Настоящая дикая ведьма

2.3

На завтрак Танка успела в числе последних, но это был даже плюс. Еще одна стычка была бы уже перебором. Ошалев от обилия разнообразных незнакомых блюд, Танка наелась так, что живот стал круглым, а глаза начали слипаться. Но нужно было идти на первый урок, а там, возможно, опять придется выдержать придирки одноклассников.

Классная комната была большой и странной. Пол под столами учеников зачем-то уходил вверх, и приходилось даже немного задирать голову, чтобы рассмотреть сидевших на самом верху. Танка решила, что именно там, на вершине, располагаются самые родовитые и богатые ученики. А значит, ею место на первом ряду. Но когда она попыталась разместиться именно там, уже сидевшие рядом ученики зыркнули на нее так, что она мигом ретировалась.

Выбрав середину, она с напряжением стала ждать наступления занятия.

Первым в расписании значился урок рунических конструктов. Танка даже приблизительно не представляла, что это такое, поэтому приготовилась внимательно слушать. Но учитель, полный лысоватый и добродушный с виду мужичок, решил проявить неуместную гостеприимность. И вызвал Танку знакомиться с классом. Чувствуя неприятный холодок вдоль хребта, девочка шла вниз, к учителю.

- Это Танаш Белоскальная, - представил ее мужичок. – Ее дар не был раскрыт специалистами, и ей пришлось учиться самостоятельно…

Девочка чувствовала себя уродцем из ярмарочного балагана, так жадно и неотрывно разглядывали ее одноклассники.

- Танаш, как я знаю, какие-то руны у тебя уже нанесены. Ты умеешь ими пользоваться?

- Умею, - негромко сказала она.

- Можешь показать нам что-то из твоих умений? Может, что-то из простого? Есть у тебя Мотус?

- Я не знаю такого, - еще тише сказала Танка, и несколько смешков прилетело из рядов учеников.

- Это заклинание для того, чтобы двигать предметы, - ласково и терпеливо пояснил ей учитель.

- Типа Толкач?

- Хммм… Никогда не слышал. Но судя по названию, это что-то очень схожее. Покажешь нам? Вот тебе перо, сможешь его сдвинуть с места?

Учитель выставил перед девочкой круглую тумбу, заканчивающуюся плоской деревянной тарелкой, и на нее сверху положил красивое красное перышко.

- Вы не могли бы отойти? – спросила Танка.

- Конечно, дорогая, я не стану тебе мешать. - Слегка улыбнувшись, учитель отшагнул назад на пару шагов. Танка не знала, как он мог бы помешать, просто боялась его задеть. Эта комбинация была из новых, и она еще не слишком хорошо ей владела.

Она развернула левую руку запястьем вверх и шаркнула по нему ребром другой ладони. Сила рванула так охотно, что Танка ее не удержала. Толкачом снесло не только перо, но и тумбу, которая понеслась со скоростью кабана в день заготовки мяса и угодила прямо в окно. Стекло вылетело, раскрошившись на малюсенькие осколки, и Танка вжала голову в плечи, надеясь, что телесные наказания в школе не слишком жестоки.

В класс настала устрашающая тишина.

- Танаш, - негромко спросил учитель. – А каким составом ты наносила руны?

Танка непонимающе хлопнула глазами:

- Составом? Руны же наносятся кровью…

Если и раньше ученики не произнесли ни звука, то сейчас тишина превратилась в острую, жгучую, звенящую. Танаш обводила взглядом застывшие в ужасе и изумлении лица учеников и не понимала, что их так шокировало.

- Господа, - слабым голосом сказал учитель. – Мы с госпожой Белоскальной отправимся к ректору, а вы… посидите, пожалуйста, тихо…

***

Посещение ректорского кабинета второй раз за утро вряд ли можно было считать хорошим началом учебы. Мысленно Танка готовилась к изгнанию и перебирала варианты, как ей добраться обратно к своим ведьмам, не сгинув по дороге.

- Господин Виллард! – не скрывая эмоций, почти закричал учитель, втаскивая Танку в кабинет. – Это немыслимо! Новая ученица утверждает, что наносила руны собственной кровью!

- Да чем я должна была их наносить? – пыхтела и упиралась девочка. – Кошачьей слюной, что ли?

- Тишина! - гаркнул ректор, и это мигом остудило обоих визитеров. - Танаш, садитесь! Господин Бутс, тот стул для вас!

Плюхнувшись на сиденье, уже знакомое с ее задом, Танка исподлобья поглядела на Вилларда. Тот буравил ее острым взглядом, и казалось, уже прожег приличную дыру где-то между бровей.

- Итак, Танаш, это правда, что для рун ты использовала чистую кровь?

Звучало как обвинение, но девочка упорно не могла взять в толк, что именно не так. Не бычью же ей для этого брать. Да и ведьмы вариантов не предлагали, а они точно знали толк в рунах. Ингрид как-то рассказывала, как сама почти месяц валялась в горячке, после того как нанесла руну на пупок.

- Правда.

- Бедная девочка! – не удержался сидящий сбоку Бутс.

Ректор слегка сощурил глаза, но ни на мгновение не отвел их от Танкиного лица.

- Видишь ли, в чем дело, Танаш, - медленно, словно подбирая слова, начал он. – Уже почти двести лет никто так не делает. Для рун используется специальный состав, куда добавляется лишь капля собственной крови. Это намного менее болезненно и более безопасно. Сколько времени у тебя обычно длилась боль от нового рисунка?

Танка задумалась:

- Ну, лихорадка и беспамятство в последнее время длились около суток. Болело потом еще пару дней, но уже так, слегка.

Боковым зрением она увидела, как учитель закрыл лицо руками.

- У наших учеников боль проходит за половину дня, а лихорадит максимум пару часов, - сказал ректор, и девочка с недоверием наклонила голову.

- Врете же.

- Нет, Танаш, не вру.

- То есть с самого начала можно было…

- Погоди, не все так просто. - Он качнулся вперед, сложил руки перед собой на столе и сцепил пальцы. – Состав, которым все маги наносят рисунки, ослабляет муки, но и дает меньше силу. А кровь – больше. Маги древности платили страданиями за силу. Но сейчас нет ни великих битв, ни великих чудовищ. И нам нет нужды подвергать опасности наших талантливых детей. Мы по-прежнему можем все и умеем все, что должно магу. Но при этом ты, когда вырастешь, похоже, станешь самой сильной из живущих волшебников.