Наследство в другом мире на троих

Глава 9

В третьем крыле обнаружилась просторная портретная галерея. С высоких стен на девушек смотрели лица людей разных эпох и сословий — строгие воины в странных, переливающихся доспехах, задумчивые женщины с высокими причёсками, в которые были вплетены драгоценные камни, и улыбающиеся юноши. Краска на некоторых полотнах поблёкла, а лак потрескался, но даже сквозь налёт времени и пыли чувствовалась рука великого мастера.

На одном из полотен Эмилия вдруг замерла. Она прищурилась, вглядываясь в рыжеволосую жизнерадостную девушку в платье цвета молодой травы. Та казалась живой — она была похожа на Лилию не только оттенком волос, но и едва уловимой, лукавой мимикой.

— Лиль, посмотри, никого не напоминает? — с удивлением повернулась она к сестре. Лилия подошла ближе, и на мгновение две рыжеволосые женщины — одна на холсте, другая в реальности — словно обменялись взглядами.

— Уверена, если смахнуть вековую пыль со всех этих полотен, мы найдём там и твой портрет, и Юлин, — с задумчивой улыбкой ответила Лилия. — Или кого-то, кто передал нам свои черты через века. Кажется, мы здесь не совсем чужие.

Вдоль стен галереи стояли мольберты самых разных размеров, а в нишах застыли в пыли изящные статуи. У дальней стены Эмилия заметила манекен. На него была надета истлевшая тряпка, уходящая подолом в пол. Эмилия, чьи пальцы привыкли чувствовать фактуру ткани, осторожно коснулась плеча манекена. Едва её кожа задела материю, та с сухим шелестом рассыпалась в серую труху, оставив лишь призрачное воспоминание о некогда роскошном бальном платье.

Далее за галереей располагались зона отдыха и жилое помещение. На этот раз Юлия и Лилия даже не пытались подойти к двери — они синхронно остановились и выжидающе посмотрели на Милу. Эмилия сглотнула, чувствуя, как внутри всё замирает от предвкушения. Она несмело коснулась ладонью прохладного дерева, и дверь без малейшего сопротивления, словно приветствуя свою настоящую хозяйку, плавно открылась внутрь.

Квартира была по планировке идентична апартаментам Юлии и Лилии, но здесь каждый дюйм пространства дышал творчеством. Стены украшали картины — от детально прописанных пейзажей до стремительных, эмоциональных набросков углем. Окна были красиво задрапированы тяжёлыми тканями, которые каким-то чудом сохранили первозданную яркость цвета. На полу лежали плотные ковры с причудливыми, словно живыми узорами, которые, казалось, шевелились в лучах света.

Вместо строгого кабинета здесь располагалась полноценная студия-мастерская: ряды чистых мольбертов, манекены, полки с инструментами и даже гончарный круг в углу, всё ещё покрытый слоем засохшей, растрескавшейся глины.

Эмилия прошла в спальню и открыла массивный шкаф. В ту же секунду она замерла, не в силах вымолвить ни слова. Шкаф был доверху забит женской одеждой: пышными юбками, строгими платьями, блузами из тончайшего шёлка и кружевными сорочками. Качество тканей поражало — вышивка серебряной нитью, сложнейшие швы, искусная отделка. На дне шкафа обнаружилась целая гора обуви — от практичных ботиночек на шнуровке до изящных туфелек-лодочек.

Эмилия взглянула на свои изящные, но совершенно непрактичные туфли на каблуках и решительно полезла в шкаф.

— Мила, ты уверена, что размер тебе подойдёт? — с сомнением спросила Юлия.

— Нет, но попробовать стоит, — ответила Эмилия, доставая симпатичные ботиночки на ровной подошве.

Произошло невероятное: обувь казалась великоватой, но стоило Эмилии обуться, как ботинки мягко сжались, идеально подстроившись под её стопу.

— Ничего себе… Я тоже так хочу! — Юлия тут же скинула свои туфли, которые за два дня превратились для неё в орудие пытки.

Эмилия снова залезла в недра шкафа и достала для неё сапожки из мягкой коричневой кожи с широким голенищем. Стоило Юлии обуться, как и эта пара мгновенно подстроилась под нужный размер.

— Как в тапочках, — с благодарной и чуть растерянной улыбкой сказала Юлия, пробуя наступить на носок. — Кажется, этот шкаф — самое ценное наследство, которое мы нашли за сегодня.

— А переодеться не хотите? — с мягкой усмешкой спросила Лилия, наблюдая, как преобразились девушки.

— Да ну нет, — Юлия с сожалением окинула взглядом богатство шкафа. — Ты представляешь, сколько пыли мы соберём на эти длиннющие юбки в неочищенных коридорах? Оставим это на потом. Предлагаю сначала спуститься пообедать и продолжить обследование. Нам нужно закончить с этим до темноты.

В крыле под апартаментами Лилии обнаружилась больница. На первом этаже располагалась столовая, чуть меньше той, что они видели в крыле Юлии. Сразу за ней находился огромный операционный блок.

Лилия вошла туда первой, и её шаги отозвались гулким эхом под сводами. Она заворожённо разглядывала инструменты из странного прозрачного сплава, напоминающего хрусталь, и хирургические столы из матового белого камня. Стоило ей коснуться столешницы, как она почувствовала слабое тепло, словно камень всё ещё хранил энергию жизни.

Далее шли палаты: в каждой комнате по две койки и небольшой стол. На каждые три палаты приходился общий санузел. Поднявшись выше, девушки обнаружили, что второй и третий этажи полностью повторяют планировку первого, увеличивая количество мест для больных втрое. Здесь также располагались бесконечные боксы с палатами, процедурные кабинеты и огромные кладовые. Стеллажи там были забиты идеально сложенным постельным бельём и тысячами склянок с медикаментами, назначение которых Лилии ещё только предстояло разгадать.