Настоящая фанатка

Мирись, мирись, мирись и больше не дерись

— Слушай, давай на чистоту, раз уж мы вроде как не просто знакомые теперь, — говорила Сью, одновременно разбивая в сковородку яйца для глазуньи. — Только не обижайся.

Анна непонимающе моргнула, не зная, как реагировать. Предыдущим вечером и всю ночь потом они не разговаривали. Сью не хотела поднимать ни тему с телом, ни вопрос, почему школьница снимает номер в мотеле. Наскоро поужинав разогретой пиццей из супермаркета, она отправила Анну спать в комнату родителей, а сама ушла мыться. Проведя в ванне около двух часов, Сью извела весь гель для душа и почти все запасы мыла, но ей всё равно казалось, что от её кожи и волос смердит тухлятиной. Даже наутро, стоя у плиты, сквозь яркий аромат кофе и жареных яиц, ей мерещился этот мерзкий запах.

Сью мотнула головой, и запах исчез, а Анна всё так же сидела за столом со своей дурацкой причёской и жутким свитером. И если с фантомной вонью ничего не поделать, то Сью хотела хотя бы исправить это.

— Твои волосы и шмотки… — начала Сью, но тут же замолчала, ей не хотелось говорить новенькой гадости, поэтому она замялась в нерешительности подбирая слова, — … они немного... Слушай, я увлекаюсь модой, и я бы хотела сменить твой имидж, если ты позволишь.

— У м-меня не так мног-го ден-денег, — попыталась оправдаться Анна. — Ты же ви-видела, как я живу.

— Ничего, постричь я могу тебя и сама, а одежда… У нас вроде плюс-минус один размер… Рост разный, но ничего, у меня есть швейная машинка, так что что-нибудь найду. Если ты не против.

Глазунья приготовилась, Сью переложила её из сковороды. Оценила, насколько сиротливо смотрятся на тарелках яйца без гарнира, подумала, достала с полки банку с консервированным горошком, открыла и добавила в блюдо немного.

— С готовкой у меня так себе, но овощи есть, яйца есть, должно быть питательно! — она поставила тарелку перед Анной и протянула ей вилку.

— Глав-ное, чт-то э-то не т-та жутк-кая пиц-ца. Спас-спасибо!

Позавтракав, девушки занялись созданием для Анны нового имиджа. Сью долго колдовала, зачёсывая волосы новой подруги в разные стороны и по чуть-чуть подстригая то тут, то там. В конце концов, она добилась результата, который её вполне устраивал. Так Анна обзавелась стрижкой “под мальчика”, но благодаря густоте волос и миниатюрному личику, выглядело отлично. После, до самого возвращения родителей, Сью перерывала шкаф, пытаясь найти баланс между “хорошо сидит на Анне” и “не жалко отдать”. Но кое-что всё же придётся подшить, эти вещи пока решено было отложить, чтобы Сью успела посадить их по фигуре.

Мэгги и Марти вернулись поздно вечером и обнаружили дома показ мод: Сью учила Анну ходить на каблуках. И пусть туфли для Анны были чуть великоваты, справлялась она отлично.

— Я вижу, вы хорошо провели время вместе, — Марти счастлив был видеть улыбку на лице дочери.

— Ладушки, повеселились и хватит, — а Мэгги уже успела оценить гору грязной посуды, оставленную после попыток Сью приготовить хоть что-то съедобное на обед. — Анна, давай я отвезу тебя обратно в мотель. Там уже нечего бояться, милая, запаха тоже нет, спи спокойно. Если что, спускайся на ресепшен, я предупредила Лиззи, чтобы обеспечила тебя всем необходимым. О плате за этот месяц тоже не нужно беспокоиться.

— Спа-асибо, н-но не стоил-ло, — тихо поблагодарила Анна и быстро собрала свои вещи.

Сью и Марти вышли провожать Анну и Мэгги, когда машина с ними скрылась за углом, отец обнял Сью за плечи:

— Приятно снова с кем-то подружиться? Ты рада?

— Пап, можно пригласить Анну к нам ночевать и на следующих выходных?

— Конечно!

Очень скоро вернулась Мэгги, она поручила дочери прибраться на кухне и не шуметь. Но Сью и сама видела, как сильно устали родители, она обещала, что не побеспокоит их и утром. Перемыв всю посуду, девушка поняла, что она и сама готова проспать двадцать четыре часа. Поднявшись в комнату, она рухнула на кровать и уснула, не успев даже выключить свет.

Тук-тук!

Сью недовольно заворчала сквозь сон и перевернулась на другой бок.

Тук-тук!

Холодная рука мертвеца с размаху шмякнулась о стекло, и вот в окне показался мотоциклетный шлем, его забрало ужасающе медленно ползло вверх. Вот-вот Сью увидит его чёрные провалы глаз и зелёную, сгнившую кожу.

Тук-тук!

Сью вздрогнула и, наконец, проснулась. Свет на секунду ослепил её. В комнате никого не оказалось, девушка уже собралась отмахнуться от кошмара и снова провалиться в сон.

Тук-тук!

Она резко села на кровати и осторожно взглянула в сторону окна. Стук доносился оттуда. Включённый в комнате свет мешал рассмотреть маячивший в темноте силуэт.

“Убирайся!” — в памяти тут же возникло послание на зеркале.

Тук-тук!

— Сью, ты не спишь, я вижу, не бойся, это я, — позвал тихий, отдалённо знакомый голос.

Девушка бросила взгляд на оконную задвижку. Не заперто! Неизвестный может в любой момент ворваться в комнату! Сью вообще не думала о необходимости запирать окно на втором этаже. К её комнате нет никакой лестницы или водоотвода, или чего бы то ни было ещё, по чему мог забраться грабитель.

— Убирайтесь! Или я звоню в полицию! — пропищала Сью, удивляясь тому, насколько слабо звучит её собственный голос.

— Сью, это я, Брендон! Впусти меня.

Девушка несколько мгновений сидела на кровати, пытаясь разглядеть темноту за окном, затем резко вскочила и выключила свет. Глаза постепенно привыкали к полумраку, и вскоре она разглядела серьёзное лицо Брендона. Прежде он никогда не забирался в дом через окно на втором этаже. Не смог бы, даже если бы захотел. Он и сейчас физически не мог стоять за окном, потому что там не было ни козырька, ни чего-то другого, на что можно опереться.

— Ладно, входи… — Сью растерялась, но старалась делать вид, что ничуть не удивлена визиту.

Оконная рама бесшумно поднялась, и в комнату вошёл Брендон. Чтобы войти, ему пришлось согнуться и проползти в узкий оконный проём, когда он распрямился, тёмные волосы неаккуратными прядями легли на его плечи.