Наследники. Жена на замену

Глава 10

Соцсети я тоже открыла, причём вошла легко, автоматисески, без кодов, паролей и прочих логинов. Но смотреть уже ничего не стала. Меня клонило в сон.

Вырубилась моментально. И снов никаких не видела.

А проснулась от того, что дядя буквально носился по дому и от этого пол ходуном ходил.

– Настасья, – заглянул ко мне дядя, – ты чего, спишь еще? На работу не опоздаешь?

– Нет, – пробубнила я и покосилась на экран своего телефона, заметив не только часы, но и одно непрочитанное сообщение, открыла послание от Виктора, в котором значился адрес и нароитнпние про время, к которому я должна приехать, – а ты чего так рано встал?

– Так на работу еду! – выпалил он нервно, я перевела взгляд на дядю – он старательно застёгивал пуговицы своей выходной рубашки. Да, той самой, которую он надевал лишь по особенному случаю.

– Точно на работу? – фыркнула я.

– На нее, родимую. Сегодня Гертруда приезжает...

– Гертруда? – ахнула я.

– Да, знакомая моя, у которой я работаю, – произнёс дядь Женя и зашёл в мою комнату. Встал напротив зеркала, расчесывая пальцами волосы. К слову шевелюра у дядьки была шикарной, хоть местами и седой.

– Ну и имечко, – усмехнулась я.

– Редкое сейчас, ага. Родители ее коммунистами были, такими, ярыми. Брата у нее Дамиром зовут – "даёшь мировую революцию". А она – "героиня труда", для друзей просто Гера. Как богиня, этого... – он запнулся, вспоминая, а я пришла ему на помощь, так как греческая мифология была у меня самой любимой:

– Покровительница брака.

– Его самого, – закивал дядя и прекратил мучить свои волосы. Обернулся на меня: – Как я выгляжу?

Я окинула дядю взглядом. На ногах джинсы, цвета сочного индиго, причём самые новые в его гардеробе, им всего-то лет пять. Про рубашку, светлую и выглаженную, я уже говорила.

Да и в принципе дядька мой мужик видный и симпатичный.

– Хорошо выглядишь, – хмыкнула я, – как будто не на работу, а на свидание собрался.

– Сам в шоке, племяш, – не смутился он, – захотелось произвести приятное впечатление.

– Думаешь больше заплатит?

– Нет. Думаю пригласить Геру в кафе.

– Тоже хорошо, – кивнула я. – К Никитке заскочишь?

– Конечно, – согласился дядя.

А я поднялась с кровати и подошла к стулу, на котором лежала моя сумка. Достала из нее купюру, которую мне вчера всучил Виктор.

– На, – я протянула дядь Жене деньги, – купи Никите фруктов, конфет, да и возьми себе, на кафе.

– Ты чего, Настасья! – воспротивился он. – За кафе я сам заплачу. Пенсию получил.

– Бери, – добавляя голосу суровых ноток, сказала я. И дядя деньги взял.

Сунул купюру не просто в карман, а в портмоне, которое из кармана достал.

– Ладно. Побежал я, – выдохнул он, еще раз посмотрев на себя в зеркало, – ты сегодня поздно?

– Не знаю, – нахмурилась я.

Дядя шагнул ко мне и чмокнул в висок. После чего весьма бодро ретировался. Кажется былые чувства затмили боли в ноге. Что ж, очередное доказательство, что любовь творит чудеса.

Хотя по утрам дядька часто бодрый.

А я, лениво зевнув и прикинув сколько по времени мне добираться до адреса в сообщении, начала готовить себе завтрак.

Адрес был мне знаком. Садовая улица, дом пять, строение два. Дом шесть по этой же улице – один из наших салонов, в котором я пару раз работала. Там как раз автобусная остановка прямо напротив бутика, а сегодня мне только через дорогу перейти надо.

Поела в тишине и в относительном спокойствии. Старалась ни о чем не думать.

Перемены меня всегда пугали, и сейчас могли бы... Но я отгоняла от себя такие мысли.

Надо – значит надо.

Из дома вышла прилично заранее. Кто знает, может второе строение пятого дома не совсем напротив шестого находился. Или же вообще во дворах. Сколько я его там искать буду.

Доехала до города, потом пересела в автобус, и вот уже выходила на нужной остановке. Огляделась. Номера домов на другой стороне дороги разглядеть невозможно – довольно широкая здесь проезжая часть. Нашла глазами подземный переход в нескольких метрах от остановки и направилась к нему.

Перешла, поднялась и замерла на месте, снова оглядываясь. Третий дом, после него пятый, просто пятый, без первого или второго строения, а следующий седьмой, значит нужный мне все же, во дворе.

Прошла в арку в пятом доме. И здесь сразу же увидела табличку на здании: Садовая улица, дом пять, строение два...

Это был, судя по вывеске салон, с мифическим названием: Аполлон. Покровитель искусств, бог Солнца... Еще одно греческое божество за этот день.

И что-то подсказывало мне, что этот салон не так прост. Мне здесь не только волосы перекрасят и подстригут.

Мысленно перекрестившись, я поднялась на крыльцо и потянула на себя дверь. Зашла медленно, осматриваясь.

И первым, что мне бросилось в глаза – это картины на стенах. Фотографии греческих и римских статуй, чьи белые, каменные тела были украшены рисунками. Татуировками. Особенно впечатлила фотография Венеры Милосской, всем известно, что у статуи нет рук, а на этом снимке их дорисовали, заполняя графически цветами и листьями.

За стойкой, сразу справа, стояла девушка. Невысокая, с длинными волосами, наполовину дредами, наполовину прядями черного и зеленого цвета. В носу сразу два пирсинга, на открытых руках татуировки. Много татуировок, предплечья забиты почти полностью.

Пухлых губ девушки коснулась приветливая улыбка, а потом девушка произнесла:

– Доброе утро, вы от Виктора?

– Да, – кивнула я и подошла ближе.

– Его еще нет, но мы пока можем начать без него. С пирсинга. Свою верхнюю одежду вы можете повесить в шкаф, – она кивнула на купе позади меня.

Я настороженно кивнула, снимая с себя куртку и надеясь, что, сказав "пирсинг" девушка имела вме же в виду только пирсинг ушей.

– Присядьте пока, – попросила девушка, когда я повесила верхнюю одежду в шкаф, – а я мастера предупрежу.