Наследники. Дочь в отца

ГЛАВА 4

– Наташа, принеси вино и закуску, – по-хозяйски и свысока произнесла Анжела, обращаясь к женщине в фартуке, а потом она повернулась на нас с адвокатом: – Помянем папу, в кругу самых близких.

Я дернулась всем телом. Не знаю, вроде последнюю фразу Анжела произнесла без иронии, но мне все равно не понравилось.

Наташа и её муж тут же удалились. Леонид, кто он там был и кому кем приходится, я пока не понимала, отозвал Каховича в сторонку, и они замерли у стеллажа с книгами, начав разговор.

Мия так и сидела на диване, опустив личико в пол. А вот Анжела решила подойти ко мне:

– Света же, правильно? Я Анжела. Мы с тобой, получается, сестры.

– Получается, – кивнула я, присматриваясь к новоиспеченной родственнице, – только называй меня лучше Ланой.

– Хорошо, Лана, – кивнула она.

Здесь в помещение вернулась Наташа, закатывая столик на колёсиках. На нем стояли две бутылки вина, бокалы и порционные закуски на трех тарелках.

Леонид ненадолго отвлёкся от беседы с Емзари Каховичем, разлил вино по четырем бокалам, два взял с собой и вернулся к адвокату.

Анжела тоже взяла два бокала и снова подошла ко мне:

– Ну, как тебе все происходящее? – она протянула мне бокал и тут же, не дождавшись пока я возьму, выпила из другого.

Голос у Анжелы звонкий и игривый. Меня такие раздражают. Но я решила этого не демонстрировать, взяла бокал и спокойно ответила:

– Я пока ещё не поняла, – и тоже глотнула. – Честно говоря это все неожиданно. Ещё час назад я даже не подозревала о существовании у себя отца.

– Знаю. Папа говорил, что ты не знаешь.

– А ты обо мне знала? – удивилась я.

– Да. Все знали.

Я нахмурилась, не понимая:

– Странно...

– Я не вдавалась в подробности, но на сколько знаю, все дело в твоей матери, – заявила Анжела. – У неё спроси.

– Я бы и рада, но моя мама давно умерла.

– Ой, сочувствую, – сдвинула Анжела бровки и отпила ещё вина. Я последовала её примеру. Тем более вино было очень вкусным. – Моя вот мамка жива, но ей и на меня и на Славку давно глубоко плевать. Как развелась с отцом, так и от нас с братом открестилась. Хотя и брат старший у меня хорош, давно не объявлялся. Думала хоть сегодня придёт.

Я уже поняла, что существовал ещё один наследник, он же брат.

– У него были плохие отношения с отцом?

– У него со всеми. Ужасный характер, – поморщила Анжела носик так, словно рядом плохо пахло. А потом залпом допила остатки вина в бокале.

Улыбнулась мне, подошла к столику и вернулась с бутылкой, наливая себе и подливая мне.

– А этот Леонид, – кивнула я на беседующих у стеллажа, – он нам какой родственник?

– Он брат папиной второй жены, Лены, родной дядя Мии.

– А где сама Лена?

– А Лена погибла вместе с папой.

Я резко перевела взгляд на девочку. Мия так и сидела на том же месте и все вокруг словно её не касалось.

Получается, она осталась совсем без родителей?

Бедный ребёнок...

Девочка вдруг подняла лицо и уставилась на меня. Красивая такая. Милая. И безумно грустная.

– А что произошло? – вернула я взгляд на Анжелу.

– Частный самолёт, на котором они летели, разбился. Погиб отец, Лена и стюрдесса. Пилоту удалось выжить, но... даже не знаю, можно ли теперь назвать его существование жизнью. Инвалид он теперь. А такой молодой и симпатичный был.

– И как давно это произошло?

– Завтра будет сорок дней, – ответила она тихо. А потом резко прибавила голосу децибел: – Кстати, приходи завтра на поминки. Представим тебя папиным друзьям и другим родственникам.

– И много ещё родственников? – нахмурилась я настороженно. Мне бы всех этих пока запомнить.

– Да хватает. Только они все дальние, – фыркнула Анжела, снова выпив вина. – Хоть рты и разинули, но им от папы достанется мелочь. Все основные наследники сейчас здесь... Знаешь, только вот странно, что тебе он клинику завещал... ты, вообще, чем занимаешься?

Судя по всему поболтать Анжела любила. Я же наоборот. Но раз уж такое дело.

Я тоже глотнула вина и ответила:

– Я врач.

– А, тогда понятно. И какой ты врач?

– Хирург.

– Серьёзно? – Анжела вдруг хихикнула. За что её одарил недовольным взглядом Леонид, только вот Анжела этого не увидела. – Ну прям как наш папочка.

– Он тоже был врачом? – удивленно спросила.

– Нет. Но он был Хирургом. Кличка такая у папы была. Ну, девяностые, все дела. До сих пор старые друзья к нему так обращаются... Обращались.

Ну здрасьте, приехали. Кличка.

Явно неспроста такая. И какие там у папочки бывшие друзья из девяностых догадаться не сложно. И откуда столько денег...

Я вздохнула. И снова посмотрела на Мию.

Мне её было ужасно жаль. Смотрела – и сердце кровью обливалось.

– Несносный и невоспитанный ребёнок, – заметив куда я смотрю, тихо сообщила Анжела. – И правильно, что ты отказалась от опекунства. Намучилась бы с ней.

– Ты тогда мучиться будешь? – невольно усмехнулась она.

– Нет. Какие мне дети? Я бы Леониду её отдала. Он-то бы смог взяться за её воспитание.

Я невольно покосилась на того самого Леонида. И подумала вдруг: нет, не смог бы. В том плане – вряд ли бы он занимался бы девочкой. Мне вообще показалось, что всем здесь на ребёнка плевать.

Честно говоря, я не была уверена, что приму все то, что завещал неизвестный мне, но вроде как мой отец. Если Анжела не соврала и нашему с ним общению противилась моя мама, то... была же тому причина?

И скорее всего о ней знала тетя Надя.

– Извини, – бросила я Анжеле, – мне пора. – Я допила вино и поставила бокал на столик. – До свидания, – громко произнесла и направилась к выходу.

– Завтра к четырем! – услышала я в спину голос Анжелы, а затем дверь комнаты за мной захлопнулась.

В коридоре я замерла, доставая телефон. Тетя Надя должна быть дома. А мне нужно было сейчас с ней поговорить.

Я уже собралась идти дальше, но тут услышала, как дверь сзади снова хлопнула. Я обернулась и увидела Мию.