Наследство барышни Грекхэм

Глава 5

Агнесс слегка удивилась, что мы с Крисом вместо посещения вагона-ресторана заявились лакомиться пирогами, да еще привели с собой соседа. Но в целом отнеслась вполне благосклонно и даже согласилась выпить чаю в нашей компании. Хвала Единому, возможно, эта поездка пойдет ей действительно на пользу. А мне не придется наблюдать ее истерики.
Видящий и заговаривающий (спаси меня Старшая Сестра, я и подумать не могла, что в мире существуют такие люди!) с удовольствием ели пироги пирожницы Ханны, запивая их чаем, и разговаривали о путешествиях. Как оказалось, не только Крис мог похвастаться своими вояжами. Густав тоже объездил половину империи – правда, не ради утоления своей страсти, а по делам службы. Бывал и в Канирате, и на Альбийских островах, и даже – однажды – посетил другой континент – Новый Эльдорадо, где у империи были прочные и хорошо налаженные торговые связи.
Агнесс вопросов не задавала, но слушала очень внимательно. А я старалась вычленить те фразы, которые Крис говорил специально для нее. Получалось очень плохо, ведь иногда он даже не смотрел на кузину, бормоча под нос очередное двустишие вроде:
- Ах, Канират, ах, Канират…
Там кони по небу летят.
Густав фыркнул, сдерживая смех, я улыбнулась, а Агнесс неожиданно произнесла:
- Лилия, расскажи нам про свое путешествие. Ведь никто из вас, господа, не был на Кимерите? Нет? А моя кузина – была.
- В самом деле? – деланно удивился Делонже.
Лицедей! Наверняка заговорил Агнесс!
- Кимерит! – вскричал и видящий. – Как я мог это упустить!
- Густав, – предостерегающе произнес Крис. – Все потом. Сейчас мы ждем рассказа Лилии.
- Видите ли, господа, я была на Кимерите почти десять лет назад. Многое уже стерлось из памяти, возможно, вам будет удобнее задавать мне вопросы?
А уж уходить от ответов я умею…
Делонже почти интимно наклонился ко мне и спросил:
- Вы побывали там еще ребенком?
- Мне тогда почти исполнилось шестнадцать.
- Кимерит – красивый остров? – спросила Агнесс.
- Да… Очень, – оторопев, произнесла я.
Госпожа Митл никогда не интересовалась чужими землями, тем более – островом злонамеренных иноверцев.
- У вас там есть родственники? – подключился к расспросам Густав.
- Очень дальние, – не соврала я. – Как там говорят, седьмая вода на киселе.
- А язык – сильно отличается от нашего? – опять наивно спросила Агнесс.
- Нет, язык очень похож, – ответила я.
- Большинство народов говорит на слегка видоизмененном общем языке, – принялся объяснять ей Густав. – Например, в Канирате я объяснялся почти без затруднений, там просто немного другое произношение окончаний и отдельных слов.
Про Канират говорить было вполне безопасно, там жили единоверцы, поэтому некоторое время мы посвятили обсуждению жизни подданных Великого Кана. Но потом разговор вновь вернулся к Кимериту.
- Я помню, как Алекс был сердит на твою бабушку Нинетту, – заявила вдруг Агнесс, – за то, что увезла тебя туда перед нашей с Патриком свадьбой.
- В самом деле? – переспросил Крис.
- Да, – пришлось согласиться. – Алекс не в восторге от Кимерита до сих пор.
- Я слышал, что несколько сокурсников Александера тоже побывали на острове примерно в одно время с вами. Вы не помните никого из них?
Я задумалась. Точно помню, как по чистой случайности, садясь в поезд, мы встретили Алекса, как он возмущался нашим отъездом на родину бабушки. Как подозвал своего товарища – ладного темноволосого красавца со сногсшибательной улыбкой, ехавшего в соседнем вагоне – и представил как лучшего друга Тео. Как вместе с Тео и еще двумя его приятелями пересаживались в Дурбане с поезда на корабль, а вот потом… Как отрезало. Дальше шли воспоминания о самом острове, и знакомых, кроме бабушки, там не было.
- Я не помню, – призналась я. – Это очень важно?
- Нет, не очень, – успокоил Крис. – Вы плыли из Дурбана?
