Наследство с подвохом для сиротки с секретом

Глава 4. Сова, опять сова...❤️❤️❤️

Чёрный хвостатый красавец снова оглянулся, и в его взгляде мелькнула искорка надежды. Я сделала глубокий вдох и шагнула к резной подставке, где покоился гримуар. Мои пальцы дрожали, когда коснулись обложки старинной книги, но больше всего меня притягивало зеркало в массивной серебряной, потемневшей от времени раме. Опалы на её поверхности таинственно мерцали в свете жарко натопленного очага. Неожиданно я поняла, что его поддерживает специальное заклятье. Он потухнет в тот день, когда некому будет передать родовые знания древнего колдовского семейства Вельверца.

Тишина в небольшой зале казалась плотной, почти осязаемой. Вдруг тихий шорох крыльев нарушил многолетнее безмолвие. Через распахнутую форточку влетела сова неясыть. В её умоляющем взгляде я прочла всю боль и надежду души, запертой в теле птицы. Она долго кружила надо мной, а потом неожиданно опустилась на плечо. Удивительно, но внушительные когти не поранили мою нежную кожу.

– Ты... – выдохнула я, не узнавая своего голоса.

Незваная гостья повернула голову и посмотрела в зеркало вместе со мной. В отражении мерцали три фигуры: я, сова на плече и, на самой границе туманных теней, чёрный кот с глазами-безднами. Будто он хранитель тайн иных миров.

Сова тихо угукнула. Так, как просят о помощи, не крича, а умоляя.

Я встретила свой взгляд в зеркале, и вдруг почувствовала, как незримая рука касается моего разума. Затем отражение померкло и мелькнуло иным лицом. Взрослым, измождённым, но таким родным…

– Ярослава… – скорбно выдохнула я, мне стало страшно.

Гримуару надоело, что меня постоянно пугают. Поэтому он самовольно покинул подставку и легко подлетел ко мне. Потом легонько шлёпнул по загривку сначала фамильяра, после чего недовольно зашелестел выцветшими от времени страницами перед совой. С удивлением поняла, что эти двое оба недовольны котом и словно переговариваются.

Хвостатый интриган был явно оскорблён, что его отшлёпали словно маленького котёнка. Не знаю почему, но подошла к нему, взяла на руки и почесала под подбородком. Фрагментарная память Яры подсказала, как сделать, чтобы фамильяр сменил гнев на милость. Наградой мне стало довольное мурлыканье. Потом розовый шершавый язычок ласково коснулся моей ладони.

Затем мой колдовской спутник глубокомысленно мяукнул и сердито зашипел на гримуар. Талмуд сердито зашелестел страничками, а я увидела название параграфа: «Грамотная привязка колдовской книги при смене хозяйки по наследному праву». Решила, что лишние дрязги между моими помощниками вредны для моей психики и здоровья. Поэтому вежливо попросила:

– Вернись, пожалуйста на подставку. Мне надо прочесть эту главу, раз уж я теперь официально работаю как ведьма Вельверца вместо тётушки Мардры. Теперь надо скорее со всем разбираться. Никто не станет мне платить жалование за красивые глазки.

Возразить моим трём компаньонам было нечего. Поэтому вскоре вдумчиво читала текст на страницах и честно старалась запомнить. Сова сорвалась с моего плеча и подлетела к Зеркалу Предвиденья. Она примостилась на спинке стоявшего рядом удобного мягкого кресла так, чтобы отразиться серебряной пластине.

Удивительно, но сейчас отражение было точно таким же, каким у тела, в которое я угодила из-за этой самой совы. Яра проказливо улыбнулась мне и что-то прошептала. Она скопировала в мою память все знания и информацию о прожитых ею до моего появления лет. Потом с грустью в голосе мысленно сказала:

– Прости, что втянула тебя во всё это. Болезнь не дала мне сделать то, что я должна. Если не восстановить усадьбу и прилегающие земли нашего рода, а я была последней в нашем колдовском семействе, то гримуар и кот рассыпались бы в прах. Мне нужна была помощь. Зеркало Предвиденья указало на тебя. Колдовская книга и кот помогли перенестись в тело совы в то мгновение, когда моё сердце остановилось.

– Я погибла в моём мире?

– Нет, Ярослава, просто трансформировалось в энергию, которая исцелила моё тело и позволило тебе получить новый шанс утереть нос всем и доказать, что семнадцать лет не приговор. Как и то, что ты много лет прожила в приюте. Мы будем учить тебя и помогать. Когда наша с тобой жизнь завершится в этом цикле, ты вернёшься в свой мир и получишь новую долю. Меня одарят тем же здесь.

С губ непроизвольно сорвался тяжёлый вздох. Не то чтобы я боялась работы, вовсе нет. Просто всё происходящее напоминало кошмар. До боли хотелось проснуться… Но, увы, это была горькая реальность, а не жуткий сон.

Я старательно читала простое заклятье, стараясь не сбиться с ритма. Тут мой собственный фамильяр неожиданно решил пошалить. Он напрыгнул на меня лапками. На моё счастье, без острых как бритва когтей.

Результат лучше любых предупреждений дал мне понять, что терять концентрацию и контроль над словесной формулой категорически запрещено. Иначе последствия потом придётся разгребать всем местным Ковеном. Своё второе в жизни колдовство довела до финальной точки, но ту меня поджидал конфуз. У кота появились прозрачные стрекозиные крылья. Гримуар насмешливо зашелестел страничками. Сова тихонько вздохнула и угукнула. Она явно считала, что хвостатый интриган получил по заслугам.

Мой спутник лучился от самодовольства. Он взлетел под потолок и тут же принялся гоняться за пылинками, которые сам же и поднял в воздух. Я с грустью подумала, что в бывшей Колдовской тётушки Мардры надо поскорее навести порядок.

Я в который раз убедилась, что колдовская жизнь не имеет кнопки «пауза». Стоило мне сделать вдох, как кот совершил кульбит в воздухе. Потом хвостатый интриган приземлился точно в блюдце с сушёной мелиссой и напустил на себя такой таинственный вид, будто прямо сейчас творил древний и эффективный ритуал очищения пространства колдовской. Как такие комнаты называли в фэнтези историях моего мира.

Сова тяжело вздохнула и с явным осуждением угукнула. Она наклонила голову под невозможным углом, и строго посмотрела на нас обоих. Нет, серьёзно, я впервые в жизни чувствовала укор со стороны птицы. Кажется, ей срочно требовалась валерьянка. Или, всё-таки, мне? Только что-то посильнее. Местный аналог «Новопассита» или настойки на корнях ириса.