Наследство дракона

Глава 56

Лес мелькал перед глазами. Каин Молденвайн мчался вперед, не разбирая дороги, движимый одним лишь инстинктом. Когти рвали влажную промёрзлую землю, а мощные задние лады отбрасывали тело вперед огромными прыжками.

Не оборачивался. Не мог. Их было слишком много, а он — один. Искра рыси взбесилась внутри, требуя вернуться, рвать глотки, умереть в бою, но остатки человеческого разума, те крохи, что еще теплились в затуманенном сознании, кричали: «Не смей! Беги! Предупреди!»

И он бежал, гонимый лишь интуицией туда, где, как ему казалось, должен быть замок.

Тело двигалось на автопилоте. Грудная клетка ходила ходуном. Солнце поднялось выше, осветив мир беспощадно ярким светом на свежем снегу, от которого обострившееся чутье рыси заставило глаза слезиться. Каин щурился, но не сбавлял темпа. Страх за пленных вынуждал гнать выше своих пределов. А если он не успеет? Если они начнут издеваться над ними?

Мысль о пытках обожгла мозг, и хищник внутри зарычал так, что Каин споткнулся на бегу, едва не покатившись кубарем. Он восстановил равновесие и понесся дальше.

Когда на горизонте показались знакомые очертания замка Нории, солнце уже было высоко. Каин вылетел на сугроб на опушке, тяжело дыша.

Замок. Стены. Стража на воротах.
Люди.
Он должен был стать человеком.

Это была самая страшная мысль. Обратное превращение давалось ему тяжело. В первый раз, когда Искра захватила его в полную силу, он пробыл зверем год. Бродил по лесам, дрался с волками, охотился и постепенно терял себя, забывая человеческую речь, мысли, собственное лицо. Потом браконьеры, цепь, клетка и она. Та, что показала ему мир с другой стороны, что есть в этом мире еще вещи, за которые можно и нужно бороться, то, ради чего стоит жить и умереть, если придется. И он смог вернуться.

Но все равно каждый раз, когда вторая натура брала верх, в глубине души жил страх: а вдруг в этот раз я не вернусь? Вдруг останусь там, в темноте, навсегда?

Он оглянулся на лес, откуда прибежал. Там, в этой чаще, остались они. Анна. Эмили. Беспомощные, связанные, в руках убийц. А здесь, в замке, — Лео. И время уходит.

Каин закрыл глаза и шагнул в превращение.

Это было похоже на то, как если бы его выворачивали наизнанку. Кости ломались и срастались заново, меняя форму. Шерсть втягивалась в кожу, оставляя после себя саднящий зуд. Мир вокруг резко изменил пропорции, стал площе, потерял сотни запахов и звуков.

Он стоял на четвереньках, тяжело дыша, и боялся поднять голову. Сознание плыло, раздваивалось. Где-то глубоко внутри еще рвался наружу хищник, требующий свободы.

Человек. Я человек, — твердил он про себя, вцепившись пальцами в холодную землю. — Я Каин. Я охотник. Мне нужно в замок. Нужно найти принца. Анна в беде.

Он поднял голову.
Руки. Человеческие руки, грязные, в царапинах от веток. Ноги. Тело. Все на месте. Каин судорожно выдохнул и медленно, пошатываясь, поднялся. Его шатало, в висках стучало, перед глазами плыли мушки. Нагой, исцарапанный, он стоял по щиколотку в снегу, и холодный ветер обжигал кожу.

В замке его увидят. И что? Плевать.

Каин, не скрываясь, побрел к воротам.

Стража заметила его издалека. Двое солдат вскинули копья, окликнули. Он не ответил, просто шел, покачиваясь. Когда подошел достаточно близко, чтобы они могли разглядеть его лицо, капитан Борен узнал его.

— Сэр Каин?! — ахнул он, опуская копье. — Великие Первозвери, что с вами?! Вы ранены?

Каин остановился. Слова давались с трудом, язык будто распух и не слушался.

— Нападение… — прохрипел он. — В лесу. Арбитр… все… — Он сглотнул, чувствуя, как горло дерет. — Похищены. Я еле ушел. Принц… где принц?

Стражи переглянулись. В их глазах мелькнул ужас.

— Его Высочество в замке, — быстро ответил Борен. — С леди Викторией… Они… они с самого утра там…

Каин дернулся было бежать, но ноги подкосились. Капитан подхватил его под руку.

— Осторожно, сэр. Вы еле стоите. Мы проводим.

— Нет, — Каин вырвался, с трудом удерживая равновесие. — Сам. Где они?

— В Малой гостиной. На первом этаже, окнами в сад. Я провожу.

Он отмахнулся от помощи и, шатаясь, побрел в замок. Капитан,не обращая внимания на протесты, накинул ему на плечи плащ и жестом приказал людям следовать за ним на подстраховке, держась, впрочем, на почтительном расстоянии.

Внутри замка было тихо. Слишком тихо для утра после сокрушительного бала. Слуги сновали по своим делам, но при виде голого, исцарапанного Каина шарахались в стороны. Он не обращал на них внимания. Только вперед.