Наследник для проклятого дракона. Беременная попаданка

Глава 1

Несколькими неделями ранее…

- Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, - умоляет меня Аня и дергает за рукав, как капризная девчонка. – Ты не понимаешь, он такой… я умру, если не получу его.

Я закатываю глаза. Видела я этого такого! Не парень, а дикий зверь. Густющая рыжая борода, волосы до жопы, глаза то ли карие, то ли зеленые, не разобрать. Совсем как у кошки. Ручища богатырские и татуировка на шее. Про пирсинг, кожаные браслеты с шипами и цепь на груди я лучше промолчу. Вместо коня старенький Харлей Дэвидсон. Тот самый полу тонный агрегат, от которого все на остановке подскакивают, когда он, рыча, проносится мимо.

- Он написал мне песню, - говорит Аня. – Он играет в рок-группе!

О, ну раз в рок-группе играет, то конечно надо срочно бежать на ночь глядя в сомнительный бар на окраине города, да еще и возле леса.

Сижу, молчу, отпиваю чаю из кружки и поджимаю губы. Нет бы к нам пригласить его в гости, познакомиться нормально. Я вообще не привыкла людей по внешнему виду судить. Хоть и выглядит он пугающе, я прекрасно понимаю, что за личиной льва может скрываться нежный котенок. Но тот факт, что он позвал ее на тусовку одну почти ночью на окраину города к лесу смущает больше татуировок, бороды, пирсинга и двухметрового роста. Сказать бы Аньке, что она дура, раз на такое предложение ведется, да она обидится. А мне с ней еще год жить в одной комнате. Да и, что греха таить, я необщительная. В этом городе она – мой единственный друг.

А если ее там изнасилуют и убьют? Что я делать буду? К тому же она меня почти на год младше, я чувствую ответственность.

- Ань, - максимально проникновенно говорю я и кладу руку на стол возле ее руки для пущей убедительности, - ты же понимаешь, что это не совсем безопасно?

- Он тебе не зверь какой-нибудь! – злится Анька, и мне кажется, что я с подростком разговариваю, а не с двадцатилетней женщиной.

Досадно вздыхаю.

- Да я же не про него, - отнекиваюсь я. – Мы не знаем, кто еще там может быть.

- Ну и сиди дома, я одна пойду! – взбрыкивает Аня, едва стол не переворачивает. Горячая голова, что с нее возьмешь. И влюбчивая. Она сбегает в соседнюю от малюсенькой кухоньки комнатушку, где стоят наши узкие койки, и старательно хлопает дверью.

Я снова вздыхаю. Допиваю чай, мысленно прикидываю, найдется ли в моем шкафу что-нибудь уместное на такой тусовке, и молюсь, чтобы фильмы ужасов не лгали, и последней девушкой в схватке с маньяком всегда остается самая разумная.

- Вот черт… - выдыхаю я, глядя на светящуюся вывеску «Драконьего Улья».

Бар находится прямо в полузаброшенном здании, через узкую дорожку от него раскинулся лес. Крыльцо отделано под старину, обшито деревом, но рядом в паре метров от входа зияют два черных провала окна. Готова поклясться, там в запущенной части здания кто-то ходит. Из-за двери играет приглушенная музыка. Да не простая, а тяжелый рычащий металл. Бетонную стену разрисовали граффити, а на маленькой парковке с разбитым асфальтом припаркованы одни мотоциклы.

Вдруг из незастекленного окна вылезает парень с волосами, уложенными колючками. Он спрыгивает с низкого карниза и застегивает ширинку. Искренне надеюсь, это потому, что в баре нет санузла, и он пошел туда пописать.

С минуту я стою, глядя на открывшееся мне безобразие, перевожу взгляд на Аньку и отрицательно качаю головой.

- Ни-за-что, - по слогам чеканю я и оборачиваюсь обратно к такси. В тот же миг автомобиль срывается с места. Будто он тоже не хочет, чтобы я передумала.

- Не будь трусихой, - фыркает Анька, хватает меня за руку и тащит к крыльцу. – Мы уже здесь.

Тяжелая деревянная дверь поддается с трудом. На помощь нам приходит писающий парень, но и ему приходится напрячься, чтобы ее открыть. Всему виной заржавевший пружинный доводчик.

Как только мы оказываемся внутри, нас тут же едва не сносит тоскливым гитарным рифом. На сцене тот самый рыжебородый объект воздыхания моей соседки по общаге. Анька восторженно взвизгивает и кидается к сцене. Я едва за ней поспеваю.

- Привет, - выдыхает она. Я читаю по губам, от звуков музыки ничего не слышно.

Костик посылает ей воздушный поцелуй, поворачивается ко мне и приветственно кивает. Ну, вроде ничего так парень. Не такой уж и страшный.

Народа в баре немного, человек двадцать-двадцать пять и все очень экстравагантные. Давно я не видела ребят в образе старых добрых рокеров и металлистов. Они вышли из моды еще в нулевых, и единственный человек, которого я запомнила таким – мой отец.

Его фотография – мое единственное наследство. Мне было семь, когда они с мамой вдвоем разбились на мотоцикле. Перебрали с запрещенными веществами и алкоголем. Бабушка от меня отказалась, и я осталась на попечении государства. Новых родителей тоже не нашлось. Грустная история. Я запомнила родителей неплохими людьми, но все равно сейчас и здесь мне неуютно. Слишком много печальных воспоминаний.

Я дергаю Аньку за рукав, наклоняюсь к ней и кричу на ухо.

- Давай столик найдем!

Она от меня отмахивается, смотрит на возлюбленного восхищенным взглядом, пока он изгаляется перед ней на гитаре и рычит в микрофон нечто нечленораздельное.