Наследница замка Голден Хилл. Книга 1. Хозяйка и госпожа

Глава 3

Небольшой городок неподалёку от Лондона, наши дни.

Роуз

Своих родителей я действительно не помню. Мои детские воспоминания будто окутаны дымкой, они то возвращаются, становясь четкими, то вовсе исчезают, растворяясь в тумане времени.

Маленький коттедж в деревушке, двухэтажный, с красной крышей. Крохотная детская на втором этаже, со светлыми стенами, решётками на окнах и красивыми шторами со цветочным орнаментом. Ванна с пеной, в которой прятались забавные желтые утята. Сад из нескольких клумб, примостившихся почти у дверей, несмотря на размер в нём всегда было море цветов, и особенно мне запомнились розы - красные и такие величественные.

Старенькая бабушка, в любую погоду одетая в длинное шерстяное платье в клетку и вязаную серую кофту. Нянька Полин, или просто Полли, которую я видела гораздо чаще бабушки. Она приходила пять дней в неделю, потому что престарелая бабушка была не в состоянии справиться с таким непоседливым ребёнком, как я, и была мне почти что мамой.

Я была ужасной фантазёркой. Всё время что-то выдумывала, сочиняла. Сказки, которые каждый день читала няня, питали мою фантазию. Огромный плюшевый медведь, сидевший в кресле, был моим самым верным слушателем, ведь ни бабушка, ни Полли не могли часами высушивать мои рассказы о том, что я принцесса и живу в настоящем дворце, о моих приключениях, о знакомстве с королём. От мультиков про принцесс меня было не оттащить, что же удивительного, что мне потом снились сны, в которых я была одной из них. Свои сновидения я и рассказывала медведю, иногда прибавляя к ним и выдумки.

И в одночасье все оборвалось. Мне тогда было пять, бабушка успела записать меня в местную начальную школу. Бабушка была в преклонном возрасте, и однажды она не вернулась домой после почти ежедневного похода в аптеку.

Я осталась совсем одна. Люди, приехавшие, чтобы забрать меня в приют, сказали, что бабушка была мне даже не бабушкой, а прабабушкой, моя мать приходилась ей внучкой, о моем отце не было ничего известно, и поскольку других родственников не осталось, мне полагалось жить в приюте. Няня Полли пыталась как-то помочь, разыскивала дальних родственников, но безуспешно. Забрать к себе маленькую сиротку она не решилась.

По началу жизнь в приюте казалась мне совсем ужасной: новые люди, чёрствые и безразличные, дети с вечно недовольными, а то и заплаканными лицами, безвкусная, однообразная еда. Совсем не то, что готовила Полли! Вскоре я привыкла и даже подружилась с несколькими девочками, которые, как и я, остались совсем одни в этом огромном мире. Учёба отвлекала от грустных мыслей, жизнь вошла в свое русло, и мне уже казалось, что если даже я не самый счастливый ребёнок на свете, то и не самый несчастный.

Однажды, когда мне было девять с половиной лет, мисс Харрис, директор приюта, позвала меня к себе в кабинет. Я понимала, что это не спроста и, возможно, меня хотят удочерить.

- Роуз, у меня для тебя замечательные новости! У тебя теперь будут родители и свой дом! - мисс Харрис расплылась в улыбке, но глаза ее остались по-прежнему холодными. Рукой она осторожно поправляла волосы, уложенные в прическу, и явно нервничала.

- Правда? - я не могла понять, что чувствую: радость или грусть. Конечно, я, как и все здешние дети, мечтала о семье, но... Я уже успела привыкнуть к приюту и боялась перемен.

- Да, твои новые мама и папа - мистер и миссис Кук. Надеюсь, ты не будешь возражать? Мы уже всё уладили...

Позднее я узнала, что в вопросах усыновления так дела не делаются, но это я выяснила, лишь когда подросла. А в тот момент я была настолько растеряна, что не стала задавать лишних вопросов.

- Приве-е-ет! А вот и мы! - послышалось из-за двери, и в кабинете появились мои новые родители.

- Мистер Саймон Кук и миссис Дорис Кук - твои папа и мама, Роуз! - торжественно объявила мисс Харрис.

- Можешь называть нас Дора и Саймон! Но лучше мама и папа! - женщина лет сорока, с такой же натянутой улыбкой и неестественно рыжими волосами, наклонилась ко мне. Ее муж, невысокий толстопузый джентльмен со смешными усами, переминался с ноги на ногу.

- Роуз. Очень приятно! - едва слышно ответила я.

- Саймон, дорогой, посмотри! Наша Роуз такая красавица! А какие у нее длинные волосы! - пропищала миссис Кук.

Длинные каштановые волосы всегда были моей гордостью. Я не разрешала их стричь ни бабушке, ни Полли, ни работницам приюта. У принцессы должны быть длинные волосы, так я считала.

- Поехали домой, наша маленькая Роуз! - пропел мистер Кук.

И мы поехали. Старенький пикап, дрожа и сотрясаясь, как консервная банка, не спеша полз по сельской дороге, которая привела нас в тихую деревушку. Мы проехали мимо здания школы, часовни и магазина, миновали ряд однообразных, но довольно симпатичных коттеджей и свернули к домику на окраине.

Заборчик, выкрашенный в белый цвет, слегка покосился, черепица на крыше облупилась, стены тоже требовали ремонта, и весь дом в целом производил удручающее впечатление.

- Но теперь-то, когда мы взяли еще одного ребёнка, нам точно дадут новый дом! - тихонько шепнула Дора мужу.

Мы подошли к дверям, Саймон повернул в замке ключ, тот противно скрипнул, и мы вошли.

Свет в прихожей был выключен. Я поставила на пол рюкзак с вещами, и мой взгляд привлекли пять пар детской обуви. Я хотела уже спросить, где находится ванная комната, как вдруг раздался оглушительный крик.