Настоящая фанатка

Свидание при луне

Алекса довезла Сью до дома и настояла на том, чтобы новообращённая ведьма оставила себе термос, одеяло и сапоги. Велела много и часто пить следующие пару дней. Ночь после посвящения Сью чувствовала себя ужасно, её знобило, бросало то в жар, то в холод. Когда, наконец, удавалось уснуть, Сью оказывалась на перекрёстке перед алтарём. В одном из снов он был пустым, в другом на нём лежало тело Брендона, в последнем сне Сью увидела себя со стороны, проливающей на алтарь чью-то кровь. Но как только кровь окропила вырезанный на камне колдовской узор, яркая вспышка света вырвала девушку из видения.

Прикованная к кровати весь следующий день, Сью едва нашла в себе сил спуститься на кухню и приготовить горячий чай. Но к вечеру, когда вернулись родители, самочувствие значительно улучшилось: температура спала, перестала мучить жажда и головная боль почти прошла. Отговорив маму вызвать доктора, Сью сослалась на простуду и даже с аппетитом поужинала, чем окончательно успокоила родителей. Одеяло, сапоги и термос она спрятала в шкаф, чтобы избежать лишних вопросов.

К вечеру воскресенья весь выпавший накануне снег растаял. Съёжившись на кровати под покрывалом, Сью слушала, как с крыши по жёлобу стекает талая вода. Кроме этого в доме вновь царила тишина. Отец уехал в мотель, а Мэгги легла спать пораньше, чтобы подменить его утром. Лиззи взяла пару отгулов после сдвоенной смены.

“Лиззи наверняка тоже ведьма” — в памяти Сью всплыл образ сухой, болезненной брюнетки. — “Они с Милли совсем разные, и в то же время очень похожи.”

Сквозь щель приоткрытого окна в комнату просочился едва слышный запах намокшей шерсти. Сью резко села на кровати и скинула одеяло.

— Напугал? — каким-то чудом Брендон висел, зацепившись пальцами за раму.

— Я же говорила, что есть дверь, — Сью открыла окно и пустила вампира внутрь.

— Виноват, но я боялся, что откроет кто-то из твоих родителей, — он отряхнул волосы от влаги и пригладил их назад.

— И что? Ты же знаешь их с детства. Нечего стесняться.

— Сейчас всё по-другому…

Брендон протянул зачарованный карандаш, подождал, пока Сью возьмет его, и слишком долго не разжимал руку. Из-за прикосновения к его холодной коже, девушка решила, что жар всё ещё спал не до конца.

— А я думала, Мэттью решил навсегда его забрать.

Тонкий грифель карандаша едва заметно пульсировал внутри, в такт пульсации подсвечивались нанесённые на грани надписи.

— Ого, что вы с ним сделали?

Повинуясь неясному порыву, Сью нажала подушечкой пальца на острый конец стержня. Он легко вошёл под кожу, оставляя маленькую ранку. Кровь впитывалась в деревянную оправу, очерчивая грани.

— На удивление, даже не сломали. А что с ним? Что-то не так? Выглядит, как обычно.

— Он пьёт мою кровь, — Сью глупо хихикнула придуманной в голове шутке, и сперва хотела не произносить её вслух, но не удержалась: — Вы с ним в какой-то степени родственники!

— Только не говори, что отвратительное чувство юмора Ричарда заразно, он каждое лето говорит это же самое про комаров и мошек.

Подавив очередной смешок, Сью вернула карандаш Брендону:

— Верни его Мэттью, не думаю, что он мне снова понадобится, пусть играется.

Карандаш вернулся в карман, казалось, темы для разговора иссякли. Пусть прежде Брендон и Сью могли проболтать всю ночь, обсуждая прочитанную книгу, радиопередачу или то, какая жуткая тётка работает в библиотеке, сейчас ни один из них не мог подобрать слов.

— Как у тебя тут всё изменилось! — Брендон шагнул в центр комнаты. — Я в прошлые разы и не замечал, что журнальных вырезок стало в разы больше!

“И ничуть не похож на монстра, он точно такой же, какой был прежде, просто чуть выше” — не в силах выбросить из головы слова Анны, Сью про себя пыталась их опровергнуть. Когда она смотрела на то, как Брендон мило пытается найти тему для разговора, ей вспоминался тот неуклюжий соседский мальчишка. Ему так хотелось поиграть вместе, но из-за смущения, Брендон никак не мог подойти и познакомиться первым. Вместо этого он подсматривал за тем, как играет Сью в дырку на заборе. В конце концов, Сью это надоело, и она пошла разобраться с нахалом. И нашла испуганного мальчишку с игрушечным динозавром в руках.

“А теперь он вампир, надо же! Главный герой ужастиков...”

Брендон перестал расхаживать по комнате, так и не найдя, за что ещё можно было уцепиться, чтобы разговорить Сью. Они снова молча встали друг напротив друга. Назойливый запах шерсти щекотал девушке нос, но это её в данный момент не волновало. В голове снова и снова всплывало предостережение Анны.

Молчание нарушили оба одновременно:

— Ты пьёшь человеческую кровь?

— Забудь о тайном заговоре!

И сразу переспросили хором, хотя каждый прекрасно расслышал другого:

— Что?

— Что?

— Ты точно уверена, что знаешь, кто такие вампиры? — Брендон медленно подошёл к Сью, когда он приблизился почти вплотную, девушка невольно отступила и почувствовала, как упёрлась в изножье кровати.

— У меня нет энциклопедических знаний, но…

— Сью, мы… Я пью человеческую кровь.

— Ты убивал людей?

Такие знакомые и родные черты лица, по мнению Сью, ну никак не могли принадлежать чудовищу. Она поняла, даже если он сейчас и сознается, что лишил кого-то жизни, то затем обязательно окажется что, то была необходимость или вынужденная мера… Но Брендон молчал.

На первом этаже скрипнула половица, от неожиданности Сью дёрнулась и оступилась. Хватаясь за воздух в нелепой попытке удержать равновесие, она вцепилась в Брендона. Он мягко поймал её, взял на руки и усадил на кровать.

— Это не мама… — Сью точно знала это, у неё не было времени размышлять почему, но она чувствовала, там на первом этаже дома сейчас шумит не Мэгги.

— Извините, надеюсь, не помешал вашим играм, — Ричард просочился туманом через приоткрытое окно и уже воплотился в своём обычном виде, в этот раз не растрачивая время на театральность.