Наследники. Дочь в отца

ГЛАВА 3

Я, пребывая в шоке, перевела взгляд с мужчины на то, а точнее тех, кто находился за дверью. Пять человек, среди них маленькая девочка, лет пяти. Все сидели на большом угловом диване возле зашторенного окна. У всех полное равнодушие на лицах. Кроме девочки. Её светлые глаза были важными, как будто она только что плакала или вот-вот готова расплакаться. Сердце в груди сжалось – так жалко мне стало малышку.

– Ну, знакомьтесь, это Попова Светлана Дмитриевна, – представил меня адвокат.

Девушка, крашенная блондинка, лет двадцати, сидевшая скраю, ближе ко входу, одарила меня настороженным взглядом. А потом толкнула плечом мужчину, что сидел с ней рядом.

– Больше никого не ждём? – спросила она.

– Нет, ваш брат приезжать отказался, – качнул головой Кахович.

– От наследства тоже? – фыркнула блондинка. На это адвокат ничего не ответил, подошёл ко всем собравшимся и устроился в кресле напротив. Рядом с креслом стояло точно такое же, буквально близнец, и я решила присесть в него.

Так, это точно не та встреча, про которую я подумала. Того, кто каждый месяц присылал мне лилии и являлся вот уже почти полгода моим самым страшным кошмаром, здесь не было.

Если все собравшиеся здесь актёры и играют сейчас роли согласно сюжету, написанному ИМ, то... то не девочка. В её глазах печаль и тоска. Неподдельные.

Так стало быть все происходящее здесь и сейчас – правда?

И я, чудесным образом, оказалась среди наследников?

Смотрела на всех по очереди, ощущая себя... лишней. Я даже визуально выбивалась в своём поистине нелепом прикиде.

Мужчина, что вальяжно восседал рядом с блондинкой, выглядел лет на тридцать. Может чуть больше. Шёлковая рубашка, синяя в мелкую серую полоску, идеально выглаженные брюки и золотой браслет часов на запястье – все это явно стоило больших денег. Как и темно-серое платье и украшения самой блондинки.

Я посмотрела на девочку, встречаясь своим взглядом с её. И меня словно током ударило – мы с ней были очень похожи. Как будто я сейчас на свою детскую фотографию смотрела. Волосы у девочки русые, чуть светлее на концах, заплетены в две толстые и упругие косички. Глаза серо-голубые. Губы бантиком, бровки полумесяцем и милый курносый носик.

Малышка сжала подол юбки джинсового комбинезона и поелозила на месте. И смотрела, смотрела на меня, не отводя глаз. Может и она сходство заметила?

Ещё двое присутствующих здесь людей выглядели иначе. Сидели рядом, держась за руки. Мужчина и женщина, лет по пятьдесят. Супруги, наверно. На женщине надето скромное и закрытое платье, поверх него белый фартук, на мужчине джинсы и футболка. Я подумала, что они не родственники усопшего, а скорее всего те, кто в этом доме работал.

– Ну, приступим, – начал адвокат, а потом вдруг резко посмотрел на девочку. – Анжела Дмитриевна, может Мии все же не стоит присутствовать?

– Сама захотела, – бросила блондинка недовольно. А девочка, соглашаясь, кивнула.

– Ладно, – нахмурился Кахович, поправляя очки на носу.

Он достал из папки, которую держал все это время в руках, листок и начал вслух читать.

– Начнем. Супругам Иваньковым, Александру Михайловичу и Наталье Сергеевне достается загородный участок на Новой Каховке и сумма в миллион рублей на строительство дома. А так же ежемесячное вознаграждение в размере тридцати тысяч каждому, невзирая останутся они работать в этом доме или нет. Дмитрий Анатольевич указал, что безмерно благодарен вам за все, – мужчина и женщина, державшиеся за руки с благодарностью и слезами в глазах кивнули. А адвокат продолжил:

– Ярцевой Анжеле Дмитриевне достаются акции фирмы "Девятый Яр", квартрра на Садовом, автомобиль марки лексус и ежемесячное пособие в сто тысяч рублей на личные нужды, – блондинка нахмурилась и задумчиво вытянул губы. Рассчитывала на большее? А что, по мне достойное наследство. Квартиры на Садовом, между прочим, в центре города, стояли прилично.

– Астахову Леониду Алексеевичу, – заговорил Кахович и мужчина, сидевший рядом с Анжелой тут же воодушевился и принялся внимательно слушать, – Дмитрий Анатольевич завещал часть акций фирмы "Девятый Яр" и охотничий домик в Снегирево.

Леониду услышанное тоже не особо впечатлило, но в отличие от блондинки, он этого явно демонстрировать не стал.

Адвокат между тем продолжил и дошёл до меня:

– Попопой Светлане Дмитриевне мой клиент оставляет частную клинику на Матвеевской улице, – я открыла рот от удивления и захлопала глазками, – и так же, как и Анжеле, ежемесячное пособие в размере ста тысяч рублей на личные нужды. Такую же сумму Дмитрий Анатольевич велел выделять на содержание Мии. И ещё, – Кахович снял очки, потрогал переносицу и, надев очки обратно, произнес: – Этот дом мой клиент завещал опекуну своей младшей дочери, Мии Дмитриевне. Как и часть акций "Девятый Яр".

– И кто же станет её опекуном? – фыркнула Анжела.

И только сейчас до меня дошло, что и она и девочка являлись моими сёстрами. Да, по отцу, но и этого не мало. За один день обрести сразу двоих родственников – это не шутка.

Или все же шутка?

Которая затянулась.

– Мой клиент просил стать опекуном свою старшую дочь, – прозвучал ответ из уст адвоката.

И после этих слов все присутствующие резко на меня посмотрели.

– Меня? – пискнула я.

– Да. Дмитрий Анатольевич так захотел.

– Но, кхм, – я покосилась на девочку. Мне было её безумно жаль, но... – Если вдруг обстоятельства не позволяют мне выполнить... данную просьбу...

– Я вас понял, – кивнул Емзари Кахович, – в таком случае остальные члены семьи Мии должны выбрать опекуна для Мии.

Девочка, нахмурив бровки, посмотрела на меня. А в её глазах застыли слезы.

Так нечестно!

Как я могла взять на себя такую ответственность?

И как это, мой типа папочка, вообще до такого додумался?

Он всерьёз считал, что я соглашусь?

Его я не знала, никогда не видела, детей его других тоже... и тут нате вам, вот так!