Настоящая дикая ведьма

4

А весной кто-то донес, что Танка - ведьма.

Подозрительные люди появились, уже когда сошел снег и на деревьях из почек стала высовывать нос первая, еще совсем нежная зелень. Танка никогда не видела инквизиторов, только слышала ужасающие легенды, но по суетливому, почти паническому поведению Свартура стало, что это точно они.

Ворон привел девочку поглядеть на чужаков, заселившихся в комнаты над местной таверной. Прячась в сумеречной тени подворотни, не рискуя даже шажок шагнуть из морока, Танаш выжидала их появления.

Несколько строгих и как-то по-особому уверенных мужчин вышли из таверны, уже когда совсем стемнело. Они были одеты в темные рубахи и штаны, сверху – черные плащи с какой-то форменной бляхой. Эта похожесть, а также идущая от мужчин давящая и пугающая сила, развеяла оставшиеся сомнения.

Танка попятилась, крадясь и вздрагивая от каждого звука, выбралась за пределы поселка. А затем припустила к своему обиталищу со скоростью перепуганной совиной тенью мыши. Во рту пересохло, сердце почти пробило грудь и запуталось в одежде, а дыхание вырывалось сиплыми рваными кусками. Трясущимися руками девочка развела закрывающие дверь кусты и шмыгнула внутрь башни.

Наперебой со Свартуром, Танка поведала о произошедшем. Причем ее речь от испуга и паники была ненамного понятнее карканья ворона. Но ведьмы разобрались быстро, едва прозвучало слово «инквизиторы».

Призрачные ведьмы тут же впали в состояние паники. Как обычно экзальтированной, но вполне настоящей.

- Они сожгут тебя на костре! – заламывала руки Клара.

- Или кинут в застенки инквизиции, - выла Амалия.

- А мы останемся здесь на веки вечные, ведь ты, похоже, самая последняя ведьма, - мрачно резюмировала Ингрид, – и некому будет ни поговорить с нами, ни упокоить…

Танка устыдилась своего эгоизма, показательно пожалела бедных призраков и предложила:

- Ну давайте я вас прямо сейчас упокою, хотите?

Ведьмы почему-то отказались:

- Нет уж, спасибо. Мы еще верим, что тебе удастся выйти из огня, не опалившись.

После недолгих обсуждений, решений нарисовалось два: остаться и надеяться, что обойдется. Или бежать.

Бежать Танке отчаянно не хотелось. Она давно потеряла ощущение дома, но здесь, в этой башке с тремя бесплотными ведьмами и одним своенравным вороном, она была почти спокойна. Не так, как когда-то, когда еще была жива мама, но намного больше, чем обычно. Было невыносимо даже думать опять остаться одной.

Но и верить, что трое мужчин в форменных плащах прибыли не по ее душу – глупо. Здесь, на Севере, очень редко бывали представители власти, а уж столичные гости вообще не попадались. Для изнеженных южан здесь было слишком холодно, слишком просто и слишком дико.

А значит, чтобы спастись от преследования, стоило идти еще дальше на север. Нет, не домой – туда Танка ни за что не вернётся. Но в краю Большого Снега было много мест, где можно затаиться. Девочка и раньше там не пропала, а уж с новыми умениями – и подавно.

А в дикие места южане не сунуться. Ну, наверное.

Танаш точно не знала, насколько инквизиторы ненавидят ведьм и насколько упертыми они могут быть. Но надеялась, что уж точно не упертее северян.

А когда все утихнет, она сможет вернуться сюда, к ведьмам. И закончить обучение.

- Сюда возвращайся не раньше, чем через два года, - нахмурившись, сказала Ингрид. Ты мелкая, растёшь быстро, этого времени должно хватить, чтобы внешность поменялась, а местные точно позабыли, как по их мнению, выглядела девчонка-ведьма…

- Два года! – ахнула Амалия. – Кошмар!

Танка с ней была полностью согласна. Но костер под ногами перевешивал этот срок с легкостью, поэтому девочка начала собираться.

Удивительно, каким количеством вещей она умудрилась обзавестись в башне. В одну заплечную суму они уже не влезали, приходилось решать, что оставить. Сборы, а так же консервация схрона, чтобы его не нашли чужие, продлились до позднего вечера, а идти в ночь не хотелось. Поэтому выдвигаться она решила на рассвете.

Но проснувшись, Танка обнаружила, что солнце уже палит вовсю. Рядом, положив голову под крыло, крепко спал Свартур.

- Ты обещал меня разбудить! – мигом стряхнув сон, воскликнула девочка.

Ворон встрепенулся, поозирался и выпорхнул наружу через окно под потолком.

И почти тут же вернулся с вытаращенными глазами. Прыгнул перед Танкой на пол, забегал туда-сюда, сокрушенно переваливаясь.

- Что, - обреченно выдохнула она. - Уже пришли?

Ворон виновато кивнул.

Значит, на свободу придется пробиваться боем. Хорошо, и такие руны на ее теле уже были. Бой с инквизиторами означал также и то, что установленные вчера два года превращались в намного более долгий срок. Вряд ли о ней теперь так скоро забудут…

Но из вариантов были лишь застенки инквизириума, поэтому обсуждать было нечего.

- Танаш, щит, заморозка и замедление, - собранно и непривычно коротко давала последние инструкции Ингрид. - И лишь потом прямая атака. Поняла? Мы сейчас на разведку, скажем, в какую сторону лучше прорываться.

Призраки были привязаны к башне и не могли от нее удаляться на хоть сколько-то приличное расстояние. Но судя по реакции Свартура, преследователи были совсем близко, а значит, и их скромного ареала должно было хватить.

Оставшись одна, Танка подошла к зеркалу. Тут же в памяти всплыли слова отчима: «До чего ж ты уродливая, а? Вроде и северянка… Чернушка с несозревшими глазами». Он никогда не находил в девочке ничего достойного.

Но с этим соглашалась даже сама Танка. Темные волосы, почти как крылья Свартура, и при этом светлые, голубые глаза и светлая же кожа. Не сельская красавица, но и не ведьма. Нечто среднее.

Девочка цапнула из камина уголь и стала старательно делать из себя хотя бы ведьму. Она подводила веки, но получалось очень плохо. Поправляла несколько раз, слюнявила палец, ровняла краем рукава. В итоге рассердилась и натерла глаза кулаками. Уголь размазался по лицу, и стало на удивление интересно. Светлые глаза засияли на лице, и эффект устрашения тоже был что надо. Осталось надеяться, что у инквизиторов слабый мочевой пузырь, и они обделаются только от ее вида. Хотя каковы шансы?