Наследники темной крови

Часть 4

Лера

 - Бабуль, мы ж по делу, - проговорила, нежась в теплых родных объятиях. Чтобы вот так сидеть почти час, даже не разговаривая, у нас бывало только в детстве. Я забиралась к бабушке на колени, попутно скидывая с них книгу или вышивание, и прижимаясь всем телом. Она никогда не ворчала на такое, хоть и была строга во всем остальном. Вот и сейчас просто молчала, поглаживая рукой мой живот.

 - Сильный будет малыш, крепкий, - она говорила в такт с движениями руки, и это выглядело скорее, как заговор, чем предсказание. – И будет у него 3 имени, все 3 королевские.

 - Даже думать ни о чем таком не хочу, - прогнусела я, едва Серафима замолчала. Потому что любой образ с малышом всегда заканчивался мыслью, что его у меня отберут.

 - Просто не будет никому, но все образуется, - интересно, это она уже успокаивает, или пророчит до сих пор?

 - А чего ты из Ринарина сбежала, бабуль? – попыталась закинуть удочку я. За что и поплатилась моментальным холодом. Сидишь-сидишь себе, греешься, и тут резко будто в воду окунули. Я еще и фразу закончить не успела, а бабушка уже стоит от меня метрах в трех, на другом конце комнаты. И смотрит зло так.

Не ответит. И ежу понято. Но попытаться стоило.

 - В общем дело есть к тебе, - начала примирительно. Я вообще-то будущая мать ее правнука, меня обижать нельзя. – Ты же всё про всех знаешь. Мне пока ген ловца не уничтожили, кое-какая сила пробивалась. И я, ненароком Элю задела. Она пообещала мне то, что сейчас нужно отменить. Помоги пожалуйста. С папой запретили видеться, чтобы не дай Бог кто параллель не провел. А больше и обратиться не к кому.

Ну должна же она в положение войти, ведь Элю всегда привечала.

 - Тебе ген совсем убили, или блокировка новая? – бабушка подошла ближе, но смотрела будто куда-то сквозь. – Я не вижу глубоко теперь, аура ребенка на твою накладывается.

 - Ты и ауры видишь? – я глаза на нее вытаращила, как лягуха болотная. До чего ж ведьмы народ удивительный. Все им подвластно. Жаль силы магической как таковой не имеют.

 - Тут не совсем ауры, Лера. Скорее суть. Мага от обычного человека отличить могу, черноту внутри вижу, если гниль поселилась. Конфликт магий на тебе пятнами был. А сейчас не могу посмотреть ничего. Но точно скажу, что наложивший только снять может. У ловцов слово ложится намертво.

У меня внутри оборвалось все. И сердце ухнуло куда-то в район желудка. Не исправить… И если на Эле такое развитие событий совершенно не скажется, то у Милоша на кону слишком многое. Он лишится разом всех возможных вариантов, кроме как отойти в сторону. А несчастная первая любовь слишком сильно бьет по дальнейшему восприятию отношений.

Черт! Я, может, своим длинным языком человеку всю жизнь испортила. Он и раньше-то вредный был, а тут такое. Как бы вообще с катушек наш резонатор не слетел, и меня не прибил заодно.

 - Лер? – я поняла, что бабушка давно зовет, и уже начала за меня беспокоиться.

 - Задумалась, бабуль. Я прилягу пойду. Как Юрка явится, пусть разбудит, нам в школу до закрытия попасть надо.

 - Ты прямо с лица спала. Что-то серьезное с Элей?

 - Да она-то ладно. Я ей на эмоциях запретила с парнем одним общаться. А теперь жалею.

 - С парнем? – бабушка задумалась, а во мне всколыхнулась надежда. – Тут выход один только – заставить ее думать, что это не он.

- Аа-а-а, - я кинулась ее целовать. – Ты самая лучшая, самая умная, самая…

 - Нет бы мне хоть раз такое сказала, - раздалось от дверей псевдо-ворчливое. – А то все: "Юра уйди", "Юра не смей"…

 - Юр-р-р, выход нашли! Эле нужно подменить образы. Заставить думать, что Милош – это кто-то другой. Может и он сам поможет, если у тебя не получится.

 От моей радости заразился и Юра, разулыбавшись. И он с таким чувством сейчас на меня смотрел, что неудобно стало. И жарко, и муторно как-то. Я же его месяц к себе не подпускала, ограничивала как могла общение. А сегодня за один день все это рухнуло. И нестерпимо хочется прижаться к груди, запустить пальцы в отросшие волосы.

 - Пошли, Лер, - его голос сейчас звучал сдавленно, волной разливая по моему телу возбуждение. И тьма внутри заурчала голодно, требуя эмоциональной подпитки.

 - Спасибо тебе бабуль, - я еще раз поцеловала любимую родственницу. – Ты тут не скучай, мы как сможем сбежать, снова заявимся. Юр, пообещай бабушке, что скоро вернемся.

Мне хотелось взять с него слово. Потому что еще 3 месяца ни с кем не видеться, не выдержу. Раз папу нельзя, то маму хотя бы…

Едва вышли на крыльцо, Юра схватил на руки, прижимая крепко и откровенно лапая.

 - Юр, - зашипела я. – Ну бабушка же смотрит!

 - А мне плевать уже, кто смотрит. Я тебя съесть готов, - он куснул за шею, заставив меня хихикнуть.

Во время перехода зажмурила глаза, чтобы не тошнило. Потому что только месяц как могу свободно реагировать на запахи и резкую смену положения. Намучилась так, что продолжения вовсе не хочется.

 - Нам номер на ночь, уважаемый, - услышала я, вместо обычного: «Свои», которое мы привыкли бросать, при проходе через школьное КПП.

 - Что?

Мой возмущенный возглас прервался в самом начале произнесения, скомканный решительными губами. А смешок администратора, что разнесся по холлу местной гостиницы, отчего-то и вовсе прошел мимо, не вызвав даже ноты смущения. Наверное, потому, что руки Юры уже успели забраться под ткань рубашки, заставляя думать только о том, как много на мне сегодня одежды.

 - Эль, дай списать, - канючила я, пытаясь растолкать спящую подругу.

 - Нечего было не пойми где шляться, - пробурчала новоиспеченная брюнетка, переворачиваясь на другой бок.

 - Списать дашь, я от тебя до побудки отстану, сейчас рассвет только. И вообще ты почему без меня с волосами химичила? Знаешь же, что я тоже люблю.

 - В портфеле возьми, неугомонная. Я разобралась кстати, могу и тебя перекрасить.