Наследники. Жена на замену

Глава 16

Все же странный человек Геля. И, возможно, страшный.

Вот как можно не общаться с отцом специально?

Но самым непонятным для меня оставалось другое – как можно бросить своих детей и куда-то сбежать?

Ну не любишь ты мужа, нашла другого – уйти же могла, забрав детей. Да к тому же отцу. Он же принял бы ее, я уверена. Вон, беспокоиться, зятю названивает. Было куда Ангелине уйти. Но она сбежала.

Если, конечно, сбежала...

Я уже начинала в этом сомневаться, честное слово. Страшно об этом говорить, страшно такое предполагать, но мне казалось, что жены Виктора нет уже в живых. Может же быть такое?

Человека могли похитить. Воспользоваться ей, ее телом. А потом убить...

Тьфу-тьфу-тьфу. Не дай бог. Пусть живой будет.

Мы с Виктором попрощались и я, мысленно перекрестившись, отошла от двери и села на кровать. Взяла телефон Гели и полностью открыла сообщение от ее подруги:

"Привет, дорогая! Как дела? Ты куда пропала? Все в порядке?".

Пролистала переписку с Марианной вверх, ища похожее начало диалога и напечатала:

"Привет. Все норм".

Ангелина любила сокращать слова: норм, оч, нрав, лю и тому подобное. Манера такая в общении, ну или же ей было лень печатать длинные слова.

А потом в догонку отправила второе сообщение:

"Как сама?".

Марианна тут же принялась печатать ответ. Потом перестала. Потом опять начала печатать и мне пришел ответ:

"Да нормально тоже. Сижу, скучаю. Мой опять уехал".

Подруга Гели напечатала "опять уехал", а значит не в первый раз. Так что я опять начала листать сообщения вверх.

И снова мне попалось похожее послание от Марианны.

"Так отдохни как следует", – это сообщение я даже не напечатала, а просто скопировала ответ Ангелины, которые она отправила подруге пару месяцев назад.

"Так уже, вчера. Отдохнула так, что башка трещит. Третья бутылка просеко явно была лишней".

Читала ответ и от удивления открыла рот. Третья... Бутылка? Да меня с одной унесло бы. Ведь речь, как я поняла, шла про шампанское.

Вот умеют подружки Гели отдыхать.

В ответ отправила смеющийся со слезами смайл.

А Марианна начала печатать. Долго печатать. Я успела за это время еще раз пролистать переписку подруг, подмечая и фиксируя ответы Гели.

"Слушай, я тут с Алексой сегодня разговаривала, она сказала, что не смогла до тебя дозвониться, и ты не в онлайне была. И тогда она Витьке набрала... Это правда, что твой муженек отправил тебя в какой-то там санаторий?".

И тут я зависла от послания Марианны.

Почему Виктор по телефону мне не сказал, что общался с этой Алексой?

А еще меня покоробило слово "муженек". Пренебрежительно как-то.

"Ну, считай, что я тоже отдыхаю", – напечатала я уклончивый ответ и отправила.

"О, понимаю. Малявки достали?".

Получив такое сообщение, я нахмурилась. Малявками Марианна назвала детей Ангелины? И Геля такое позволяла?

"Еще как. Сил нет", – переступая через себя, напечатала я.

Надо же быть Гелей, а не собой.

"И что за место такое? Поцаки няшные есть?".

"Это не то место, где такие водятся", – отправила Марианне.

"Ну понятно", – пришел ответ.

И пока я думала что на это ответить, от подруги Гели пришло еще одно послание:

"Я тут на родину собираюсь, на пару дней. Пересечемся?"

Посмотрела на текст с испугом.

Черт! На родину она собирается, как не вовремя!

"Когда?", – поинтересовалась я.

"Пока точно не знаю, надо своего дождаться, чтобы денег выделил. Ну может через недельки три. Как точно определюсь – сообщу".

"Ок", – ответила я с облегчением. Если Марианна приедет через три недели, то мы точно не пересечемся. Я надеюсь.

– Настасья! – услышала я голос дяди и от неожиданности чуть не выронила чужой телефон из рук. – Пойдем ужинать!

– Да, иду! – отозвалась я, быстро прощаясь в переписке с Марианной.

Сунула телефон под подушку и поспешила на кухню.

Дядь Женя раскладывал по тарелкам омлет. На столе стояли еще две тарелки, одна с нарезанными помидорами, другая с колбасой, которую дядя сам сделал. Вкусная, кстати.

– Ну, приятного аппетита, – произнес дядя и присел напротив.

Я взяла вилку в руки, повертела ее, разглядывая скрэмбл. Есть не хотелось. А из головы не выходила переписка с подругой Гели.

Что-то меня смущало...

Может то, как пренебрежительно Марианна писала про Виктора и детей?

Подруги обычно знают про друг друга больше, чем члены семьи.

Ладно, могу понять, что Ангелина мужа разлюбила и ее подруга об этом знала. Но дети? Их Геля тоже разлюбила?

Ну не укладывалось у меня в голове то, что мать бросила своих детей. Хотя про такие случаи я знала...

– Когда ты там уезжать собралась? – поинтересовался вдруг дядя, выдёргивая мое сознание из мыслей.

– Скоро.

– Точно еще не знаешь, что ли? – удивился он.

– Точно не знаю, – кивнула.

– Странно это как-то, – нахмурился дядя.

– Почему странно? Просто они еще сами точно не определились.

– А жить ты где будешь?

И снова мне приходится врать. Слишком много за последние дни и легче это делать не становилось.

Я наплела что-то про сотрудницу сети бутиков, которая согласилась меня приютить за символическую плату.

Моим ответом дядя вроде был удовлетворен. Мы доели омлет и дядя заварил чай.

– А как у тебя дела с твоей Гертрудой? – решила я поинтересоваться.

Дядя Женя вдруг заулыбался. Да так по-настоящему. Но очень быстро улыбка сошла с мужского лица.

– Нормально, работа идет, – ответил.

– А как в кафе сходили?

– Хорошо. Посидели, за жизнь поговорили...

– Она тебе нравится, да? – хмыкнула я по-доброму.

– Ну нравится. Человек она хороший, да и женщина привлекательная.

– А она на твою симпатию отвечает?

– А она про нее не знает. И незачем знать, – отмахнулся дядь Женя.