- Да. Для нас вполне удобно: как раз этот Лиранский поезд может доставить из Уотервилля в Дурбан за сутки. Там мы пересели на большое судно «Морская красавица», кажется, пароходной компании господина Сухих.
- У вас очень хорошая память, – похвалил видящий.
- Очень, – подхватил Крис.
- Господа, не издевайтесь, или не буду больше рассказывать, – возмутилась я.
- А сколько дней вы были на том корабле? – подала голос Агнесс. – Плыть – это страшно?
- Кажется, нет, – задумалась я. – Обратно мы плыли примерно неделю. Может быть, чуть больше. Было весело.
Потому что корабль был кимеритский, с половиной моряков я была в дружеских отношениях, с другой половиной флиртовала напропалую. А вот бабушка… однажды я даже застала ее в слезах, но объяснила себе это просто: она не хочет покидать свою родину.
- А сам остров – большой? – продолжила Агнесс.
- Довольно большой. Я была только на побережье и равнинной части, в горы мы с бабушкой не поднимались.
На побережье, кроме двух крупных портов, Лисиля и Авра, во множестве располагались рыбацкие деревушки. На равнинной части острова, покрытой садами, апельсиновыми рощами и полями кукурузы, жили земледельцы. Как раз на один из хуторов возле селения Гесхольм на равнине нас с бабушкой пригласила пожить ее двоюродная племянница.
- А что находится в горах? – с показным безразличием спросил Крис.
- Не знаю, я же там не была, – протянула я, поднимая на него глаза. – Хотя оттуда нам привозили свежую баранину… Видимо, в горах много пастбищ, разводят овец и коз.
Не буду же я говорить при кузине, что там находится Храм с главным Святилищем, посвященный Старшей Сестре?
- А в столице Кимерита вы побывали? – внес свою лепту видящий.
Столица… Кимелия… Авр? Действительно, что с моей памятью?
- В Авре была, конечно, – кивнула я. – Там главный рыбный рынок. Запах – соответствующий.
Кузина сморщила нос. Я и сама морщилась от одних воспоминаний о той всепроникающей рыбной вони, которую не могли уничтожить ни регулярные уборки, ни окуривания благовониями, ни молитвы сестер Храма.
- Правда ли, что у Кимерита нет правителя? – Густав даже подался вперед.
- Правда. Островом правит Совет, состоящий из наиболее уважаемых граждан.
- И много среди них женщин? – с прежним безразличным видом спросил Крис.
- Половина или чуть больше. Когда мужчины уходят в море – значительно больше.
- Удивительное государственное устройство, – выдохнул видящий.
- Людей там не слишком уж много, – сочла своим долгом пояснить я. – Все привыкли к жесткому жизненному укладу. Каждый с детства знает свое место. Возможно, я и не права, но они способны обходиться без армии и тайной полиции, а все вопросы – решать сообща.
- Но государство – это не только армия и полиция, – подал голос Крис.
- Господа, давайте не будем о политике, – на удивление здраво предложила Агнесс. – Лилия, а лес там есть?
Я пожала плечами – конечно, особенно в предгорьях. Самый обычный лес, как вокруг Уотервилля, о чем рассказывать? Я бы могла рассказать о празднике Летнего солнца – самый длинный день в году отмечали на Кимерите громкой музыкой, песнями, танцами, большим застольем. В этот день сестры Храма спускались с гор и навещали своих родных. В Комвелии – небольшом селении на берегу одноименной речушки в ближайшей к предгорью долине – устраивали настоящий Балаган, где разыгрывались сценки из жизни Старшей Сестры и Младшего Брата. А вечером сестры танцевали для всех, кто пожелает передать свою радость Богине…
Но при Агнесс, хоть она и вела себя необычайно тихо и даже благоразумно, говорить об этом я еще побаивалась. Я бы могла рассказать про необычные наряды, которые надевала в доме тети Милетты, но это совсем не для мужских ушей. И я выбрала нейтральную тему – особенности кимеритской кухни.
Пироги давно были съедены, чай допит, а время близилось к вечеру. Для ужина еще рановато, но, учитывая, что двое взрослых мужчин остались без обеда, я не удивилась их воодушевлению при рассказе о рагу из ягненка, запеченной на углях рыбе, кукурузных лепешках с острым чесночным соусом. И прочих вкуснейших вещах, попробовать которые можно лишь на Кимерите.
