пошла вперед. Хранитель в это время подхватил чемоданчик и последовал за мной.

– Почему эти брюки такие целые? – вдруг спросил он.

– Что?

– Я говорю, что на коленях не хватает дырок.

– А! – Я не сдержала улыбки, чем вызвала его ответную. – Я сегодня встречаюсь с синьором Франческо вечером, можешь как раз их надеть. Это будет неофициальная встреча.

– Я думал, что ты не считаешь их красивыми.

– Ты можешь носить, что угодно, Астер, – я улыбнулась еще раз, чтоб смягчить свои слова. – За исключением тех случаев, когда требуется официальный вид.

– Ладно.

Отель нам забронировал синьор Риччи, и видимо, он решил, что хозяйка усадьбы Фиоре достойна самого лучшего. Либо он намекнул в очередной раз, что денег на аукционе я могу не считать, как и все остальные деньги.

Полы блестели и были такими чистыми, словно я могла с них есть. Диванчик около ресепшена отделан дорогой тканью светло-бежевого оттенка. Тоже чистый, будто ничья пятая точка не ерзала по нему. Присесть даже страшно.

Девушка за стойкой встретила нас приветливой улыбкой и начала сразу что-то громко вещать. Громко – особенность итальянцев, которая была весьма смягчена у Монги и Бернардо. Наверное, потому что они были не совсем людьми.

– Добрый день! – улыбнулась я.

– Рады вас видеть у нас! Ох, как вы прекрасно выглядите, а ваш спутник… ну какой мужчина…

У нее начался словесный фонтан, эмоциональный и сопровождаемый активными жестами и выразительной мимикой. Я сообщила наши данные, администратор выдала два набора ключей и проводила нас до номера на третьем этаже. Пока мы шли по коридорам, я отметила, что ковры здесь тоже как будто новые. Мне захотелось вернуться в тихий мирок, где можно было ощутить каждую вещь, взгляд на которую мог поведать о жизни, что она прожила.

– Спасибо, – я широко улыбнулась, стараясь скопировать мимику администратора.

– Если что-то будет нужно, то обязательно обращайтесь!

Мы зашли во внутрь и закрыли дверь.

Просторный номер, почти апартаменты. Комната с диваном и телевизором, и две спальни. Я заглянула в первую, увидела там двуспальную кровать и качнула головой Астеру:

– Это твоя.

– Ага, – услышала я из другой комнаты.

Я последовала туда, откуда услышала голос и увидела, что он тут осматривается. Посмотрела на узкую кровать.

– Если тебе в этой комнате вид нравится больше, – начала я, – то уже поздно. Ты здесь не поместишься.

– У тебя такая маленькая она, – он кивнул на спальное место, а затем обратил взгляд ко мне и прошелся от макушки до пят, от чего по мне прошли мурашки. – Впрочем, ты и правда маленькая.

Я опять не сдержала улыбки, а мое сердце сделало кульбит. Это плохо! Очень плохо! И нисколько не помогает делу.

– Нужно распаковать вещи, – проговорила я. – а еще освежиться.

– Хорошо.

Он спокойно прошел мимо гостиной, задержав взгляд на телевизоре и равнодушно ушел к себе. Да, после путешествия на поезде, вряд ли Астера мог удивить телевизор. Он, конечно, видел и слышал о многих вещах от Вестника, но тем не менее… я никогда не забуду его широко распахнувшиеся глаза, когда вагон остановился около нас. И пусть в его лице не дрогнул ни один мускул… Взгляд, он сказал мне многое. Но Астер быстро взял себя в руки и легко зашел в поезд, не пялясь по сторонам.

Мне нравилось наблюдать за его глазами, угадывать эмоции… но это ничуть мне не помогало.

Когда я скинула с себя одежду в ванной комнате и зашла в нее, то сразу включила душ. И только, когда струи воды коснулись моего лица я позволила себе вспомнить тот вечер.

Как ко мне подбежали Монга и Бернардо, как перенесли меня на руках на диван и убедились, что я ничего не сломала. Какие перепуганные лица были у них. И у Астера, явившегося сразу в дом, потому что он почувствовал мою панику.

Я смотрела тогда, как Монга и Бернардо переглядываются и убедила Астера, что все в порядке, а затем осталась с ними наедине.

Запрет Летиции можно было обойти сотни раз! Всего-то было достаточно подслушать разговор тогда, когда они не знают, что я их слышу! Но в самом начале и я не умела передвигаться тихо, и они почти не поднимали эту тему. Услышав случайную правду, я обошла запрет, и отныне он не действовал на эту тайну.