Наследство с подвохом для сиротки с секретом

Глава 2. Старая метла по-своему метёт. ❤️❤️❤️

Я пожелала Лидаре спокойной ночи и ушла в свою комнату. Пришлось порядком потрудиться, чтобы убрать весь мусор и пыль. Вышла во двор и выколотила яркие домотканые половички. С помощью своих новых способностей нашла маленький чулан, где тётушка хранила хозяйственный инвентарь.

Было уже поздновато для уборки, но я подмела и вымыла полы, убрала в плетёную из ивовых прутьев корзину явно давно нестиранное бельё. Привела в порядок набитый лесными травами матрас, застелила чистую постель, нагрела воды и наконец вымылась. После чего надела чистую и совершенно новую ночную рубашку и юркнула под одеяло. Только заснуть сразу так и не смогла.

Я попыталась разобраться в том, что со мной произошло. Последним, что хранила моя память в родном теле было возвращение домой через городской парк после удачно проведённых переговоров. Мне удалось выгодно закупить продукты для сети ресторанов моего старшего сына. Вечерний летний воздух был напоён ароматами цветов и трав. Потом я услышала недовольное угуканье совы. После чего у меня всего на мгновение закружилась голова, а очнулась уже в теле сиротки Яры в приюте.

Всё, что было дорого для меня, осталось вне зоны доступа. Мне хотелось грязно выругаться, но я сдержалась. Уныние и негативные эмоции ещё никого до добра не доводили. Поэтому заставила себя успокоиться. Помог опыт ведения собственного бизнеса. Он закалил дух. Мои опыт и знания остались со мной.

Хотя теперь я стала семнадцатилетней сироткой с проблемным наследством от не в меру любящей кураж и риск тётушки. Пообещала себе, что утром запишу всё, что помню о прошлом в родном мире и выработаю стратегии, как поскорее восстановить имение и выплатить долг. Решать все вопросы я буду в порядке очереди. По степени актуальности и важности для моего нового будущего.

Взяла несколько листов бумаги для письма не слишком высокого качества и стала набрасывать перспективные варианты, как ускорить избавление меня от долга перед незнакомым драконам. Он пока не соизволил объявиться, но я и так знала: рано или поздно этот разговор случится. Это лишь дело времени. Так и заснула, облокотившись на подушки и сжимая в руках стержень для письма.

Утро выдалось неспокойным: в усадьбу явился мутный владелец ломбарда. Старик с сальными волосами и постоянно бегающими глазками нам с госпожой Рэльвэрри совсем не понравился.

– Безмерно рад знакомству с вами, несравненная госпожа Вельверца. Ваша незабвенная тётушка заложила в моём ломбарде свою метлу. Вам определённо следует выкупить её как можно скорее. Понимаю, у вас горе. Поэтому верну родовое имущество всего за пять медяков.

Мы с Лидарой с подозрением переглянулись. Что-то тут явно было не так. Цена совершенно не соответствовала реальной стоимости местного аналога колдовского автомобиля. Я и не заметила, когда вчера вечером успела надеть переданный брюнеткой амулет на шею, но уже почувствовала первые изменения. Драконесса проницательно посмотрела на раннего визитёра и холодно проронила:

– Предлагаю отдать её так, без всякого возмещения. Я наслышана, какие убытки вы понесли из-за метлы моей бывшей госпожи!

Старик скукожился под ледяным взглядом янтарных глаз и испуганно проблеял:

– Хорошо, только избавьте меня от этого стихийного бедствия, госпожа Вельверца. Все ведьмы, которые пытались выкупить этот предмет после приручения, уходили ни с чем. Надеюсь, она признает вас как официальную наследницу вашей усопшей тётушки. Она разбила в моём ломбарде всё, что только смогла!

Мелкий делец даже не пытался скрыть разочарования: ему не удалось вытрясти с нас ни медяка.

Мы шли неспешно, путь оказался совсем коротким. Старик Скрягэсс всё торопил нас, оглядывался, покашливал в кулак и пытался завязать беседу то со мной, то с Лидарой. Последняя молчала с таким видом, будто под ногами у неё не тропинка, а хрупкий лёд над пропастью. А я… я пристально наблюдала за владельцем ломбарда. Он всё больше и больше не нравился мне.

Седые, сальные волосы мужчина зачем-то зачесал назад. Видимо, считал это признаком ухоженности. На плечах было надето что-то вроде тужурки из дорогой ткани, но рукава были грязными. На воротнике мы с Лидарой заметили крошки и пятна после завтрака. Одежду явно давно не стирали. Маленькие голубые глазки старика суетливо бегали по сторонам. Каждый раз, когда я ловила его взгляд, тот становился заискивающим как у продавца тухлой рыбы на вечерней ярмарке.

– Вы, несомненно, быстро освоитесь, госпожа Вельверца, – пропел он, спотыкаясь об очередную корягу. – О, извините! Всё вокруг пришло в запустение после смерти вашей незабвенной тётушки Мардры. Я, можно сказать, держу руку на пульсе. Мало ли что кому понадобится. Ну, а вы, как хозяйка усадьбы, наверняка скоро сами в этом убедитесь…

«Он сплетник. Абсолютно точно. Ещё и с длинным языком. Даже без намёка на простейшую порядочность», – подумала я, не сводя взгляда с его физиономии с заискивающей улыбки.

– А с Мардрой у вас были… хорошие отношения? – спросила, как бы невзначай, пока мы заворачивали за угол, где начинались лавки.

Он неопределённо хмыкнул.

– О-ох, ну что вы! Когда-то… когда-то я даже думал, что... она станет многоуважаемой госпожой Скрягэсс, – тут он запнулся, словно сболтнул лишнего, затем кашлянул, – но она была… как бы это сказать… слишком… увлечена колдовским искусством. Да, именно так. Поэтому так и не сподобилась выйти замуж.

Я заметила, как напряглась Лидара, и сразу поняла: пустой трёп и ей надоел.

– Вот мы и пришли, – пробормотал старик, указывая на неказистое здание с криво прибитой вывеской: «Ломбард «Райские кущи Скрягэсса». Ниже дополнительная надпись на прямоугольной доске, потемневшей от времени: «Даю деньги под залог. Выкуп залоговых вещей по дешёвке! Сказочные условия! Ласковые проценты!»

Я прищурилась. Подсказки просыпающегося дара мне совсем не понравились. Метла, о которой шла речь, точно была не просто вещью. Где-то внутри, под сердцем, словно кольнуло. Едва заметно, как будто кто-то осторожно постучал изнутри.