Наследник тьмы. Сердце и слёзы

5.

*****

Несмотря на прямую просьбу, в верховой прогулке государственному преступнику отказали. Ему предоставили карету с зеркальными окнами, сквозь которые не видно, кто внутри. Правитель Тирганн желает посмотреть в последний раз на свои владения — пожалуйста. Но суду вовсе не хотелось, чтобы и его видели толпы зевак — мирных жителей и, возможно, скрытых сообщников. Красоваться верхом на своём любимом вороном коне, в цепях и в короне — это уж слишком! Обычная закрытая тюремная карета, запряженная казенной парой — вот катафалк, достойный предателя!

Сиятельнокровный мог бы успешно иронизировать и над этим обстоятельством, но в карете он сидел один. Весь конвой ехал снаружи, на лошадях. Так что демонстрировать своё остроумие и самообладание было некому. Можно позволить себе настоящую ожесточенную злость и лихорадочные поиски выхода, так свойственные проигравшим. У него впереди около двух часов дороги (если полковник примет к сведению намёк, то два с половиной, а то и все три часа). А дальше — унылое заточение, раздражающее не столько стенами и лишениями, сколько постоянным присутствием железнобрюхих. Их солдатские шуточки и классовую ненависть он себе заранее представляет во всей красе. Не зря из них получаются лучшие тюремщики по всей «земле юности» или «стране вечного лета», как с завистью называют царство Туансид на Той Стороне.

А называют их по-всякому. Светлый народ — не в юридически безупречном местном смысле, а в целом, не различая добрую тысячу народов и рас, уроженцев или подданных Туансида. Светлые — или «фейри», подразумевает и способность их ликов и пальцев светиться магией, и ясновидение, присущее многим, и чисто утилитарное, понятное всем мирам почтение перед древними знатными родами, сродни обращению «ваша светлость» или «ваше сиятельство».

Кроме светлого, благословенного, доброго и честного народа, так же широко в ходу намекающие названия: невидимки, странные соседи, те самые соседи, и просто Та Сторона. Как будто, если так называть, никто не догадается!

Тамошние ученые в своих довольно наивных трактатах чаще объединяют соседей под общим званием «сидхе[1]». В честь первых сидов, древних стражей курганов и обитателей волшебных холмов, с которыми на границах миров люди с Той Стороны сталкивались чаще всего. Не различая, конечно, высших сидов, тем более, их ступени, и общенародную, можно сказать, плебейскую генетику Дини Ши — ведь сейчас трудно найти кого-то в Туансиде, в ком нет и капли крови древней королевы Даны. Здесь это давно уже не признак благородства.

Наиболее придирчивые и разумные ученые мужи, как и многие совершенно необразованные сельские жители используют устойчивое выражение «малый народ», имея в виду малочисленность и редкостные качества, никак не рост. То самое, «малое стадо», избранные, щедро наделенные слишком многими качествами, о которых иные могут только мечтать. Редкий исчезающий вид.

Исчезающий буквально, в двух смыслах: и всё реже встречается открыто, так как рядом с теми соседями даже великим сидам появляться становится всё более опасно. И, способные быстро переноситься на значительные расстояния, исчезая с глаз в одном месте, и появляясь в другом. Не все, правда, умеют исчезать чисто — в мгновение ока, без дыма и пыли, и без вспомогательных талисманов, но соседей впечатляет и самое топорное перемещение. Они ведь даже летать «чисто» не могут! Где уж им использовать карманы в пространстве, сокращать путь через грани или по желанию распадаться на атомы и легко собираться в другом месте. Превосходное физическое развитие, редкая образованность, исключительная красота или, наоборот, уродство и даже вечная молодость на этом фоне дело десятое, вернее, их воспринимают просто частью магии, а вот особым способностям соседей завидовали всегда!

Здесь же людей Той Стороны за глаза называют простаками, а в глаза, естественно, — «гости». Иногда, но намного реже, зовут и соседями. И даже народом Большого мира. А потомков «гостей», кто принял подданство Туансида или, по крайней мере, оставил здесь полукровное потомство, называют симплирождёнными. Лишь немногие из «гостей» перешли границу по честному приглашению, большинство стали жертвой обмана, наваждения, похищения, но не меньше — и жертв собственного любопытства. Становились они потом почетными гостями при дворе правителей, временными долговыми рабами или просто вливались в честной народ, вступали в брак со светлыми или предпочитали таких же «потусторонних», как они сами, все, кто не умер от ностальгии, считались полноправными гражданами Туансида и верными подданными государя. Без особых привилегий и без ущемления прав.

Симплисы — звучит менее обидно, чем простаки, но по сути значит ровно то же самое. И некоторые их потомки веками, на протяжении многих поколений так и остаются симплирождёнными, если не нашлось более славного и колоритного предка для родчества.

У самого Тирганна в роду немало древних королей, причем несколько из них — «гости». В их числе легендарный Хёлль, Ольховый король, первый предводитель Дикой Охоты. Уж его-то никто не назовет «простаком»! Тем не менее, сейчас в путанице предков самым ярким считается наследие матери, одной из дочерей Эквила Великого, владыки лесных вод. А сиятельнокровный он вообще независимо от предков, это личный талант! Но не всем повезло так же.

Многие потомки «гостей», даже через поколения сохранившие их способности, точнее, приобретшие мало новых талантов светлой родни, высоко востребованы в спецотрядах внутренней охраны. В бою, само собой, они скоростью и неуязвимостью не превзойдут детей малого народа. И вынуждены носить доспехи — нагрудники из легкой и сверхпрочной стали, местной ковки. Доспехи почти не мешают драться, напротив, надежно защищают, но никто из способных защитить себя магией, доспехов не носит, и скрыть симпли-происхождение в бою невозможно. Из них, потомков «гостей», и сформировалась когда-то Стальная сотня, личная гвардия государя, ещё со времен короля Атуана.