Наследница жизни сахар и магия

Глава 6.

Глава 6

"Город запахов и воспоминаний"

Город оказался ещё приятнее, чем виделся с палубы. Узкие, мощёные улочки чисто выметены, окна домов украшены кружевными занавесками, а на подоконниках — непременно глиняные горшки с цветами. По улицам неспешно ходили люди, кто-то вёз корзины с фруктами, кто-то чинил ставни, кто-то просто стоял в тени, лениво переговариваясь.

Брэден шёл рядом, чуть впереди, предлагая Милане руку лишь тогда, когда мостовая становилась особенно неровной.

— Город живёт рынком, ремеслом и морем, — говорил он сдержанно, но охотно. — Каждое утро сюда прибывают лодки с рыбой и телеги с фруктами. А днём люди разбредаются по своим делам: кто в лавку, кто на работу, кто в чайную.

— А вечером? — спросила Милана, с интересом оглядывая лавку с медом и вареньем, вывешенным в стеклянных банках на цепочках.

— А вечером… — усмехнулся он. — Те, кому есть куда идти, идут домой. Остальные — в увеселительные дома.

Он сказал это с лёгкой, почти незаметной насмешкой, будто хотел проверить её реакцию. Милана не выдала ни удивления, ни возмущения. Она просто посмотрела в сторону, откуда доносились гортанные женские смешки.

Они проходили мимо ярко окрашенного здания с яркими тканями на окнах. Несколько женщин в вырезных платьях стояли у дверей, болтая между собой. Увидев виконта, одна из них звонко позвала:

— Милорд! Сегодня вишнёвый пирог, как вы любите!

Он поклонился слегка.

— Благодарю, леди, но сегодня у меня сопровождение и дело. В другой раз. Возможно.

Милана не сказала ни слова, но краем глаза посмотрела на его лицо — ровное, спокойное, сдержанное. Без тени интереса. Уважительно отвернулся и шагнул вперёд. "Значит, не повеса. Или хорошо умеет держать лицо", — подумала она. Но мысленно отдала ему плюсик. Он не пытался ей что-то доказать — просто был собой.

— В такие дома я не хожу, — сказал он вдруг, будто почувствовав её взгляд. — У меня дочь. Мне хочется быть примером.

Она кивнула.

— Правильно.

— А вы?

— А я сирота. Училась при монастыре. Нас учили иначе.

Он бросил на неё взгляд — короткий, внимательный.

— Понятно. Это многое объясняет.

Они шли мимо булочной, откуда пахло свежеиспечёнными булками с маком. Дальше лавка тканей, за ней — скобяная. На перекрёстке — шляпная, где в витрине развевались шляпы всех цветов. Милана всё рассматривала с любопытством и лёгкой досадой: здесь всё было настоящее. Не витринное, не декоративное, не приукрашенное. Просто нужное.

— Если желаете, могу показать пару лавок с одеждой, — предложил Брэден. — Ваша дорожная сума выглядит скромно, а здесь цены умеренные.

— Было бы неплохо, — вздохнула Милана. — Меня… не предупредили. Оказывается, вещи тут не совсем по привычке продаются. Да и белья почти нет.

Он сдержал улыбку.

— У нас в ходу нижние сорочки и корсеты. А вот про трусы — боюсь, только портные скажут. Но швеи в городе есть хорошие. При желании сошьют по заказу.

— Благодарю за заботу, — ответила она суховато, хотя внутри у неё заиграла лёгкая улыбка. Вот так просто. Вот так обыденно. А ведь совсем другой мир.

Они прошли дальше и вскоре остановились у массивного здания из светлого камня. На фронтоне — герб города. У входа — вывеска с надписью: «Ратуша и нотариат при ней».

— Здесь работает поверенный, господин Клайв Хеннер. Старый знакомый семьи. Вы не волнуйтесь — человек честный, хоть и любитель поворчать.
Кстати, он и вашего дядю знал.

— Правда?

— У него был друг, заядлый игрок. Вот и познакомились. Ваш дядя был непростой человек. В нём была харизма. А потом… потом случилось то, что случается со многими. Не удержался. Проиграл многое. Но его уважали. Он никого не обвинял — ни разу. Всегда платил по долгам.

— Это многое говорит о нём, — прошептала Милана. Горло сдавило — не из-за горя, а от ощущения необратимости.

Брэден посмотрел на неё с уважением.
— Вам будет непросто. Но город — хороший. Люди здесь разные, но не злые. И мать моя — не только добрая женщина, но и тонкий стратег. Она не стала бы брать вас в дом, не почувствовав в вас силу.

— А вы? Что почувствовали?

Он чуть кивнул.
— Что вы не глупая. И что у вас есть цели, о которых вы не говорите. А ещё... что вы умеете держать себя. А в наши времена это почти искусство.

Перед ними открылись двери ратуши, и Милана на мгновение замерла.

Новая глава. Новый город. Новая игра. Только бы не раскрыться слишком рано.