Наследники магии. Проклятие рыжего оборотня

5

Сила возвращалась. Он чувствовал это каждую минуту и каждую секунду и, отдавая себе отчет, что существует только в собственном подсознании, ощущал, как наливаются мощью призрачные мускулы.

Хотя его сила никогда не была физической. Совсем наоборот – она существовала словно за гранью мира, он ощущал ее как половодную реку огня, живого пламени, она жгла его, одновременно согревая. Сила заставляла его кровь гореть, как спирт от малейшей искры. Сила сжигала его изнутри, не имея выхода…

Он еще раз отдернул занавеску, безрадостно глядя на гневного мужчину со светлыми волосами и зелеными глазами, кричащего на двух мальчиков. Один из них походил на мужчину цветом волос и глаз, другой был рыжим и казался язычком пламени.

Он закрыл занавеску и отвернулся. Его заставили если не забыть это, то забыть ярость, что пробудилась в его сердце в то мгновение, ярость на несправедливость со стороны отца лучшего друга. А теперь она возвращалась. Теперь огненная река, снова вливаясь в его тело, возвращала ее. Кажется, его стремление стать сильнее обратилось против него.

Нет, но причем здесь он? Это же они, они, глупцы, идиоты, эти безмозглые обитатели замка на холме устроили его тело там, где оно непрестанно будет напитываться силой!

В прошлый раз рядом хотя бы заточили меч, отбирающий силу. В этот раз создали все условия для ее возвращения…

Но он не хотел этого больше. Он не хотел ярости, не желал ни ненависти, ни мести за обиды названого брата.

Потому что брат предал его. Брат отрекся от их целей, их желаний, брат забыл обо всем ради своего нового друга – этого выродка графского рода, Анри Людовика де Нормонда. Мальчишки, что однажды сломал ему ногу и руку, юнца, сумевшего его одолеть!..

Чеслав потянул носом воздух и тут же сделал медленный выдох, прикрывая глаза.

Нельзя… нельзя больше злиться, не нужно это. Брат предал его, брат встал на сторону врага, маленький провидец предрек его поражение, а Анри ему это поражение принес.

Но они не подумали, что даже сидя здесь, в плену своей памяти, он сумеет сделать то, чего желал сам – он сумеет обучить своего названного сына, Адриана.

При воспоминании о молодом оборотне по губам скользнула улыбка.

Да… Адриан. Сын. Он отрицает это, но самому Чеславу их магическое (да и кровное) родство очевидно – в конце концов, у парня даже волосы рыжиной отливают! А в волчьем облике он и вовсе рыжий.

Вик, наверное, злиться… Да и плевать на него. Если все пройдет, как надо, если Адриан сумеет разбудить его, вернет его обратно в этот мир… Он, наверное, уйдет из поместья Мактиере, уйдет подальше от холма, выстроит себе хижинку в лесу и будет спокойно коротать там дни. Собственно говоря, что ему нужно от жизни? Покой и умиротворение – большего он не просит. Он будет жить, обучать Адриана, может быть, его детей – своих внуков, - потом, и только. Возможно, иногда будет помогать ученику, если тому придет в голову нажить себе врагов. Возможно, будет иногда видеться с братом… Да что там, он молод, красив, почему бы ему не найти себе женщину и не завести собственных, полноценно родных волчат?

Да, так он и сделает.

Только надо сначала выбраться отсюда. А потом решить вопрос с вурдалаками, понять, как укротить собственную силу и – обязательно! – выяснить, что же гнетет Анхеля. Брат что-то скрывает от него, и это очень неприятно. Хм. Интересно, а Анри знает причину такого состояния Ана?

***

Анри окинул долгим взглядом мрачного друга и, глубоко вздохнув, неодобрительно покачал головой. Анхель, в общем-то, и никогда не был слишком уж улыбчивым и веселым, но в последнее время с ним явно творилось что-то не то.

- Да что с тобой такое? – парень всплеснул руками, - Ты все мои слова мимо ушей пропускаешь, постоянно витаешь в каких-то своих мыслях!

Альбинос недовольно повел плечом и поморщился. Анри знал, что Ан терпеть не может нотаций и, в целом, старался оградить его от них, но сейчас ситуация показалась ему достойной претензии.

- Ничего я не пропускаю, - огрызнулся ворас, правда, огрызнулся беззлобно, - Я просто… Не думаю, чтобы Адриан был прав в своем желании разбудить Чеса.

Парень пожал плечами. Этот вопрос они уже обсудили и уж переживать на эту тему точно не следовало.

- Ну, я тоже не в восторге от идеи этого волчонка, Ан. Чеслав непредсказуем, он вполне мог обмануть даже своего ученика, своего, как он говорит, сына… Но в целом, мысль интересная. Если вурдалаки лезут из мира дедушки, почему бы не отправить к ним Чеслава? Он и разомнется, и пар выпустит. Тем более, что мы оба знаем, как опасна может быть возвращающаяся к нему мощь.

Анхель устало опустил плечи, задумался о чем-то и вновь помрачнел.

- Вы так уверены, что вурдалаки лезут оттуда… А что, если лезут не только они? Просто вурдалаки нападают, светятся, а другие… - он махнул узкой рукой и тут же отвел ее в сторону, - Только я не понимаю, зачем? Какой в этом смысл, им что, своего мира мало?

Анри нахмурился, торопливо прикидывая варианты и, наконец, сжал губы. Мысль, пришедшая ему на ум, казалась здравой, разумной, но вместе с тем и несколько фантастической, поэтому поверить в нее до конца не получалось.

- Если только… что, если тем миром, после исчезновения деда, кто-то все-таки правит? Что, если этот кто-то хочет расширить подвластную ему область и потихоньку пробирается в наш мир, засылает диверсантов?..