Наследство Бабы Яги

Глава 10 "Не всякому прошлое сладостно вспоминается"

"Ой, конёчек‑горбуночек!
Прибегай скорей, дружочек!
Ты вывези меня в чистое поле,
А там — как‑нибудь доеду и сам"

Мы быстро вернулись к окраине деревни.

Девочка остановилась у того самого ясеня, где я её впервые заметила, и посмотрела на меня большими зелеными глазами — в них читалась благодарность и какая‑то детская печаль.

- Спасибо тебе, - тихо сказала я, присев перед ней на корточки и легонько прикоснувшись к её холодной ладошке, - Ты очень смелая. Грустно, что я не могу узнать твоего имени.

Девочка склонила голову на бок, прислушиваясь. Затем расплылась в улыбке и обернувшись, подобрала с земли тонкий сучок. Нацарапала на земле большими буквами: «Марика»

- Очень приятно, Марика, - я протянула девочке руку, - А я Есения. Яся.

Она на мгновение замерла, разглядывая мою ладонь, а потом вместо рукопожатия вдруг схватила меня за палец и крепко сжала. В этом детском жесте было столько искренней признательности, что у меня защемило сердце.

Поднявшись на ноги, я бросила задумчивый взгляд в сторону деревни. Небо за крышами изб значительно потемнело.

- Ну все, Марика, беги к своему другу. Возможно, когда-нибудь мы с тобой еще увидимся.

Девочка кивнула и не прощаясь, развернулась и скрылась среди деревьев так же внезапно, как и появилась. Я ещё пару мгновений смотрела ей вслед, а потом направилась к корчме, где оставил меня Кощей.

Он стоял у входа, скрестив руки на груди, и пристально наблюдал, как я приближаюсь. Фенрир, привязанный рядом, фыркнул, будто осуждая моё долгое отсутствие.

- Где ты была? - голос Кощея звучал ровно, но в глазах читалось напряжение.

- Гуляла, - ровно ответила я, пройдя мимо него с невозмутимым видом, - Ты же сам это предложил.

- Верно, - продолжая неотрывно следить за мной, согласился он, - Но я велел гулять поблизости.

- Я и была поблизости, - я пожала плечами, стараясь выглядеть как можно более непринуждённо, - Просто захотелось вдохнуть свежего воздуха и побыть одной, подальше от пристального внимания местных.

Мой ответ явно не убедил Кощея, судя по его сузившимся глазам и упрямо сомкнутым губам. Это вызвало у меня раздражение.

- Хватит так смотреть! Я ничего дурного не сделала! – вспылила я, уперев руки в бока. Но пронзившая мгновенно мозг догадка заставила торжествующе усмехнуться и протянуть:

- А нет, погоди. Дай-ка угадаю: тебя просто задело, что я ослушалась тебя.

По вспыхнувшему блеску в глазах Кощея, я поняла, что попала в точку. Но мужчина, к моему удивлению, не стал отрицать моих слов.

- Да, Есения, - подтвердил он, угрожающе шагнув в мою сторону, - Будучи царем Нави я привык, что подданные беспрекословно выполняют мои приказы.

- Да, - приблизившись к мужчине вплотную, я стрельнула в него свирепым взглядом, - Но только вот я – не твоя поданная.

Кощей не ответил. Так и стоял, вперив в меня свой взор. Воздух между нами накалился, стал густым и вязким, будто пропитанный электричеством. Я физически чувствовала его силу, довлеющую надо мной, заставляющую кожу покалывать, но не была готова подчиняться. Даже здесь, в Нави. Кончики пальцев онемели от напряжения.

Кощей сделал ещё один шаг ко мне — теперь нас разделяло всего несколько дюймов. Его глаза, тёмные и непроницаемые, словно бездонные озёра, сверкнули странным светом.

- Ты забываешься, Есения, - тихо произнёс он, и в его голосе зазвучали стальные нотки, - Ты находишься в моём царстве. Здесь действуют мои правила.

Я не отступила. Напротив, расправила плечи и посмотрела ему прямо в глаза:

- А ты забываешь, Кощей, что я не родилась в Нави. Я не присягала тебе на верность. Более того, мы, кажется, заключили договор, потому что я тебе нужна. А значит, мы – партнеры. И пока ты сам не объявил меня своей пленницей, я вольна поступать по своему усмотрению.

На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь фырканьем Фенрира да отдалённым криком ночной птицы. Воздух между нами буквально трещал от напряжения.

Неожиданно Кощей резко выдохнул и отступил на шаг. Уголок его рта дрогнул, будто он боролся с желанием улыбнуться.

- Узнаю прежнюю Ягу, - произнес он, - Такая же упрямая и дерзкая. Но в Лукоморье такие качества могут стоить жизни.

- Зато в моем мире они помогают выжить, - парировала я, - Может, именно поэтому я до сих пор цела и невредима, несмотря на все, что мне пришлось пройти по дороге в Навь.

Наш напряженный диалог прервало предостерегающее ржание Фенрира – к нам, не поднимая головы, беззвучно приблизился мужчина. По перепачканному фартуку и въевшемуся в него запаху еды я сделала вывод, что это корчмарь.

- Вот, царь-батюшка, - прогнусавил он, протягивая Кощею толстый сверток, - Собрали все, что вы просили – хлеб, сало, немного овощей. А женушка моя даже ватрушек вам в дорогу положила.

Кощей, оторвав наконец от меня свой пытливый взгляд, принял сверток.

- Благодарю, Фома, - кивнул он корчмарю и протянул несколько золотых монет, - Тебя и жену твою.

Затем отступил к коню и погрузив припасы в седельные сумки, взялся за повод.

- Садись в седло, Есения. Пора в путь.

Я сделала глубокий вдох, чувствуя, как напряжение покидает тело. Пальцы, до этого сжатые в кулаки, расслабились. Внезапно я осознала, что всё это время задерживала дыхание.

Не сказав ни слова, я приблизилась к Фенриру. Конь фыркнул, когда я положила руку на его шею. Шерсть под пальцами была мягкой и тёплой.

Кощей молча помог мне сесть в седло. Его руки на мгновение задержались на моей талии, и я почувствовала, как по спине пробежала странная дрожь. Мужчина отступил, поправив стремя, и бросил на меня короткий взгляд — уже не гневный, а задумчивый. Через мгновение он, кивнув провожавшему нас корчмарю, сам взлетел на коня.

- Доброй дороги, царь-батюшка, - бросил нам вслед мужчина, провожая взглядом.