Наследница Веселого Роджера

ч.9

Снова борт «Королевской удачи».

На следующий день после боя с «Сантаремой».

Арчибальд Уэйнрайт в бешенстве треснул кулаком по стене. Да как они посмели! Заперли его в какой-то дрянной каюте, да еще на этом паршивом корабле, где собрались одни подлецы и негодяи под началом этой мужланки, девицы непонятного пола! А куда они дели Роуз? Бедная, наверное, ей очень страшно. Арчибальд чувствовал беспокойство за судьбу этой девушки, в которую, как ему казалось, он был влюблен. Если хоть один из них посмеет тронуть ее своим грязным пальцем, он их всех в порошок сотрет! Только бы сначала обрести свободу!..

Неожиданно дверь каюты распахнулась, и вошла та, которую все называли капитаном.

— Что вы намерены делать со мной? Где мисс Фелпс? И кто вы такая, черт вас возьми? — горячо и возмущенно заговорил Уэйнрайт.

— Заткнись, — с милой улыбкой ответила девушка. — Слишком много вопросов. Сразу вижу слюнтяя. Дьявол меня забери, если таких, как ты, в Англии именуют джентльменами!

Арчибальд побелел от злости.

— Как раз в привычках таких, как вы и ваше сборище подлецов, оскорблять, пользуясь тем, что пленник безоружен и не может защитить свою честь. Не понимаю, ей-богу, почему такие получают рыцарские звания и почести, когда вас всех следовало бы повесить! Вы не имеете и малейшего понятия о благородстве и чести…

— Ага, честь! Честь и благородство! — вспылила пиратка. — Красивые слова, придуманные, чтобы прикрыть гнусную сущность жалких людишек, называющих себя благородными! Да больше половины моей команды были рабами у этих честных, благородных людей, которые их морили голодом, пороли, обращались с ними по-скотски! И это все для того, чтобы набить свое жирное брюхо, одеваться в шелка и кружева, покупать своим женам и дочерям модные тряпки и украшения! Повидала я подобных людей. Вы мне смешны с вашими понятиями о чести. Да чем, скажите, вы лучше пиратов? Грабите других так же, а откровенно в этом признаться не можете, прячетесь за пышными словами! Тебя и твою девку следовало бы бросить за борт, но за ваши благородные бошки можно получить немного золота для моих ребят. Теперь тебе ясны мои намерения?

Уэйнрайт, ошеломленный ее словами, шумно засопел, невольно сознавая, что эта пиратка не так уж и неправа.

— Послушайте, мисс…

— Сэр, — перебила его Джесси. — Еще раз обратишься ко мне «мисс», тебе не поздоровится. Оставь «мисс» для своей девки.

— Но…

— Никаких «но»! Я еще ни разу не повторяла приказаний дважды.

— Сэр… — Это обращение резало слух Арчибальда. — Возможно, в ваших словах есть некоторая часть истины. Но я хотел бы, чтобы вы… бережно обращались с мисс Фелпс… она все-таки леди. Я ваш пленник, можете поступать со мной, как хотите, но, умоляю вас, не может ли леди Роуз рассчитывать на более комфортные условия содержания? Я прошу вас, ми… Сэр!

Речь Арчибальда была проникнута страстной мольбой (однако мольба эта не была униженной), и это внезапное смирение, сменившее дерзкое высокомерие пленника, было по достоинству оценено Грозой Морей. Поэтому она продолжала уже без насмешек и привычной брани:

— Ладно. Не дрейфь. Никто твою леди не тронет. Все на «Удаче» подчиняются моим приказам, вас это тоже касается. Можете шляться по палубе, сколько вздумается. Но если замыслите какую-нибудь штуку или, чего доброго, выкинете что-нибудь, что мне не понравится, прогуляетесь по доске. Есть будете в кают-компании, со мной и моими офицерами. Ко мне обращаться только «капитан» или «сэр». Никаких «мисс», и леди свою предупреди. Доставим вас на Ямайку, пусть ваш плантатор за вас заплатит выкуп в… Постой, этот выродок-дон назначал за вас цену?

— Да.

— В какую сумму он оценил вашу свободу?

Чуть помедлив, Арчибальд ответил:

— В тридцать тысяч реалов.

Джесси усмехнулась.

— Кажется, он чересчур дорого вас оценил. А по мне, вы стоите куда дешевле. Хватит и двадцатки.

Арчибальд поперхнулся. Он не знал, то ли ему удивляться великодушию морской разбойницы, то ли обижаться, что она считает его жизнь дешевкой (хотя сумма была названа вполне приличная). Но на всякий случай спросил:

— А если дядя Джордж откажется платить эту сумму?

— Ну… Либо мы отправим вас за борт, либо на нок-рею. Впрочем, от тебя будет зависеть, заплатит он или нет. Отпущу тебя к нему… только не под честное слово, все равно я ему не очень доверяю. Мысль о твоей леди — ее мы оставим заложницей — будет лучше честного-благородного слова. И не забывай, если ты не убедишь дядю… Мои ребята не станут с ней церемониться.

Арчибальд сделался белее своих кружевных манжет.

— Да не дрейфь ты заранее, — успокоила его Гроза Морей. — Пока мы не достигнем Ямайки, с ней ничего подобного не случится. А дальше все зависит от тебя.

…Итак, Уэйнрайт и Роуз стали пользоваться относительной свободой в пределах «Королевской удачи». Девушка плохо переносила это унизительное положение пленницы, капитана она просто ненавидела, сальные взгляды матросов ее, естественно, оскорбляли, и она стремилась поскорее вернуться в каюту, бормоча разные колкости в адрес Грозы Морей. Роуз и есть отказывалась в кают-компании, поэтому завтрак, обед и ужин ей приносил прямо в ее каюту негритенок-слуга. Уэйнрайт, напротив, скорее искал общества Джесс, так как его влекла ее удивительная натура. Трусливые люди пугаются необычного; смелые же, наоборот, тянутся к нему. К чести Арчибальда, он принадлежал все же ко вторым. Гроза Морей довольно охотно болтала с ним в свободное время, с интересом слушала его, а иногда и спорила с ним. Уэйнрайт находил ее доводы и замечания довольно оригинальными, хотя, конечно, был поначалу шокирован ядреными словцами, составлявшими примерно треть речи Джесси.