- Как вкусно вы говорите, – протянул Крис. – Я сразу же вспомнил, что как ни вкусны пироги с чаем, а хороший кусок мяса – лучший друг мужчины. Дамы, позвольте пригласить вас в вагон-ресторан. И вы, Густав, присоединяйтесь.
Видящий опять смутился так, что покраснел.
- Господин Делонже, вы же понимаете, что я не могу тратить казенные средства на излишества?
- Густав, вы хотите меня обидеть?
- Господа, господа, – вмешалась я. – Прошу вас, не ссорьтесь. Возможно, господин Дюренберг привык принимать пищу в обществе своих попутчиков. Если он сочтет возможным изменить привычкам, то присоединится к вам, если же нет…
Дюренберг посмотрел с благодарностью, и Крис не стал настаивать. Зато Агнесс кинула на меня возмущенный взгляд, но отчего-то передумала читать нотации и напоминать о приличиях. Может быть, проголодалась?
Вагон-ресторан поражал своими размерами – почему-то казалось, что он длиннее и выше обычного вагона. Столы на двоих и на четверых были покрыты тяжелыми темно-синими скатертями, на которых ярко выделялись белоснежные салфетки. На окнах были короткие и такие же белоснежные занавески, которые не мешали смотреть на проносящиеся мимо красоты во время ожидания заказа. В то странное время между обедом и ужином, когда мы втроем вошли внутрь по синей с красным ковровой дорожке, тут почти никого не было. Крис усадил меня и Агнесс друг напротив друга, а сам отправился делать заказ.
- Не ешь много, – наставляла меня кузина. – Барышня должна показывать кавалеру не хороший аппетит, а хорошие манеры. Ах, если ты станешь госпожой Делонже, тетушка будет вне себя от счастья!
- Агнесс, с чего ты взяла, что Крис…
- Но это же ясно, как белый день, – перебила она. – Ты посмотри, как он внимателен к любому твоему пожеланию! Надеюсь, он сделает тебе предложение еще во время поездки.
Громкое «кхгм» за спиной раздалось так неожиданно, что я едва не подскочила. Поезд сильно шумел, я не расслышала ни шагов, ни звука открывшейся двери вагона.
- Барышня Грекхэм, счастлив видеть, – произнес Тео Страйтекс так, словно подразумевал «убью на месте».
Я медленно подняла взгляд, считая про себя «один, два, три».
- Добрый день, господин Страйтекс.
Вагон качнуло, и Тео, наклонившийся к моей руке, оказался в опасной близости от лица. Глядя на его губы, я старательно подавляла воспоминания о нашем поцелуе. И, кажется, мне даже удалось не покраснеть.
Теперь закашлялась Агнесс. Я даже испугалась, что она опять начнет задыхаться, поэтому мигом отдернула руку и проговорила:
- Агнесс, позволь представить тебе господина Страйтекса, управляющего Уотервилльским филиалом банкирского дома «Страйтекс и сыновья».
Тео склонил голову в знак приветствия, а кузина сухо заметила:
- Я наслышана о господине Страйтексе.
- Господин Страйтекс, моя кузина, госпожа Митл. Она сопровождает меня в поездке.
- А мне показалось, что вас сопровождает совсем иное лицо. Не так ли, Крис? – обратился он к подошедшему (наконец-то!) Делонже.
- О, какая неожиданная встреча! – радостно воскликнул тот, глядя почему-то на меня. – Тео! Ты тоже едешь в Лиран? Решил перекусить? Присоединяйся!
- Благодарю, – безо всякой радости на лице ответил Страйтекс. – А ты какими судьбами попал в Уотервилль?
- Алекс попросил помочь ему с выбором мобиля. Разве он тебе не говорил?
- Видишь ли, в последнее время было слишком много работы.
В точности как у меня!
- Понимаю, – ответил Крис. – С барышней Грекхэм и госпожой Митл ты уже знаком?
- Знаком, – коротко кивнул Тео.
- Господин Делонже, присаживайтесь, прошу, – с нотками жеманства протянула Агнесс, – мы без вас скучаем.
