Наследник криминальной империи

8

Аня

И я снова открываю и закрываю рот, не в силах выдавить из себя ничего связного. Богдан действительно только что во всеуслышание заявил, что он отец моего ребенка? Он спятил?! Никто кроме Карины понятия не имеет, что я беременна! 

Пашка от шока язык проглотил. Хлопает глазами и даже назад отошел. Со всех сторон разносятся женские шепотки, от которых я готова сквозь землю провалиться. Меня теперь только ленивый обсуждать не будет! Строила из себя недотрогу, занятую учебой, а в итоге оказалась беременной от типа в татуировках.

- Ну что стоишь как чужая, дюймовочка? - ручища Богдана ложится мне на талию и по-свойски тянет к себе на глазах у изумленных однокурсников. - Ни на секунду одну нельзя тебя оставить, как я посмотрю. 

Он снова поворачивается к Паше.

- Это мое, усек? Руки свои шаловливые держи при себе и в сторону Анюты смотреть не смей. Узнаю, что не послушался - накажу.

Женские шепотки становятся громче и восторженнее. Я злюсь. Им что, нравится это представление? То, что неизвестный мужчина угрожает Пашке?

- Что вы себе позволяете? - недовольно шиплю я, пытаясь сбросить с себя руку Богдана. - Не смейте позорить меня на глазах всего университета.

- А кто тебя позорит, дюймовочка? - широко ухмыляется Богдан и тянет меня за собой. - Обычное мужское дело: пометить территорию. Ты же не думала, что матери моего ребенка будет позволительно с другими встречаться?

- То, что у нас по чудовищной случайности появился общий ребенок не дает вам права распоряжаться моей жизнью! - возмущенно верещу я. - Если я захочу встречаться с парнем, имея огромный живот - я это сделаю.

Я говорю это просто из духа противоречия. Представить не могу, что будучи беременной, начну с кем-то встречаться. Если уж я раньше не начала, то было бы странно сделать это сейчас.

Но Богдан мой выпад явно не оценил, потому что из насмешливого и вальяжного его лицо становится каменным.

- Ты снова попутала, Анюта. Не носила бы ты моего ребенка - делала бы что захотела. Хоть в тридцатиградусный мороз с горки голой катайся - наплевать. В женщинах у меня недостатка нет, они сами в очередь под дверью выстраиваются. Но если уж у тебя в животе мой сын растет, будешь вести себя прилично. Никаких свиданий и обнимашек с сокурсниками. Йога - фрукты - птички - классическая музыка. 

- Да что вы заладили: сын да сын?! - перебиваю его я. - Может у меня девочка родится?

- У меня первый пацан будет, - самодовольно хмыкает Богдан. - По-другому и быть не может. Но если сильно попросишь, - он усмехается и без смущения смотрит в декольте моей клетчатой рубашки. - Сделаю потом тебе девочку.

Я заливаюсь краской. Ну что за невыносимый тип! Ему нравится меня смущать!

- Будьте спокойны, не попрошу, - фыркаю я, всем своим видом давая понять, что эта идея кажется мне смешной и нелепой. - Я кстати уверена, что у меня родится дочка! И что тогда? Ребенок перестанет быть вам нужен?

- Ерунду порешь, Анюта, - цедит Богдан, становясь мрачным. - Я нелюдь по-твоему? От дочки не откажусь, но мне нужен сын, чтобы было кому бизнес передать. 

- Нужен ему, - бурчу я, отворачиваясь. - А мне нужно было учебу закончить и работу найти. Не все идет по плану. 

- А ты значит решила, что рожать хочешь? Если про пол ребенка подумала?

Эта мысль, произнесенная вслух, меня и саму удивляет. Неужели я и правда все решила? Буду рожать от этого несносного человека, которого толком даже не знаю? Получается, что так. Если у ребенка появился отец, который его хочет, то я точно смогу стать ему хорошей мамой. Пусть Богдан меня раздражает, но он все же не такой ужасный, каким мне сначала показался. Татуировки он может быть в молодости сделал, ужасная манера разговаривать - просто часть его имиджа, а распоряжения он привык отдавать, потому что занимает руководящую должность. Из него должен получиться отличный отец. 

Богдану я ничего не отвечаю и вместо этого задаю встречный вопрос:

- И куда мы сейчас едем?

- В ресторан. Худая ты больно, дюймовочка. Поедем кормить тебя и моего сына.