Настоящая мама для двойняшек

Глава 13

Оксана

- Что она сказала?

От крика Даши в трубку я подпрыгнула на месте. Поморщившись, отодвинула телефон от уха, посмотрела на экран, дабы удостовериться, что он не треснул, заодно оглянулась по сторонам. Дети были заняты каждый своим делом, вроде бы, отчаянного крика моей подруги никто не слышал. Да и на меня внимание не обращали.

- Еще чуть громче и я оглохну, - проворчала, возвращаясь к разговору.

- Ой, не преувеличивай, - отмахнулась от моих претензий она. – Не могу поверить, что она тебя уволила!

- Я тоже, - вздохнула, присаживаясь на ближайший стул. – Но решение окончательное.

- И обжалованию не подлежит? – хмыкнула подруга.

- Что-то вроде того. Не знаю, правда, что потом делать.

- Устраиваться на новую работу, что же еще?

- Но я не хочу переходить в другой садик, - с тоской посмотрела на детей – одни рисовали, другие играли.

Как обычно, взгляд зацепился за Кирюшу и Олесю. Больше всего мне не хотелось оставлять именно их. Я привязалась к малышам. Было таким удовольствием наблюдать за ними все это время. Особенно, за Кириллом. Он так изменился. Стал более общительным, к их паре с Владом присоединился еще один мальчик. И именно Строганов-младший, насколько я поняла, был инициатором их сближения.

Не знаю, что послужило причиной изменений, но малыш начал раскрываться. Чаще улыбался, больше принимал участие в совместных играх. Это радовало.

Хотелось верить, что такое его преображение было бы невозможно, если бы не я. Да, эгоистично, знаю. Но так я чувствовала себя нужной им. Хотя бы чуточку.

И как я их теперь оставлю? Как брошу? Но заявление уже лежало у заведующей на столе. Та, насколько я знаю, его подписала. Можно было, конечно, отозвать его пока не заберу трудовую, но… Что-то меня останавливало. То ли страх, что мне не дадут этого сделать, то ли дурацкая гордость. Меня выкинули, словно ненужную собачонку. С такой легкостью избавились, что вновь работать с этим человеком мне не хотелось.

Я металась между болью от расставания с детьми, желанием с ними остаться и гордостью, не позволявшей мне повернуть назад. Уходя – уходи.

- Ты меня слышишь вообще? – в динамике звучал недовольный голос Даши.

- Прости, - покаялась, - задумалась.

На том конце провода возмущенно фыркнули, а я улыбнулась. Дашка не терпела, когда ее кто-то не слушает. Ведь, она всегда вещала только мудрости, а я, такая нехорошая, пропускала их мимо ушей.

- Может, поговоришь со своим бизнесменом? – поступило неожиданное предложение.

- И что я ему скажу? – удивилась. – Максим Дмитриевич, меня тут хотят уволить и в следующем году я не смогу прикрывать вас перед детьми во время праздников, а также привозить их к вам домой, если вы, вдруг, снова забудете их забрать. И чтобы этого не случилось – замолвите за меня, пожалуйста, словечко – пусть меня оставят.

- Да, примерно так, - на полном серьезе согласилась Дарья. – Но я бы еще добавила больше просительных ноток. А когда будешь просить, выглядеть ты должна как можно более соблазнительно. Чтобы у него даже не возникло желания тебе отказать.

- Даш, - тяжело вздохнула, покачав головой. – Я не собираюсь его соблазнять, чтобы сохранить работу. К тому же, я сомневаюсь, что это в его силах.

- У него есть деньги, а, значит, это в его силах, - она была так уверена в том, что говорила, что я даже рассмеялась.

- И нечего надо мной потешаться, - обиделась подруга. – Я помочь тебе хочу.

- Спасибо, родная. Я знаю, что ты хочешь, как лучше. Но Строганов – не панацея от всех бед. Да мы и не общаемся с ним.

- А вот это зря, - возмутилась Даша. – Давно бы уже написала или позвонила. Хочешь же, я зна-а-ю-ю, - пропела отвратительным сладким голосом.

- Не собираюсь я ему звонить, - закатила глаза. – И просить меня вернуть Маргариту тоже не буду. Заявление написано, а, значит, в июне меня уже тут не будет.

- Тьфу на тебя, - буркнула подруга, - никакого толку от разговоров с тобой. Я, как лучше хочу. А ты…

В этот момент один из ребят громко разрыдался, упав со стула и ударившись коленкой об угол стола.

- Прости, мне пора, еще позвоню, - торопливо попрощалась и побежала к мальчугану.

Надо проверить, все ли хорошо. Успокоить. Опять моя напарница где-то ходит. После того, как трагедия была разрешена, вернулась к своем наблюдательному пункту, небольшому столику и стулу, стоявших идеально – видно было всю группу целиком.

Теребя телефон, пытаясь собрать мысли воедино, не заметила, как ко мне подошел Кирилл Строганов.

- Вы уходите от нас? – спросил малыш, причем таким обвиняющим тоном, словно я ломаю его детскую мечту.

Раскрыв рот, смотрела в глаза мальчика и не знала, что сказать. Он все слышал. Отпираться бессмысленно. Но я ясно видела, что мой уход из сада, ребенок посчитает предательством. Уже считает. И я пополню список людей (женщин), которые его бросили.

Опустившись перед ним на корточки, хотела было взять его за руки, но ребенок резко отстранился, нахмурился. И продолжал молчать.