- Конечно, сию минуту, госпожа Митл, – улыбнулся ей Крис. – Тео, располагайся.
День выдался богатым на события, казалось, что удивить меня уже невозможно, но когда Тео без стеснения расположился за столом рядом со мной, я едва удержалась от дрожи. Хорошо, что от меня не требовалось активного участия в беседе, Крис и Агнесс прекрасно справлялись. Опять попытавшись расслабиться, как учила бабушка, я едва не пропустила самое интересное.
- Да-да, не отрицайте, – горячилась Агнесс. – Господин Делонже, мы с матушкой убеждены, что если бы не господин Страйтекс, явно злоумышляющий против моей кузины, она бы несомненно прекратила бессмысленное сопротивление и давно вышла замуж за одного из кандидатов по выбору госпожи Мимозы Грекхэм.
Хорошо, что в этот момент мужчинам принесли жаркое, я закашлялась, и Тео заботливо поднес стакан воды. Слова кузины произвели на него противоположный ее ожиданиям эффект: в углах глаз залегли лукавые морщинки, а хмурая вежливость сменилась искренним весельем.
- Почему же вы так считаете? – серьезно спросил Крис.
- Ну как же? – удивилась Агнесс. – Если бы господин Страйтекс не принял Лилию в свою контору, у нее не осталось бы иного выхода! Весь вред только от работы.
- Агнесс, будь добра, прекрати обсуждать мою жизнь с посторонними господами, – попыталась внушительно сказать я, но вышло довольно тихо.
Кажется, расслышал только Тео, и, странное дело, его настроение еще больше улучшилось.
- Милейшая госпожа Митл, – ласково сказал он. – Благодарю вас за столь лестную рекомендацию. Благо, что с господином Делонже мы старые друзья, так что, как ни старайтесь, главным врагом человечества в его глазах меня уже не сделать.
- Ты так в этом уверен? – хитро усмехнулся Крис.
- А я думаю, - тут же возразила Агнесс, - что смогу открыть ему глаза на ваше бесчеловечное обращение с женщинами. Кузина проводит на службе все свое время, которое могла бы посвятить поиску подходящих кандидатов для брака! Хвала Единому, теперь, получив наследство, она без всяких сомнений уволится!
- Я уволю барышню Грекхэм в любое удобное для нее время, – улыбнулся Тео.
Сейчас его улыбка не произвела на меня такого же впечатления, как тогда… на «Морской красавице»… Но тем не менее… Стоп. На «Морской красавице»?!
- Запомни, Тео, ты обещал, – с тролльей ухмылкой вмешался Крис. – Лилия, при любых затруднениях обращайтесь ко мне.
- И ко мне, – воинственно добавила Агнесс.
- Барышня Грекхэм, – как ни в чем не бывало продолжил Тео, – каковы ваши планы по прибытии в столицу?
- Встречусь с поверенным моего покойного дяди, – слегка пожала плечами я. – А дальше все будет зависеть от обстоятельств.
- А какие планы у тебя, Тео? – ненавязчиво поинтересовался Крис. – Я хотел бы кое-что обсудить.
- Мои планы пока не определенны, – ответил Тео. – Но ты ведь знаешь лиранский адрес Лоренса? Ты всегда сможешь найти меня там. Дорогие дамы, а вы позволите нанести вам визит?
Смотрел он при этом исключительно на меня. Но ответила Агнесс:
- Боюсь, мы с кузиной будем слишком заняты.
- Для нас, господин Страйтекс, это исключительно деловая поездка, - добавила я.
- Неужели и к господину Делонже не заглянете?
- Вряд ли.
Тео вновь разулыбался – с какой такой стати?
- Милые дамы, вы просто обязаны посетить мой дом в столице, – вмешался Крис. – Как раз через пять дней после приезда у меня запланирован литературный вечер, где можно будет послушать стихи в исполне…
- Конечно, разумеется! – едва не захлопала в ладоши Агнесс. – Лилия, пожалуйста! Я так люблю поэзию, умоляю тебя, давай примем это приглашение!
- Я ничего не могу обещать. Все будет зависеть от обстоятельств.
Надо при случае напомнить Агнесс о моей роли в распределении времени и финансов, пока еще куда-нибудь не пригласили.
