Наследник на его условиях

26 глава

После близости с Дамианисом делать вид, что он мне безразличен, глупо. Да это и не соответствует действительности. В груди тянет с такой силой, словно из меня душу хотят вытащить. А на самом деле во мне борются две Даши.

Одна привыкла поступать, как чувствует, и вопит, что надо бежать куда глаза глядят, как можно дальше от Зена. Другая — слишком рациональна, она живет по законам социума и взвешенным голосом говорит, что нужно остаться в Греции и рассказать Дамианису о беременности. Не знаю, какой мне довериться.

— Завтра у меня встреча с партнерами по другим сделкам. Возможно, придется поехать в командировку на день-другой. Когда вернусь, займемся обследованием. Но не для того, чтобы стать родителями, а для того, чтобы исключить этот риск.

— Еще один ультиматум? Я уже со счета сбилась который. Нет, по сути, он всего один. Но очень весомый, да?

— Единственный ребенок, которого я могу тебе продолжить, — это Лея.

С трудом сглатываю. Запущенный случай. С какой стороны не посмотри.

Пусть Зен занимается делами, а я переварю услышанное. Как раз Ника приедет. Может, она что-то стоящее посоветует. Да и вообще, не могу я больше носить в себе переживания! Нужно поделиться хоть с кем-нибудь.

И готовиться к взрыву эмоций. Потому что в такой ситуации делать аборт для меня противоестественно. Да и где гарантии, что после секса с Дамианисом я ни к кому больше не пошла? Вдруг это на самом деле не его ребенок? Хоть требуй у отеля, где мы жили, записи с камер видеонаблюдения за ту ночь.

— Понимаю, ты бы хотела услышать другое, но мы с тобой взрослые люди, у нас большой опыт в ведении бизнеса и переговоров, без определенного набора качеств таких высот не добиться. Твой ум и трезвый подход к ситуации я очень ценю. Давай и дальше обойдемся без истерик, громких заявлений и жалоб.

В том-то и дело, что вокруг меня одни проекты, рамки, правила, договоры. Я устала. К тому же еще и беременна. Хотя Зен об этом не знает, а следовательно, и поблажек ждать не стоит.

— Пока тебя не будет, я обо всем подумаю. Но знай: ты вправе просить меня выпить контрацептив, а я вправе решить, что для меня важнее. В случае чего без истерик разойдемся и каждый продолжит свою жизнь, — ставлю свой «ультиматум».

— Если ты будешь настаивать на сохранении беременности, то к прежней жизни уже не вернешься. Чтобы избежать повторения ситуации, которая была с Кирой, все будет исключительно на моих условиях. Ты подпишешь контракт и только после этого получишь разрешение рожать. Я не допущу, чтобы моего ребенка снова бросили, причинив ему боль.

Дурно становится от таких заявлений. Может, потому что я всегда была самодостаточной? Поначалу Егор пытался манипулировать, ревновал и даже просил уйти из бизнеса. Я пошла на уступки и несколько месяцев занималась хобби, путешествовала с ним, когда он мог. Каждый вечер встречала его с работы вкусным ужином. Изо всех сил пыталась соответствовать чужим ожиданиям. Пока не поняла, что занимаюсь глупостями и на самом деле хочу совершенно не этого.

— С Вирой я договорился, она останется с Леей до моего возвращения. Если есть желание присмотреть за девочкой, то ты можешь взять отгулы.

Со своими симпатиями к Дамианису я запустила работу. Да и не уверена, что нужно сближаться с ребенком, когда сама пока не определилась, что делать.

Даже если сбегу, меня все равно найдут и причину побега узнают. От этой мысли по коже несутся мурашки. Хотя можно ведь сказать Зену твердое «нет», сделать вид, что выпила контрацептив, разорвать все связи и улететь с Никой и мальчишками домой. Егор будет вести проект вместо меня, а я до самых родов поживу в домике на берегу моря, который достался нам с братом от родителей. А дальше без понятия, как быть. Все будет зависеть от состояния ребенка.

Зен наклоняется и касается моих губ своими. Так нежно и чувственно, будто просит прощения. И ведь есть за что!

Вопреки желанию оттолкнуть Дамианиса, я отвечаю. Закрываю глаза, чувствуя давление теплого языка. Боже… Зен требует, чтобы я приняла экстренный контрацептив, говорит, что детей у нас никогда не будет, а я все равно к нему тянусь и даже в глубине души пытаюсь понять и найти оправдания.

Дамианис отстраняется и смотрит на меня. Берет мое лицо в свои ладони. Сердце разгоняется от его взгляда.

— Почему у меня ощущение, будто ты что-то недоговариваешь? — Он словно читает мои мысли.

Признайся, Даша! Прямо сейчас. Скажи ему все как есть.

Но как же много сомнений! Эмоции переполняют, душат! Не хочу ругаться с Зеном. Ссора в ночи — худшее, что может быть, особенно после страстного секса, когда обоим было хорошо. Я ведь ни за что не соглашусь подписывать никакие контракты. Это ребенок, а не очередной проект сумасшедшего миллионера.

В семейной жизни с Егором всякое бывало. Отношения в паре — это каждодневный труд. Когда кто-то из нас отказывался «работать» и проявлять терпение, это выливалось в конфликтные ситуации. Мы, конечно, мирились, но в процессе ссор отнимали друг у друга много ресурсов и ранили словами. Часто сильнее, чем ожидалось. Обид в итоге накопилось огромное множество. А потом я узнала о переписках мужа, его флирте с другими женщинами... Это стало точкой невозврата.

— Давай отложим все разговоры на потом? У меня уже не осталось сил… — шепчу я.