Наследники Шамаша. Том 1. Тени и пыль

Глава 8. Угрозы Гаспара

За весь следующий день и хозяева, и самые почётные гости вышли из дома лишь однажды — для освежающей прогулки по сияющему от снега и яркого солнца парку.

— Я уже не помню, когда лежал так последний раз и при этом меня не дёргала ни одна живая душа, — довольно ворковал король с закрытыми глазами. – Я бы остался здесь на веки вечные. И снежными вечерами слушал эту музыку…

— Оставайтесь, Ваше Величество, — сказала мрачная герцогиня, мысли которой были далеко в проклятых землях Кунабулы.

— К сожалению, у короля всегда имеются обязательства перед всем миром… — промямлил Арнил, сонливо потирая переносицу. – И перед своей королевой…

— Вы говорите это будто с неохотой, Ваше Величество, — съехидничала Реция Кицвилан, которая была далеко не единственной среди тех, кто терпеть не мог королеву Карнеоласа.

— Всё валяетесь, Ваше Величество! – констатировал Лорен, ворвавшись в гостиную: он превосходно играл свою роль. – Поднимайтесь, король, поглядим на министров Атии.

— Гаральд сказал, что на министров Атии глядеть мы будем вечером, — упрямо взвыл самодержец, повернувшись на бок.

— Вот же ленивый! – возмутился Лорен. – За те несколько дней, что тебя не будет в Карнеоласе, тебя кто-нибудь да скинет с трона! Эй, Ваше Высочество, поезжайте-ка вы в Кеос и защищайте интересы своего отца… Где же принц?

— Там, где и положено ему быть, — вздохнул король. – У ног Ишмерай.

— Ишмерай внизу. Смотрит, как фехтуют Марцелл и Акил, — возразил Лорен. – Неплохо фехтуют, надо сказать.

— Не поссорились ли вчера Ишмерай и Марк? – задумчиво пробормотала принцесса Плио.

— Хоть одна достойная девица уделяет внимание одному из моих шалопаев, — усмехнулся король. — Я был бы рад, если бы один из моих сыновей пожелал взять в жены одну из дочерей герцога. Хотя у меня два сына, а у герцога две дочери… кто знает?.. – он улыбнулся. – Что скажет на это герцогиня?

— Я хочу, чтобы мои дочери вышли замуж за тех, кого они полюбят всем сердцем, — глухо отозвалась Акме, едва следя за нитью ленивых рассуждений короля.

— Даже если женихи окажутся без роду и племени? – усмехнулся самодержец, плотно позавтракавший лосятиной и вином.

— К счастью, приданое и связи обеих достаточно хороши.

— Атанаис покраснела! – засмеялась Реция. – Не занято ли твоё благородное сердечко, барышня? Ты вчера весь вечер танцевала с двумя весьма достойными претендентами. И они никак не могли тебя поделить.

— Мадам Кицвилан, прошу, не дразните меня! – смущённо заулыбалась Атанаис.

— Не пленил ли тебя этот красавчик, кузен Рин? – пожурил девушку король. – Или полнхольдский граф? Как его там? Имя странное такое, как будто древнее, из другого мира… Александр!.. Напыщенный и здоровенный, как бог древности.

Принцесса Плио возвела глаза к потолку, с укоризной покачала головой и сказала лишь:

— Представить сложно, сколькими добродетелями надлежит обладать, чтобы быть достойным Атанаис. Наш оболтус едва ли обладает хотя бы одним из них.

— А полнхольдский граф, боюсь, протащил через свою постель слишком много девиц, — фыркнула Реция, и Лорен с королём усмехнулись.

— У моего избранника должна быть лишь одна добродетель, — отозвалась Атанаис, горделиво приподняв безупречную головку. – Он должен любить меня.

Гостиная наполнилась шумом одобрения.

— Смею предположить, у Акила такая добродетель найдётся! – воскликнул Лорен со смехом. – Атанаис невозможно не любить! Но их родственные узы слишком близки – они кузены. В отличие от многих, я не одобряю брачных союзов между кузенами.

Король и целитель развлекались шутками подобного толка ещё долго. Эти шутки были неприятны самой Атанаис.

Герцогиня спокойно улыбалась, но лицо её было бледно. Она старалась изобразить беззаботность, но ей показалось, что король слишком внимательно и подозрительно её разглядывает. Арнил слишком хорошо знал и Акме, и Гаральда.

Тем временем младшая герцогская дочь танцевала то с Марцеллом, то с кузеном в боевом танце на мечах в Нижнем Зале. Сагрия ловко и умело поигрывала своим ножичком, который когда-то подарил ей отец, Руфин Кицвилан. Зоркие глаза девушки следили за Акилом.

Ишмерай была на редкость угрюма, поцелуй принца не выходил у неё из головы, а меч будто не желал сидеть в её руках этим днём.

— Думай о клинке, думай о своём противнике! – кричал Марцелл. – Твои глаза ничего не видят за твоими мыслями! Иль хмель вчерашнего вечера ещё не отпустил твою голову?

— Я не пью, – прорычала девушка, остановившись и опустив меч.

— Пьяна! – крикнул Марцелл, весь багровый от недовольства. – Пьяна мечтаниями, которые нынче столь же далеки от тебя, сколь высокая оценка по фехтованию!

Ишмерай положила руки на бока и немного прошлась, чтобы успокоить безумно колотившееся сердце.

— У меня есть предложение, которое обрадует тебя, кузина, — на ухо ей прошептал Акил, пока бушевал Марцелл, уже сам с собой. – Напоминаю, что завтра на рассвете Марк хочет поохотиться в лесу недалеко от Ариля вместе со своими друзьями из Полнхольда и Сильвана. Он зовёт и нас с тобой. Как тебе идея?