Наследник на его условиях

31 глава

Лея сегодня много молчит и выглядит задумчивой. Ощущаю ее тревогу и вижу по глазам: девочку что-то беспокоит.

Я словно от сердца отрываю эту малышку. Так хочется наплевать на все нюансы и забрать ее с собой, в Москву. На душе тяжело от мысли, что это последняя наша встреча.

Отчасти понятен порыв Зена в тот роковой вечер. Дамианис поступил, как чувствовал. Отключил разум, доверился сердцу. Так же как и я буквально несколько ночей назад. К сожалению, не бывает так, чтобы человек, сделав выбор, не сталкивался с его последствиями.

После того как забеременела, я стала сентиментальнее и воспринимаю все в разы острее. Успокаиваю себя словами, которые часто слышала от отца. Он говорил, что сильные поступают так, как хотят, а слабые страдают так, как и должны. Если до встречи с Зеном я ощущала внутри силу, то теперь — уязвленность. То, что и подходит слабым, страдающим людям.

— Даша, почему ты не можешь поехать со мной? Давай я попрошу Леона и он возьмет тебя с нами? Он хорошо ко мне относится и обязательно согласится на мои условия.

Если бы все было так просто, маленький доверчивый зверек... Всем хочется поддержки, любви и тепла. Надеюсь, Лея сполна их получит.

— Мне нужно возвращаться домой,там ждут другие дела. Вик, Вит и Ника — моя семья. Я не могу остаться здесь или уехать вместе с тобой. — Глажу Лею по волосам, едва сохраняя спокойный тон.

Хорошо, что девочка не видит моего лица, потому что сейчас я плачу. Опять думаю о Зене и о том, как ненавижу его. Мало того, что Дамианис не смог поговорить со мной лично или хотя бы по телефону сказать все как есть, так еще и обрекает меня и эту кроху на новые муки.

Невыносимо причинять боль другому человеку, тем более такому маленькому и беззащитному. Неужели Зен не понимает, что с людьми так нельзя? Что я и Лея не игрушки, не роботы, а живые существа!

— Ты ведь приедешь ко мне? — с надеждой спрашивает Маугли.

— Я постараюсь, — сознательно иду на ложь, зная, что это наша последняя встреча.

Так для всех будет лучше. Недавно я говорила Леону о том, как подвижна психика у детей. Через год или два Лея обо мне и не вспомнит. Зато я навсегда сохраню в памяти эту очаровательную девчушку. Впрочем, не только ее. Зен — отец моего ребенка, это на всю жизнь свяжет нас с ним невидимой нитью, даже если Дамианис об этом знать и не будет.

— Помнишь, мы смотрели мультфильм и там девочка писала письма подруге? Ты будешь мне писать? — не унимается Лея.

— Мне придется выучить греческий. Или тебе английский. Будем общаться на нем.

— Я выучу. Мне хочется так много всего узнать! Леон сказал, что у меня есть старшая сестра, ее зовут Кира, но пока мы не можем увидеться, потому что она живет в другой стране и неважно себя чувствует. Как подрасту, попрошу его или Зена привезти меня в Россию.

— Хорошо.

Я пообещала себе не портить нашу последнюю встречу с Леей. Через пару часов поеду к Егору за документами, а прямиком из офиса — в аэропорт. Не смогу я еще раз прийти к своей Маугли. Расплачусь. В жизни бы не подумала, что можно так прикипеть к почти незнакомой девочке за столь короткий срок.

— Мне грустно, — добивает меня Лея.

В носу противно щиплет, а в глазах опять собираются предательские слезы.

— Не печалься, малыш. — Обнимаю ее, ощущая, как Лея прижимается к моему животу.

Пронзает мыслью, что у девочки не только Кира есть, но и вскоре появится еще один близкий человек.

Несмотря на запугивания Зена про плохую наследственность, я уверена, что у моего сына или дочки все со здоровьем будет хорошо. Или я просто хочу так думать. Потому что еще одного удара попросту не вынесу и сломаюсь.

— Будешь мороженое? — предлагаю и тут же вспоминаю, что малышка совсем недавно болела и не стоит нагружать ее горло. — А давай лучше по пирожному? Какое ты будешь?

— Никакое, — с той же грустью в голосе отвечает Лея. — Покажи мне лучше фото своего дома.

Я открываю галерею. Сначала показываю квартиру в Москве, где только недавно закончила ремонт. Было очень сложно его доделывать, ведь всю душу я уже вложила в наш дом с Егором, с такой любовью вила семейное гнездышко. Теперь все предстоит менять. Чтобы мне и ребенку было максимально комфортно. И то, наверное, не в этой квартире, а в родительском доме.

Удивительно, я летела в Грецию, твердо зная, какой вижу свою дальнейшую жизнь и чего от нее хочу, было столько планов. Но когда пожила тут, все перевернулось с ног на голову.

— А это еще один мой дом. Он там, где есть море, как и здесь. В этом доме когда-то жили мои родители.

— Как красиво! — восхищается Лея. — А где они сейчас?

— Их не стало.

— А давай мы попросим Леона разрешить мне поехать с тобой? И вместе там будем жить.

Ох, это было бы замечательно, но никто на такое не пойдет.

— Боюсь, это невозможно. По документам я тебе никто.

— Это неправда! Ты моя лучшая подруга. Или даже как сестра.

Прячу телефон в карман джинсов и обнимаю Маугли. Какая же она славная девочка.