Настоящая фанатка

Пушечное мясо

— Куда ты пропала? — голос Мэгги в трубке звучал тревожно. — Исчезла ни свет, ни заря, я тебя обыскалась!

— Извини, мам, — Сью старалась говорить непринуждённо и бодро. — Я с Алексой, останусь у неё ночевать. Всё хорошо?

— А, да, — слышно было, как женщина облегчённо выдохнула, голос дочери действовал на неё успокаивающе. — Лиззи внезапно не вышла на работу, так что я собираюсь в мотель. Звони туда, если что-то понадобится.

— Хорошо… Люблю тебя, мам.

— И я тебя. Повеселитесь там.

Повесив трубку, Сью замерла, держась за телефон. Ей безумно хотело оказаться рядом с матерью, почувствовать запах её волос. Хотелось, чтобы Брендон был где-нибудь далеко, чтобы группа Бледный Граф никогда не приезжала в их городишко, чтобы вампиры, ведьмы, оборотни и прочая нечисть осталась в фильмах ужасов, где им самое место. Но реальность была против Сью. И ей пришлось, наконец, отпустить трубку и заставить себя поспать хотя бы пару часов.

***

Когда на особняк опустились сумерки, Октава дала понять, что пора действовать. Она выдала Алексе и Сью по твидовому пальто со своего плеча и почтила их – пальто, конечно – минутой молчания, потому что понимала, что после сегодняшней ночи их не спасёт никакая химчистка.

Первым делом девушки перетащили тела ведьм на улицу. Они складывали по два трупа на покрывало и волоком тащили по полу до крыльца. Сью не могла позволить себе грубо скатывать ведьм по ступенькам вниз, как предложила Октава, потому они с Алексой вдвоём брались за покрывало с разных сторон и на нём опускали по одному телу за раз. Так медленно, но зато осторожно они спустили всех. После трупы ведьм рядком выложили на улице и оставили так, закапывать не стали. Только накрыли сверху всё тем же покрывалом и простынями, что нашлись в доме.

Пока Алекса и Сью отдавали дань уважения мёртвым ведьмам, Октава откуда-то прикатила большую железную бочку, сложила в неё снятые с ворот части тела Фрэнка. Он всё ещё вращал глазами, двигал руками и вёл себя будто живой, но в эпилептическом припадке. Закидав в бочку сверху обломки деревянных перил, тряпьё, старые газеты и полив аккуратно бензином, Октава прочитала короткую траурную речь:

— Я знаю, для тебя это не впервые. Но теперь, обещаю, никто более тебя не побеспокоит. Наслаждайся тихой загробной жизнью, Фрэнк.

Щёлкнув пальцами, Октава зажгла в бочке огонь. Фрэнк не кричал, ему не было больно, слышно было только, как он ворочается на дне, глухо ударяясь о края, но когда огонь разгорелся, и эти звуки прекратились. И под треск и шипение горящей плоти девушки встретили ночь.

Как только последние лучи солнца скрылись за горизонтом, из особняка вышла великолепная тройка: Ричард, Дрю и Мэттью. Сью могла поклясться, что они спускались нарочито медленно, демонстрируя свои наряды и безупречно уложенные причёски. Выглядели они так, словно собирались давать концерт, а не драться. Они нацепили сценические костюмы, намазали лицо чёрным и белым гримом и поставили ирокезы из волос. Ричард даже гитару прихватил: перекинул её ремень через плечо и оставил болтаться пока за спиной. Зато хотя бы Мэттью и Дрю были вооружены: Дрю взял огромную лопату, а Мэтт — пистолет.

— Вы вообще в этом двигаться можете? — Сью скептически смотрела на кожаные штаны, не представляя, как в них хотя бы даже ходить.

— Это будет лучшее наше выступление! — Ричард раскинул руки, приветствуя невидимую толпу фанаток.

— Как рука, Мэтт? — с интересом Алекса подошла ближе, чтобы рассмотреть шов.

— Как новая! Пока ещё не очень хорошо слушается, но со временем, благодаря вампирской регенерации, станет как родная.

— Вау! А если отрубить голову, сработает? — Алекса обращалась скорей к Октаве, нежели к Мэттью, но суккуб только пожала плечами.

— Хорошо, что хоть у кого-то из вас есть настоящее оружие, — Сью указала на пистолет. — С Ричардом всё понятно, он у вас дурачок, но, Дрю, почему лопата?

Дрю крепче обхватил черенок:

— Лопатой лучше получается.

— Ладно, детишки! — огонь в бочке догорел, и Октава решила, что время подготовки окончено. — Мальчики, помните, что спасение Брендона — часть договора, фанатки любят его, у него прекрасный голос и милое личико, поэтому, пожалуйста, не проебите!

Сью в первый раз слышала, чтобы Октава так выражалась. Из её уст ругательство звучало особенно страшно и неприемлемо.

— По коням! Сью, ты за руль! — пришло время командовать Ричарду.

— Я? Почему не Октава?

Впрочем, Сью была совсем не против, ей нравилось водить, и ей хотелось переплюнуть те чудеса пилотажа, которые продемонстрировала суккуб в прошлый раз.

— Потому что… — хотел ответить Мэттью, но Октава начала стремительно увеличиваться вверх и вширь, скоро одежда у неё на спине лопнула, выпуская на волю огромные крылья и хлёсткий хвост. — Потому что вот.

С кошачьей грацией Октава запрыгнула на крышу фургона и уселась. Суккуб сладко потянулась, будто бы разминаясь. Она бы и вправду не поместилась в таком виде на водительское место, даже в огромный салон бы вряд ли вошла. Сью заняла место у руля, а Ричард сел рядом с ней.

— Ну уж нет! — хотела запротестовать девушка.

— Вот уж да! — передразнил её вампир.

Он крутанул ручку радио и поймал нужную частоту. Зазвучали первые аккорды, Сью сразу узнала эту песню:

— Нет!

Но Ричарда уже понесло, он начал подпевать:

— Ой! Ой! Ой! Ой!

— Там вообще-то жизнь твоего... моего друга в опасности!

— Ой! Ой! Ой! Ой! — Рич изобразил, что играет на невидимой гитаре, хотя у него была вполне нормальная осязаемая под рукой, но он словно забыл о ней.

— Кто-то из нас можете умереть!

— See me ride out of that sunset on your color TV screen!

— Ведьмы наверняка готовят нам тёплый приём!

— Out for all that I can get if you know what I mean!