- Господа, мне бы хотелось вернуться в купе. Агнесс, ты можешь остаться, если желаешь. Господин Делонже тебя проводит.
Крис, который явно не торопился доедать свое жаркое, эдак хитренько посмотрел на меня и сказал:
- Тео, ты уже поел? Будь добр, проводи барышню Грекхэм.
- Нет, – твердо сказала Агнесс. – Я тоже пойду, а вы, господин Делонже, оставайтесь со своим другом.
В этот момент я была готова простить ей даже обсуждение с Крисом моего предполагаемого замужества. Но Тео уже встал и подал мне руку.
- Не беспокойся, Крис. Я провожу дам и сразу же вернусь.
Крису тоже пришлось вставать, выпуская из-за стола Агнесс. И пока они мешкали, Тео так и держал меня за руку, словно боялся, что я упаду. Вагон, конечно, покачивался, но не более обычного, так что кисть мне пришлось вырывать едва ли не насильно.
Тео, заметив мою реакцию, улыбнулся мечтательно и хищно одновременно, а я не могла позволить себе даже на миг опустить глаза. Буду считать, что он предвкушает возвращение к Крису – может быть, планирует распить по-дружески бутылку вина или чего-то покрепче.
Мы вышли из вагона-ресторана под пристальным взглядом Делонже. Страйтекс – первым, чтобы открывать перед нами с Агнесс двери, подавать руку при переходе из тамбура в тамбур и спрашивать обеспокоенным тоном, не слишком ли много неудобств нам доставляет дорога. О Единый, вел бы он так себя со служащими!
Хотя нет. Пожалуй, в такого управляющего слишком легко влюбиться. Лучше пусть будет прежним сухарем, всегда держащим дистанцию. Кажется, я отвлеклась и не заметила, как за Агнесс закрылась дверь, а я осталась в тамбуре. И не одна, а с тем сухарем, который внезапно превратился в очень внимательного и заботливого мужчину.
Мои пальцы опять оказались в его руке, вагон снова качнуло, и, не удержав равновесия, я едва не упала на Тео. На мгновение прижав меня к себе – нет, я клянусь, мне не показалось! – он поднес мою руку к губам.
- Лили, скажи… Что нужно от тебя Крису?
Слегка дезориентированная его близостью, я прошептала:
- Ничего…
Тео погрустнел:
- Ты мне не доверяешь.
Конечно, не доверяю. Ты мне всего-то навсего работодатель, так какого тролля я здесь стою?!
- Лилия! – за дверью послышались отчаянные вопли Агнесс.
Тео вздохнул, легко прикоснулся губами к тыльной стороне моей ладони и толкнул свободной рукой дверь.
- Все в порядке, госпожа Митл, дверь немного заедает, – сказал он в пространство.
- Лилия, я чуть не умерла от разрыва сердца! – встретила меня истеричными нотами в голосе кузина.
- Все хорошо, не волнуйся, дорогая Агнесс, мы сообщим проводнику, что дверь заедает, – я споро принялась заговаривать ей зубы.
Мне теперь очень важно, чтобы кузина была рядом – и желательно здоровой. Иначе от Страйтекса не отбиться. И что на него нашло?
От своих купе к нам торопились Дюренберг и супруги Ковальски. Представляю себе, что они подумали, когда Агнесс стала кричать. Как только весь вагон не переполошился. Вот и проводник спешит узнать, что произошло.
- Госпожа Митл, барышня Грекхэм, что случилось? Где господин Делонже? – спросил Густав.
- Вы так кричали, милочка, – внесла свою лепту и госпожа Ковальски, – я думала, кого-то убивают.
- Ну что ты, дорогая, – подключился к беседе и ее супруг. – Сейчас нам обо всем расскажет этот представительный господин… эээ, простите, мы тут в поезде все знакомимся запросто, я – Генрих Ковальски, а это моя супруга Анжелина.
- Страйтекс. Теодор Страйтекс, управляющий Уотервилльского филиала банкирского дома «Стайтекс и сыновья», к вашим услугам, – слегка склонил голову Тео. – Дверь в вагон немного заедает, госпожа Митл прошла внутрь, а барышня Грекхэм и я задержались в тамбуре, пришлось приложить силу, знаете ли.
