Наследство из другого мира

Глава 8

Эрика

Я тронула рукой калитку, та ожидаемо не поддалась. Пришлось опустиьтся на корточки, просунуть пальцы между ячеек стальной сетки. Ну же? Ни за что не поверю, что Сильвестр сменил засов. Изнутри-то он открывается просто, достаточно приподнять щеколду носком ботинка, никто и не заметит. А вот снаружи, когда торопишься войти на участок, попробуй открой.

Ну где же щеколда? Я сунула руку поглубже и наконец дотянулась до железного кругляшка, - повезло, что дядя к нему еще капкан не приделал, с него станется, уж очень он не любил внезапных гостей. А попросту говоря, боялся, что кто-то не вовремя заглянет, в разгар его очередного эксперимента. Щеколда открылась с легким щелчком.

Я не стала торопиться и сразу заходить на участок. На подъездной дорожке тоже может быть множество неприятных "сюрпризов". Вон леска, к примеру, натянута, если не знать, то и не заметишь. Один конец ее идет в дом, а там он наверняка привязан, как и раньше, к колокольцу у двери. Через леску я просто переступила.

Хорошо, что ворона оставила в машине на этот раз, ни к чему рисковать птицей. Посмотрю для начала, чем меня саму встретит дом дяди. Мой дом! Никакого Сильвестра больше не существует!

Дорожка из валунов привела к деревянному крыльцу. Участок смотрится неухоженным и заросшим, впрочем, как и сам дом. Ступени крыльца облезли, кое-где из-под трех слоев равномерно облупившейся краски видно серое дерево. А вон одна доска подгнила, под ней проступают ступени из кирпича, добротные, сложенные с некоторым изыском – в разбивку. Такие сложить нелегко, если ты не профессионал-каменщик. Я подняла глаза на дверь, та тоже необычная. Не дом, а настоящая крепость.

Осторожно занесла ногу над ступенью и встала с осторожностью, хоть и знаю наверняка, что доска под ногой не проломится, а все равно опасаюсь внезапно очутиться в подполе.
Всего три ступеньки, вот и крыльцо. Дверь выглядит небогато, мощная сталь из Италии стыдливо прикрылась деревянной вагонкой. Мне она напомнила дочку белого офицера, которая нацепила на себя платье прачки, лишь бы только не обнаружить золото, припрятанное на груди.

Я чуть помедлила, вспомнила головоломку из детства. Войти в дом не так уж и просто. Дверь заперта не только на обычный замок. Точней, сама скважина – это пустышка. Сколько угодно можно проворачивать ключ или отмычку, все бесполезно. Замок просто будет щелкать, у него даже язычка нету. Вместо этого нужно разыскать шляпку гвоздя, ими по кругу обита дверь. Вот она, на уровне пояса, с улицы не видно, что именно нужно сделать, чтобы открыть дверь.

Я с осторожностью потянула за гвоздик, в образовавшуюся щель воткнула свой ключ, два раза его провернула. Что там дальше? Главное, дверь на себя сразу не потянуть. Для начала нужно нажать ладонью на правый верхний угол двери, зафиксировать петлю. Иначе есть шанс оказаться прихлопнутой точно моль под этой дверью. Я не знаю, как такую конструкцию выполнили итальянцы, но у двери сразу два комплекта петель. Одни вделаны снизу. И пока ты не прижмешь дверь справа, она может откинуться на тебя. Помню, как в детстве я боялась, что меня этой дверью просто прибьет. Один раз чуть так и не вышло.

Второй комплект петель находится справа. Нужно немного нажать на них, и тогда дверь попросту распахнется наружу, как и все обычные двери.

Ну что, уже можно тянуть? Или дядя приготовил еще какой-то сюрприз? Вроде бы нет. Для надежности я всё-таки отошла в сторону, прикрыла рукой голову и только после этого потянула за ручку. Вот соседи-то удивляются, если кто меня сейчас видит. Решили, наверное, что племянница у Сильвестра не в себе, «с холминкой», как тут иногда говорят, вот в дом войти и боится.

Дверь свободно открылась, внутри полумрак. Солнце еще не садилось, только начало скатываться за горизонт. Все окна задёрнуты плотными гардинами. Я и сейчас, спустя столько лет, помню тот удивительный запах, который источала эта ткань. Корица, тимьян, кориандр и сотня другая оттенков и ароматов. Будто гардины, в отличие от меня самой, побывали на восточном базаре.

Я осторожно переступила через порог, плечи сами собой поднялись вверх, голова опустилась. Понадобилось усилие, чтоб снова их распрямить, войти в родной дом хозяйкой, а не замученным подростком, серой тенью, какой я была когда-то.

Запах прогретого дерева, кожи, горьковатая нотка полыни. Дом, нет, скорее уж, особняк моего дяди пахнет богатством, источает ноты роскоши. Казалось, вот-вот откроется дверь, и он сам выйдет в прихожую, окинет меня с головы до ног строгим, немного насмешливым взглядом и опять скажет... гадость.

Нет его, больше его нет. Моего ужаса юности, детства – строгого опекуна. Все, что осталось от него – наследство и я, его единственная родня по крови.

Продать этот дом, что ли? Я задумчиво прошлась пальцами по краю резного стола. Совсем небольшой, он стоит здесь, у двери. Красное дерево накрыто клеенчатой скатертью, на ней средневековая «аляповатая» ваза работы венецианских мастеров. Убери скатерть, и она заиграет совсем иначе на таком-то столе. Раскроется позолота, оттенятся розовым цвета.

Впрочем, такая невзрачная обстановка была здесь всегда на тот случай, если внезапно кто-то войдет. Электрик, чтобы проверить счетчик, к примеру. Дальше в свой дом Сильвестр никого не пускал. Он и пациентов принимал здесь, бывало. Особых пациентов, из тех, что успели хорошо заплатить "бедному" старику.

Где-то скрипнула половица. Я вздрогнула от этого звука. На миг показалось, будто бы в дом вошел кто-то еще. Глупости. Просто дом старый, вот пол и издает звуки. Может, ветер опять разгулялся, Ладога совсем близко. Порыв ветра ударил в стену, перешел вибрацией в лаги пола, а за ним уже и заскрипел дубовый паркет, все объяснимо. И все одно, неприятно слышать в своем доме чужие шаги.

Нет, этот дом я точно продала бы. Так кто его купит! Разве что жители ближайших коттеджных поселков. Деревенские умные, даже в подарок не примут дом колдуна.
Именно так здесь звали моего дядю, по крайней мере, пока я была ребенком. Сколько же лет прошло? Лет шестнадцать мы точно не виделись.