Настольная книга принцессы

06.11.2024

Гунивер помедлила, рассматривая блики на дне чашки. Ферранд терпеливо ждал ответа. Я уже успела подумать, что принцесса попросит брата сообщить королю о ее роли в деле с тонущими кораблями, но она, как выяснилось, размышляла о чем-то другом.

– А сам ты собираешься на мыс Моро? – наконец поинтересовалась Гунивер и вернула чашку на блюдце, так и не сделав ни единого глотка.

Вопрос застал врасплох не только меня – принц растерянно моргнул и пожал плечами.

– Полагаешь, это имеет смысл? – осторожно уточнил он. – Все, что королевские дознаватели сочтут важным, так или иначе сообщат мне или напрямую отцу.

Принцесса склонила голову, соглашаясь, и улыбнулась самыми уголками губ.

– Все, что королевские дознаватели сочтут важным, – повторила она. – Как насчет того, что покажется важным тебе самому?

«Или я?» – не договорила Гунивер, но принц уже и так догадался, чего от него ждут.

– Недалеко от мыса Моро есть прекрасный пляж с белоснежным песком, – подсказал он. – Идеальное место для пикника в узком кругу. Фрейлины будут в восторге. Полагаю, даже простят меня за бесцеремонность, когда я снова украду тебя ради небольшой семейной прогулки.

– Тебе придется постараться, чтобы прогулка была именно семейной, – с нажимом произнесла Гунивер, и я нахмурилась.

Она не хотела, чтобы Его Величество знал, чем занята дочь? Даже сейчас, когда оставался один-единственный, самый последний шанс опередить в очереди на престол младшего брата?..

– Вот уж чего я делать точно не собираюсь, – твердо заявил Ферранд и одарил сестру легкомысленной усмешкой. – Пусть королевские дознаватели стараются!

Теперь нахмурилась принцесса – вернее, просто перестала сопротивляться моему желанию хмуриться, и я только теперь ощутила, насколько сильным было противодействие. Кажется, у нее даже выражение лица изменилось, хотя, по большому счету, хотелось нам одного и того же.

Ферранд перестал улыбаться.

– Не начинай. Отец все равно не позволит мне жениться на одной из твоих фрейлин, сколь бы замечательными они ни были. Эйфемии нужны надежные узы с соседними странами, и выбора нет ни у тебя, ни у меня.

Кто-то из нас – я или принцесса – с силой прикусил щеку изнутри. Кто именно, ручаться я бы не стала, но рот наполнился металлическим привкусом, и накатила тошнота.

Кажется, будь Гунивер вымуштрована чуть хуже, она бы сказала: «Это мы еще посмотрим». Но за ее плечами по-прежнему маячили годы и годы аристократического воспитания, и они никак не могли позволить открыто перечить королю.

– Это никак не мешает фрейлинам тщить себя надеждами, – очень спокойным, очень ровным голосом произнесла Гунивер. – Постарайся, чтобы у дам хотя бы оставался выбор между королевскими дознавателями и, скажем, твоими приближенными.

Ферранд помолчал в ожидании продолжения, но принцесса явно сказала все, что собиралась, и никаких конкретных имен не назвала. Это тоже было довольно интересно, но давить на сестру принц не рискнул.

– Как скажешь, – ответил он, – соберу приближенных. Ты будешь готова отправиться завтра?

– Разве могут у меня быть дела важнее прогулки с братом? – чуть напряженно улыбнулась Гунивер.

Ферранд хохотнул, будто над старой, но все еще удачной шуткой, и ретировался. Принцесса поднялась с диванчика и дважды пересекла гостиную резким, широким, совершенно не женственным шагом, который едва ли пристал королевской дочери. Но именно благодаря этому она успела вернуться на свое место до того, как фрейлины убедились, что больше не помешают семейному разговору, и поспешили к госпоже.

Гунивер улыбнулась и им – легкомысленно и беззаботно.

– Мой дорогой брат переживает, что я слишком много времени провожу в четырех стенах, – провозгласила она и обвела фрейлин заговорщическим взглядом. – Как вы смотрите на небольшую поездку к морю, дамы? Мадемуазель Морель, верно ли я помню, что у вашей семьи есть передвижные купальни на побережье Фореаль?..