- Любезный, – Ковальски тут же обратился к проводнику, – проверьте дверь, господа жалуются, что заедает.
- Сию секунду, – ответил тот.
Я почему-то решила вмешаться. Не хотелось, чтобы Тео вот так, прилюдно, уличили во лжи.
- Агнесс, дорогая, тебе не лучше? Хочешь прилечь? Пойдем в купе, – с беспокойством, где-то даже искренним, начала я. – Спасибо, что проводили, господин Страйтекс, господин Делонже вас ждет. Дальше мы сами.
Агнесс приложила дрожащую ладонь ко лбу.
- Это правда, Лилия, мне нехорошо. Пойдем. Прощайте, господин Страйтекс.
- До свидания, госпожа Митл. Барышня Грекхэм, – он резко кивнул и развернулся, чтоб уйти, и тут тролль меня дернул посмотреть на видящего: его взгляд не отрывался от Тео.
Ковальски тоже заметили это, и Генрих тут же решил взглянуть на дверь вместе с проводником, а Анжелина, подхватив Густава под руку, повела назад, в купе. Дюренберг пошел за ней – то есть за нами – безо всякого сопротивления, но с отсутствующим выражением на лице.
В купе Агнесс попыталась улечься прямо на диван. Вот так и знала: без этого не обойдется. Пришлось уговаривать ее умыться, раздеться, а самой быстро стелить постель – благо и подушка, и одеяло, и свежайшее накрахмаленное белье – все нашлось в специальном отделении стенного шкафа.
- Только не уходи никуда, Лилия, – попросила кузина, прячась под одеяло.
- Куда же я уйду? – спросила я. – Если только выпить чаю…
- К господину Дюренбергу? Ладно, – милостиво разрешила она.
Поворочавшись немного, кузина затихла. Я сидела в кресле напротив, смотрела в окно и размышляла. Странно, что Тео бросил филиал и поехал в Лиран на одном поезде со мной. И вел себя не как управляющий со служащей, а так, будто мы знакомы довольно близко. И его фраза о доверии… И моя непонятная реакция.
Что-то было на «Морской красавице»… Что-то волнующее, радостное, светлое… Что-то, связанное с…
Воспоминание прорезалось так ярко, что я даже зажмурилась.
- Бабушка, пойдем с нами кормить чаек!
- Иди, Лили, вы с молодым господином Страйтексом вполне обойдетесь без моей замшелой персоны.
- Бабушка, ты вовсе не замшелая! А Тео… милый, ведь правда же, скажи?
- Очень милый и внимательный молодой человек.
В лицо словно ударила волна, рассыпавшаяся миллионом брызг, легкая тряска вагона сменилась плавным покачиванием палубы, соленый ветер растрепал мои тщательно уложенные волосы…
- Лилия, вы очаровательны в своей непосредственности.
- Алекс считает меня чересчур наивной, но вы же так не думаете?
- Мне кажется, что рядом с вами я вообще не думаю…
- Ну что вы, Тео, вы всегда такой серьезный… Хотя бабушка Нинетта говорит, что вы – милый.
- А вы с ней согласны?
Я опускаю взгляд и тихо отвечаю «да».
Спаси меня Старшая Сестра! Это первое, что пришло на ум, когда я, как пловец, попавший в водоворот, вынырнула к свету из будоражащих воспоминаний. Я и Тео Страйтекс… Мы были влюблены?! Тогда, во время путешествия на Кимерит?! Я тут же принялась искать себе оправданий, а когда ищешь, всегда находишь, и очень быстро.
Я была слишком молода, совершенно неопытна и, вне всяких сомнений, чересчур наивна! А если он вел себя тогда так же, как сегодня… Меня вполне можно понять. И вообще. Прошло почти десять лет. Я могу забыть обо всем, а он – даже если помнит – не вправе мне напоминать.
Я взрослая, разумная, самостоятельная. Я хорошо знаю Тео Страйтекса и не собираюсь менять свое отношение к нему под влиянием девичьих эмоций десятилетней давности. Приведя таким образом мысли в порядок, я обнаружила, что за окном уже изрядно стемнело. Пока не стемнело совсем, надо бы выпить чаю. Не зажигая свет, я встала и вышла из купе.