Наследство дракона

Глава 79

Повозка тряслась по разбитой дороге, увозя их от Города Песков. Каин сидел, прижимая к себе Рину, укутанную в его плащ. Она была почти невесомой — словно высохшая листва, что вот-вот рассыплется от первого порыва ветра.

— Держись, — шептал он, хотя сам не верил, что она слышит. — Мы едем в Норию. Источник должен помочь.

Рина открыла глаза — мутные, с трудом фокусирующиеся. Её лицо, ещё пару часов назад просто покрытое глубокими морщинами, теперь трескалось и шелушилось, превращаясь в пыль. Кожа висела складками на шее, на руках.

— Каин… — голос её был скрипучим. — Я не… не успею.

— Успеешь, — отрезал он, хотя внутри всё оборвалось. — Я не позволю тебе исчезнуть. Сейчас пересядем на магопоезд, и уже к вечеру будем на месте.

Она слабо улыбнулась — и в этой улыбке мелькнуло что-то от прежней Рины, дерзкой и живой. Каин едва сдержал комок в горле.

— Спасибо, — прошептала она.

Они добрались до герцогства в намеченный срок, но Рина старела на глазах. Каждые полчаса Каин замечал новые морщины, новые трещины.

Волосы теперь стали серебристо-прозрачными — сквозь них просвечивала кожа головы. Она теряла счёт времени, проваливаясь в забытьё. Каин поил её водой из фляги, но та почти не могла глотать.

— Пей, — уговаривал он, поднося флягу к её потрескавшимся губам. — Ещё немного.

Вода стекала по подбородку, не попадая внутрь.

— Каин, — прошептала она, когда вдалеке показались башни Нории. — Если я… если не получится…

— Заткнись, — грубо сказал он, но голос его дрожал. — Получится. Слышишь? Получится.

— Просто скажи… — она судорожно вздохнула. — Что ты… не жалеешь. Что встретил меня.

Каин стиснул зубы.

— Ни секунды не жалею, — выдохнул он. — Ни одной. Даже когда ты меня бесила. Даже когда пыталась убить. Даже сейчас.

Рина слабо сжала его пальцы. Этого было достаточно.

В замке Каин, подхватив Рину на руки, как ребёнка, прямиком направился к бывшим покоям Анны. Слуги шарахались в стороны, глядя на него с ужасом.

— Что… — начала было служанка, но Каин рявкнул:

— Убирайся!

И все разбежались.

Он нёс её по коридорам, чувствуя, как время утекает сквозь пальцы. Сердце Рины билось где-то в глубине — слабо, с перебоями. Каин навострился слышать его. И боялся каждого пропущенного удара.

Дверь в покои арбитра была открыта.

— Там… — прошептала Рина, указывая на шкаф.

Он подошёл, распахнул дверцы, отодвинул одежду, нажал на скрытый механизм. Стена бесшумно отъехала, открывая туннель.

— Ты знала об этом ходе? — удивился Каин.

— Знала, — голос Рины был едва слышен. — Ещё девочкой… Здесь любила прятаться.

Они стали спускаться к озеру, однако, чем глубже они погружались, тем сильнее рушилось не только тело Сабрины, но и само её сознание. Каин нес её, чувствуя, как тело становится всё тоньше, всё прозрачнее.

— Пусти, — вдруг затрепыхалась старушка. — Я сама!

Каин послушно опустил её на мокрую землю. Рина выпрямилась насколько могла и сделала несколько шагов вперёд. И вдруг остановилась.

— Смотри! — воскликнула она тоненьким, почти детским голоском. — Здесь я пряталась от гувернантки! Она была такая злая, заставляла учить гербы всех родов Империи!

Каин замер. Рина смотрела на стену, где не было ничего — только серый камень и плесень.

— Рина…

— Герцог Голден тогда нашёл меня, — продолжала она, не слушая. — Он сказал: «Рина, если ты выучишь все гербы, я подарю тебе щенка». И я выучила! За одну ночь! А он подарил… — она запнулась, и голос её стал старческим, скрипучим. — Он подарил… камушек. Принц его постоянно у меня отбирал.

Каин понял. Она не бредила. Она проваливалась в прошлое — в те годы, когда была маленькой, когда замок был домом, а дракон — самым добрым существом на свете.