Наследство Яги: Книжный магазин между мирами

Глава 9. Кольцо Вечного Стража

Одиночество после разрыва с Артемом было иным, чем после предательства Кощея. То было острым, обжигающим, наполненным гневом и болью. Это же — тихим, пустынным и горьким. Я совершила акт насилия над своими чувствами, над своим желанием простого человеческого счастья, и теперь расплачивалась за это глухой, ноющей пустотой.

Матвей, чувствуя мое состояние, старался как мог. Он пек свои крошечные пирожки, ставил передо мной чай и подсовывал самые, по его мнению, веселые книги — сборники анекдотов и комиксы. Его забота трогала до слез, но заполнить пустоту не могла.

Я погрузилась в работу с маниакальным упорством. «Сказочная Академия» прислала новый курс: «Продвинутая стабилизация: работа с временными аномалиями». Виктория Игнатьевна на одной из онлайн-сессий посмотрела на меня с беспокойством.

— Яна, вы выглядите истощенной. Магия внимания требует внутреннего равновесия. Вы не можете стабилизировать внешний хаос, если внутри вас буря.

— Внутри у меня не буря, — возразила я. — Внутри у меня вакуум.

— Иногда это еще хуже. Портал, лишенный энергии, начинает поглощать ее извне. Не дайте этому случиться с вами.

Ее слова засели у меня в голове. «Поглощать энергию извне». Так и было. Я чувствовала, как моя тоска, мое одиночество становятся черной дырой, которая притягивает к магазину все более странных и мрачных посетителей.

Однажды ночью ко мне пришел Болотник — существо, питающееся унынием. Он был похож на комок тины с пустыми глазницами и тихо плакал в углу, источая запах гниющих листьев и отчаяния. Я не стала его прогонять. Я села рядом и молча слушала его безысходные стоны. Через несколько часов он ушел, оставив после себя лужицу стоячей воды и чувство глубокой печали, которое не рассеивалось несколько дней.

Я понимала, что так продолжаться не может. Мне нужны были ответы. Не только чтобы помочь Кощею, но и чтобы спасти себя. Чтобы найти точку опоры в этом хаосе.

Я снова и снова перечитывала бабушкин дневник. Запись о кольце не давала мне покоя. «Оно — сосуд его клятвы». Что это за клятва? И кому он ее дал?

Я подошла к портрету. Молодые лица, полные надежды. Его рука на ее плече. Кольцо. Я прикоснулась к холсту пальцами, закрыла глаза и попыталась прочувствовать то, что бабушка называла «энергетическим эхом» — след, который оставляют сильные эмоции.

Сначала ничего. Потом появилась — слабая, едва уловимая вибрация. Не боль, не предательство. Нежность. Бесконечная, глубокая нежность, исходящая от него. И от нее — ответная, смешанная со страхом и надеждой. Они любили друг друга. Это было ясно как день.

Но зачем тогда проклятие? Кто мог быть настолько жесток?

И тут меня осенило. Бабушка писала: «Костя не помнит. Его память о том времени стерта». Что, если стерта не только память о наложении проклятия, но и о том, что было до? Что, если он забыл самого себя?

Я побежала к бабушкиному архиву — к той самой полке, которую я до сих пор обходила стороной, чувствуя себя недостойной прикасаться к самым сокровенным тайнам. Там, среди древних фолиантов и свертков, я нашла его. Небольшую шкатулку из темного дерева, инкрустированную перламутром. На крышке был вырезан тот же символ — дракон, кусающий себя за хвост.

Я открыла ее. Внутри лежал пожелтевший листок, сложенный в несколько раз. И пучок волос, перевязанный серебряной нитью. Волосы были темными, с рыжим отливом. Такими же, как на портрете.

Я развернула листок. Это было письмо. Почерк был не бабушкиным. Мужским, угловатым, энергичным.

«Моя дорогая Маша,

Если ты читаешь это, значит, я исполнил свой долг. И, возможно, забыл тебя. Это — цена, которую я согласился заплатить. Цена за твою жизнь и жизнь всех грядущих Яг.

Ты спрашивала, почему я ношу это кольцо. Оно — знак моей клятвы. Клятвы, данной тому, кого люди называют Темным Властелином, а мы — Хранителем Равновесия. Он — не зло, Маша. Он — необходимая сторона бытия. Без тьмы нет света, без смерти нет жизни, без забвения нет памяти, обратная сторона учит нас ценить нашу сторону.

Но Равновесие было под угрозой. Сила Яг, передаваемая по крови, росла с каждым поколением. Она должна была порвать границы миров. Чтобы предотвратить катастрофу, нужно было наложить ограничитель. Проклятие на вечного спутника Яг. На меня.

Я согласился. Добровольно. Я стал тем, кто будет постоянно проверять вас, испытывать, оттачивать. Чтобы ваша сила всегда была уравновешена мудростью. Чтобы вы никогда не забывали о цене доверия и о силе прощения.

Проклятие требует, чтобы я периодически предавал ту, которой служу. Чем сильнее привязанность, тем больнее должно быть предательство. И взамен оно стирает память. Мою память о тебе. О нашей любви. О том, что я выбрал этот путь сам.

Я пишу это письмо в последние часы, когда еще помню. Когда еще люблю тебя больше жизни. Спрячь его. И если однажды наша связь, наша любовь родится вновь в другом времени, с другой Ягой, отдай это ей. Чтобы она знала. Чтобы она могла сделать выбор.

Прости меня за всю боль, что я причиню тебе в будущем. Знай, что в основе всего лежит любовь. Любовь к тебе. Любовь к этому миру. И желание сохранить его целым.

Твой вечный страж,
Казимир»

Я сидела на полу, сжимая в руках этот листок, и слезы текли по моим щекам ручьями. Казимир. Его звали Казимир. Не Кощей. Не бессмертный монстр. А человек. Герой. Пожертвовавший своей памятью, своей любовью, своим именем ради спасения мира.

И бабушка знала. Она знала всю свою жизнь. И все равно любила его. И прощала его снова и снова.

Теперь я понимала. Чтобы снять проклятие, нужно было, чтобы тот, кто его наложил, отрекся от него. Но он наложил его сам. Значит, нужно, чтобы Казимир отрекся от своей клятвы. Но он не помнил себя. Он был Кощеем.

Ключ был в кольце. Оно было материальным воплощением его клятвы. Но как разбить его? Очевидно, молотком не получится.

Я перечитала письмо еще раз. «Хранитель Равновесия». Темный Властелин. Тот, кому Казимир дал клятву. Мне нужно было найти его.