Настольная книга принцессы

Часть I. Кружевница

Первые лучи солнца робко просочились сквозь тяжелые бархатные шторы, еще не смея тревожить густой сумрак под балдахином, но я проснулась мгновенно, как обычно.

От постели густо пахло лавандой и еще какими-то травами. А еще рядом кто-то спал – и не один! – и истерический смешок у меня все-таки вырвался. Если ритуал, кое-как проведенный в ночь перед казнью прямо в Фоссе Миде, все-таки дал сбой, меня это не слишком бы удивило. Крохотная тюремная камера, куда почти не заглядывает солнце, – совсем не то место, где можно одолжить у любезного стражника уголек и с комфортом начертить пентаграмму, а без нее... я-то думала, потребуется настолько древний и темный ритуал, что придется вывернуться наизнанку просто чтобы добыть все необходимое для его проведения. Какие-нибудь реки крови, слезы девственниц, перо из драконьего хвоста и слюна единорога (которую он, вероятно, пускал на плачущую девственницу) – что там еще могло понадобиться, чтобы вырвать собственное сознание из своего тела и перенести в чужое?..

Хватило горькой от соли воды да пучка водорослей. Сегодня переменчивое море близ Эйфемии было милосердно, но, кажется, не то чтобы прицельно точно. Во всяком случае, я все еще была жива. Дышала, слышала и чувствовала.

Поскольку мое собственное тело однозначно покоилось на дне Соломенной лагуны, куда-то мое сознание все же попало. Я рассчитывала на принцессу Гунивер, но она никак не могла делить с кем-то постель. Ведь не могла же?!

Руки, откинувшие одеяло, принадлежали не мне. Слишком тонкие пальцы, холеная светлая кожа, по-птичьи хрупкая косточка у запястья. Аккуратные ногти, отполированные цветным порошком. В полумраке я не видела, каким именно, но неестественная, какая-то стеклянная гладкость бросалась в глаза. Так за руками ухаживали высокородные дамы, которым было куда важнее выглядеть безупречно, чем сберечь ногти, если вдруг понадобится мыть посуду и стирать белье.

Что ж, по крайней мере, я не так уж далека от цели, а если добраться до окна, то можно даже определить насколько.

С кровати я сползала почти не дыша. Тела, привалившиеся ко мне с обеих сторон, немало усложняли задачу, но я все же справилась – выбралась из-под одеяла, никого не разбудив, и первым делом заглянула за бархатную штору. Увы, особой ясности вид из окна не привнес: какой-то крошечный сад с беседкой в самом центре окружали серые каменные стены. Напротив виднелись массивные дубовые двери, и горшки с пышно цветущей геранью высились по обе стороны от них, будто почетный караул. Чье бы тело я ни заняла, особую свободу передвижения его настоящей хозяйке предоставлять никто не спешил.

– Ваше Высочество? – сонно окликнул женский голос.

Я вздрогнула и обернулась. Все-таки «Высочество», да еще Мое, – значит, я попала именно туда, куда собиралась?

Потревоженные шторы впустили в спальню приглушенный утренний свет. На широкой кровати под балдахином обнаружились две девицы вполне благопристойного вида: в белоснежных сорочках с наглухо застегнутыми воротниками и одинаковых чепцах для сна. Я сильно подозревала, что одета как их родная сестра.

Фрейлины? Во всяком случае, точно не обычная прислуга.

– Еще так рано, – страдальчески протянула девушка, проснувшаяся первой, и потерла глаза.

Вторая, по всей видимости, была всецело с ней согласна, но пока могла только бессмысленно пялиться вверх, соображая, где она и что происходит. Я была готова к ней присоединиться, но, к счастью, настоящая хозяйка тела все еще была тут – и, кажется, пока не придала значения своей лунатической прогулке по спальне.

– Мне приснился плохой сон, – виновато отозвалась она хорошо поставленным, мелодичным голосом.

Ощущение было странным. Как будто кто-то чужой говорит моим ртом.

Интересно, чувствовала ли принцесса Гунивер мое вторжение так же? Словно кто-то управляет ее телом, как марионеткой?..

– Я принесу воды для умывания, Ваше Высочество, – сомнамбулически пробормотала вторая девушка и поднялась с постели, так и не придя в сознание.

Первая тоже встала, но первым делом отдернула шторы и вооружилась массивной щеткой для волос. Принцесса, ни о чем не спрашивая, пересекла спальню и уселась перед туалетным столиком: по всей видимости, утренние ритуалы у фрейлин были отработаны так, что дочери древних семейств вполне могли повторить все положенные действия даже во сне. Чем, вероятно, прямо сейчас и занимались.