Настенька. Книга вторая. Кровавая княжна

Глава 12

Последние две недели прошли, словно в тумане. С княжичем отношения пошли на лад. Конечно, между нами ещё ощущалось небольшое напряжение. Да и нрав, и вспыльчивый характер обоих нет-нет, да и давали о себе знать. Данияр был непримиримым собственником, а я же ждала полного доверия с его стороны. Не редко по нашим покоям летали предметы утвари, а жаркие ссоры перерастали в безудержную страсть. А после, мы долго лежали и нежились в объятиях друг друга. И в эти мгновения, когда пыл ярости и страсти развеивался, я видела в его глазах такую бескрайнюю любовь и столько обожания, что становилось не по себе.

В такие минуты он часто любил рассказывать мне о своих замыслах, делиться мнением о правлении своего отца, князя Димитрия. Он ни в коем случае не критиковал его власть, но с некоторыми вещами был категорически не согласен. А ещё его мечтой было объединить все разрозненные славянские княжества и великие города под одной сильной рукой.

- Уж не себя ли ты видишь великим полководцем и объединителем земли православной? Защитником земли русской? – с небольшой долей усмешки спросила я.

- Хорошо сказала, - задумчиво протянул княжич, - Защитник земли русской.

Он погрузился в свои думы, а я наблюдала, как эмоции менялись на его лице.

- Вот представь только, как зажилось бы всему люду православному, не будь раздоров, вражды, зависти и жажды наживы у их князей. Ежели бы удалось бы мне объединить все княжества и города воедино, не было бы более бунтов и междоусобных войн. Воцарился бы мир и покой среди родов княжеских.

- Сильные мира сего всегда нашли бы чего делить, - с сомнением покачала я головой.

- Так-то оно так, но под сильной и единой рукой бы присмирели, - снова протянул он задумчиво, - И уж никакая бы погань не посмела напасть. Ах, как было бы замечательно собрать всех воедино, да под единым знаменем. И назвать бы это государство…

Он призадумался, а я тихо произнесла с грустью и тоской в голосе:

- Россией.

После таких разговоров, обычно он снова возвращался к своему излюбленному делу, осыпая меня ласками и шепча слова любви. Чего ещё можно было ожидать от молодого и полного сил мужчины, заполучившего наконец желанную ему женщину?

Что чувствовала я в эти моменты? Я даже сама себе не могла объяснить. Я не была к нему безразлична, но и не сгорала от безумной страсти. Не так, как с Ветром или с Данилой. Но возможно это была тоже любовь? Просто другая.

- Все вон! – услышала я приказ своего благоверного, который в прямом смысле слова в очередной раз ворвался в мои покои.

Девушек сразу как ветром сдуло. За эти несколько недель нашей с ним семейной идиллии, они уже привыкли к подобным внезапным визитам моего супруга, когда он сходу накидывался на меня, срывая с нас обоих предметы одежды.

Казалось, что он никак не мог мною насытиться. Складывалось впечатление, что с каждым днем его страсть становилась всё больше. Если он отсутствовал хоть день, выезжая по приказу отца в соседние города, то после он буквально сутки не выпускал меня из спальни. Каждую ночь, думая, что я уже уснула, он часами рассматривал моё лицо, силясь найти ответы на одному ему известные вопросы.

Вот и сегодня он ворвался ко мне в опочивальню после пяти дней отсутствия, словно дикий зверь, утробно рыча на двоих караульных и моих девушек.

- Охладись, княже, - тихо произнесла я, мягко скидывая его руки с моих плеч.

Данияр удивленно посмотрел на меня, а затем на его лице отразилась обида.

- Настенька, лю́бая моя, - вымученно протянул он ко мне свои руки снова, - Сил нет, как соскучился.

После памятной брачной ночи княжич более ни разу не принуждал меня к близости. Даже сейчас, сгорая от желания, он стоял и ждал моего разрешения, моего дозволения. И я понимала, что достаточно одного моего слова, и он беспрекословно подчинится и уйдет, если я того захочу. Он был полностью в моей власти и готов был на всё, лишь бы я была рядом и не отталкивала.

Пять дней он провёл в восточной степи, словно кочевник, не вылезая из седла. Ведь именно там, на границе княжества, в последнее время наблюдались странные перемещения степняков, а также участились набеги на отдалённые села. Великий князь отправил своего сына во главе большого карательного отряда, дабы навести порядок в пограничье, заодно трезвым взглядом оценить обстановку в тех районах. И я предполагала, что его поход займет несколько недель. И каково же было моё удивление, что не прошло и седмицы, а пресветлый уже здесь.

Как позднее выяснилось, княжич вернулся в столицу лишь с частью дружины, дабы известить отца, что полки степняков успешно изгнаны с земель княжества, а остатки развеяны по степи. А вторая часть дружины была оставлена в восточных владениях для окончательного наведения порядка в тех землях. Одним словом, походом были довольны и отец и сын. А в скором времени мы ожидали возвращение всех наших воинов обратно.

- Настенька, - вывел меня из размышлений усталый голос Данияра.

Я окинула внимательным взглядом муженька. Н-да. Ну что сказать, мужчина вернулся из боевого похода. Один вид чего стоил. А уж запах…

Звонко хлопнув в ладоши, я громка крикнула:

- Маша! Глаша!

Тут же из соседней светелки появились мои сенные девушки:

- Слушаем, государыня-княжна, – учтиво поклонились обе.

- Истопите-ка нам баньку. Да пожарче!

***

Пока мой благоверный отмокал в большой лохани в княжеской бане. Я деловито перебирала свои масла и настои, придирчиво внюхиваясь в их аромат. Отложив несколько склянок с душистыми зельями, я прихватила пучок мяты, баночку мёда и парочку чистых льняных простыней.

Маша тем временем, поставила на столик в предбаннике большой кувшин сбитня, пару кубков, тарелку моченых яблок и пузатый бочонок хмельного кваса. Призадумавшись, она добавила ко всему этому небольшое блюдо с ещё теплыми пирогами, заботливо укатанное в плотное полотенце.

- Все готово, княгиничка, - смущенно проговорила мне Глаша, отводя взгляд от полупрозрачной сорочки, что была сейчас на мне. Она принялась рассматривать приготовленные веники: березовый, дубовый, липовый, можжевеловый, ивовый, бузинный и калиновый.