Наследство для сиротки

Глава 2

Лорд-инквизитор Тарриан ненавидел провинциальные перевороты. Они были грязными, шумными и всегда оставляли после себя отвратительный шлейф из трусости и предательства. Город Адрен, богатый торговый центр на юге королевства, оказался именно таким змеиным гнездом. Пока король собирал войска, чтобы навести порядок силой, он послал вперед своего лучшего "чистильщика". Тарриана.

Его миссия была проста: найти зачинщиков, вскрыть заговор, вырвать его с корнем и устроить такую показательную порку, чтобы мысль о мятеже не возникала в этих землях еще лет сто. Ключевой фигурой во всем этом деле был покойный казначей, и его дом, опечатанный и полный улик, был первой точкой в маршруте инквизитора.

Он гнал своего вороного жеребца по пустынным ночным улицам, мысленно перебирая отчеты. Усталость от долгой дороги притупляла чувства, но ум оставался острым, как клинок. Ритмичный стук копыт по брусчатке был единственным звуком, нарушавшим мертвую тишину.

Именно поэтому он заметил ее сразу.

Фигура, метнувшаяся из тени на дорогу, была не угрозой — слишком медленной, слишком отчаянной. Рефлексы, отточенные годами тренировок, сработали безупречно. Тарриан натянул поводья, и его боевой конь, обученный не паниковать, встал на дыбы, пробив копытами воздух в сантиметрах от головы женщины.

Она была стара, одета в простой плащ, и вцепилась в его поводья с силой утопающего. — Помогите! Умоляю, помогите! — ее голос срывался на визг. — Девушка... она прыгнула с моста! Спасите ее, во имя всех богов!

Раздражение поднялось в нем горячей волной. Безумная. Или пьяная. Еще одна мелочная трагедия в городе, полном хаоса. У него не было на это времени.

— Умоляю, господин! Там, в воде! Она утонет! — рыдала женщина, не разжимая рук.

Тарриан перевел взгляд на черную гладь реки. Он прибыл в этот город как рука короля, как воплощение порядка. И первое, что он видит — это самоубийство, публичная смерть, трагедия, разыгрывающаяся прямо у него на глазах. Допустить такое было нельзя. Это было бы проявлением слабости. Это значило бы позволить беспорядку победить еще до того, как он начал свою работу. Его власть должна была быть абсолютной, его контроль — тотальным. И начинаться он должен был прямо сейчас.

Тарриан не испытывал жалости к неизвестной утопленнице. Но ее смерть здесь и сейчас была вызовом тому порядку, который он принес с собой.

Тяжело вздохнув от досады на эту непредвиденную задержку, он спрыгнул с коня. Дорожный плащ и тяжелые сапоги были помехой, но избавляться от них — непозволительная трата секунд. Он шагнул к краю моста, легко вскочил на парапет и, оттолкнувшись, прыгнул.

Ледяная вода обожгла, мгновенно пропитав одежду и потянув вниз. Для обычного человека это был бы шок, парализующий волю. Для Тарриана это было лишь тактическое неудобство. Он мысленно отсек холод, сосредоточившись на задаче. Темнота под водой была почти абсолютной.

Он высвободил толику своей силы — невидимый импульс, разошедшийся от него во все стороны, словно эхо в пустой пещере. Магия коснулась камней на дне, ленивой рыбы, а затем — чего-то мягкого, податливого. Тела.

Он рванулся в указанном направлении, схватил тонкую руку и с силой потянул наверх. Тело было абсолютно безвольным, как у тряпичной куклы.

Вынырнув на поверхность, он сделал глубокий вдох и потащил свою ношу к берегу. Старуха уже спустилась к самой воде, протягивая дрожащие руки. Тарриан вытащил девушку из реки и опустил на мокрую гальку. Она не дышала.

Женщина завыла в голос.

— Тихо, — приказал Тарриан, и в его голосе прозвучали стальные ноты, заставившие её замолчать на полувздохе.

Он опустился на одно колено рядом с девушкой, отбросив с ее лица мокрые пряди. Она была молода и красива. Просто еще одна сломленная душа в сломленном городе. Но он начал это дело, и он его закончит. Не для нее. Для себя. Он не признавал поражений даже от самой смерти.

Положив ладонь ей на грудь, в область сердца, он закрыл глаза. Это была не целительная магия, полная тепла и света. Это была магия власти. Повеления. Он не просил жизнь вернуться — он приказывал ей. Сконцентрировав свою волю, он послал в мертвое тело короткий, мощный разряд чистой энергии.

Его ладонь на мгновение окутало едва заметное серебристое сияние. Тело девушки под ней судорожно выгнулось дугой. Тарриан почувствовал это — слабый, трепещущий толчок. Потом еще один, уже увереннее. Сердце завелось.

Девушка резко, с хрипом, вдохнула, и ее начало сотрясать в приступе кашля, извергая из легких воду. Она была жива.

Инквизитор поднялся, отряхивая с рук воду. Удовлетворение от того, что его воля оказалась сильнее обстоятельств, смешивалось с глухим раздражением на всю эту ситуацию.

Он повернулся к женщине, которая теперь плакала от облегчения, пытаясь укрыть спасенную своей шалью. — Позаботьтесь о ней, — ледяным тоном распорядился Тарриан. — И проследите, чтобы она больше не доставляла хлопот. В следующий раз спасать ее будет некому.

Не дожидаясь ответа, он отвернулся. Его одежда была мокрой и тяжелой, но холод его не тревожил. Впереди ждал опечатанный дом, полный тайн. И это было куда важнее, чем какая-то полоумная девица и ее плачущая служанка.

Тарриан быстро вскочил в седло, не удостоив их больше ни единым взглядом, и пустил коня в галоп. Расследование не ждет.