Наследники Шамаша. Том 1. Тени и пыль

Глава 1. Счастливые хлопоты

18 лет спустя...

Солнце, укутанное в громоздкие опалово-золотые меха, озарило туманное небо бледным жемчужным сиянием. Оно осыпалось мягкими пушинками на мёрзлую землю, заботливо укрыв её. Холмистые просторы оделись в белые одежды и ярко сияли, ослепляя.

Темноволосая девушка по имени Ишмерай жарила на костре колбаски и хлеб, поглубже запахиваясь в длинную кожаную куртку с большим меховым капюшоном. Сегодня не было ветра. Но руки и ноги всё равно замёрзли. Не спасали даже толстые рукавицы и тёплые шерстяные носки. Декабрь в Атии выдался особенно холодным в этом году. Хотелось согреться облепиховым чаем.

Ишмерай сняла колбаску с огня, разрезала карманным ножичком, откусила и улыбнулась.

— Готово!

Дремучий лес, погруженный в утреннее безмолвие, накрылся снежным одеялом и нахохлился, тоскуя о шумных птицах, улетевших зимовать в тёплые края. Снег ложился на землю невесомой рассыпчатой периной. И до того густой была эта тишина, что, казалось, сама создавала сладкий шелест и мягкий звон дремучих просторов.

— Марк! — позвала девушка, сняв рукавицы и протянув руки к огню. — Закругляйся. Всё готово.

На толстой корке льда, сковавшей небольшую заводь, сидела фигура с удочкой в руках, завёрнутая в тёплый меховой тулуп. Рыбак медленно поднялся с раскладного табурета, оглядел прорубь, окуней, лежавших в небольшом ящике-сумке с длинными кожаными ручками, и начал собираться.

— Я замёрзла, пора возвращаться, — сказала Ишмерай, когда фигура подошла к ней и сняла капюшон.

На тёмные волосы двадцатилетнего Марка медленно падали снежинки. Крупные, почти чёрные, глаза внимательно оглядели еду, готовившуюся на костре.

— У-у, у меня всё задеревенело!

— Зачем мы вообще попёрлись на эту рыбалку?..

— Мы с тобой любим рыбалку.

— Ты любишь. Я люблю рыбачить только летом. Ешь!

Марк взял тарелку, погрел руки у костра, хлюпнул красным носом и откусил кусок от крупной толстой колбаски.

— М-м-м… — он заулыбался. — Они ещё и с кусочками сыра.

— Хлеб я тоже поджарила. Бери.

— Чего-нибудь горяченького бы сюда, — мечтательно протянул Марк, активно пережёвывая обед. — Чтобы прям горло обожгло. Чёрт, нос отваливается.

— Горяченькое будет дома.

Ишмерай убрала густые тёмные пряди под капюшон и начала сворачивать маленький лагерь. Снег пошёл сильнее. Крупные хлопья падали на её пушистые длинные ресницы, на высокие тонкие изящные брови, плавились на маленьких обветренных на морозе губах. Огромные ярко-зелёные глаза настороженно обратились вдаль, как только она услышала треск веток.

— Ты слышал? — прошептала девушка.

— Животное какое-то идёт. Может, пума.

— Они сюда не заходят, мы на окраине леса.

— … да, морозно в Атии. Что-то мы махнули… — с полным ртом проговорил Марк, подойдя ближе к костру.

Неподалёку снова послышался треск, и Ишмерай оцепенела. Она сжала рукоять длинного кинжала.

— Вы всё жрёте!

Девушка вздрогнула от неожиданности и обернулась.

Прислонившись к дереву и сложив руки на могучей груди, позади стоял огромный бородатый черноволосый мужчина. Он был куда выше, плотнее, мускулистее и старше Марка. Крупные чёрные глаза с добрыми морщинками вокруг глядели сурово и пристально.

— Марцелл! – воскликнула Ишмерай. – Напугал! Зачем пришёл? Опять шпионишь?

— Извиняйте, сударушка, — хмыкнул Марцелл. – Батюшка ваш будет не в восторге, когда узнает, что вы вздумали рыбачить в это время.

— А что не так с этим временем? — удивился Марк. — Утро же. Давай позавтракаем, Марцелл.

— Вчера вечером здесь появились подозрительные следы.

— Медведь? — спросила Ишмерай.

— Кто-то побольше. И посвирепее. Задрал парочку лосей. Выпустил кишки наружу, ничего не съел.

— Ты просто меня пугаешь, — парировала Ишмерай. — Ты всегда так делал, когда я была маленькая.

— Да ты и сейчас не больно взрослая. Сколько тебе? Пятнадцать?

— Завтра исполнится восемнадцать, — важно ответила Ишмерай.

— А мозги, как у десятилетки.

Марк засмеялся.

— А ты чего гогочешь? — Марцелл посуровел. — Потащил барышню зимой на рыбалку. Я в твоём возрасте!..

— Ой, не надо рассказывать мне тут, что ты делал и в каком возрасте, — фыркнул Марк. — Я слышал эти россказни про твои похождения. Тебя знают все проститутки Сильвана! Прости, Ишмерай.

Та лишь затаённо и хитро улыбалась.

— Закругляйтесь давайте, — рыкнул Марцелл, не смея перечить Марку. — Сокол прилетел. Герцог вот-вот будет дома.

Ишмерай хотела направиться к своему коню, но Марк вдруг остановил спутницу, повернул к себе, невозмутимо застегнул её куртку на все крючки, нахлобучил на её голову капюшон.