Настоящая мама для двойняшек

Эпилог

Максим

С тех памятных дней, когда я избавился от всех угроз для своей семьи, прошел месяц. Оксана отработала последние дни в детском саду, и я решил вывезти всех на море. Дети были в восторге, любимая, смущенно признавшись, что последний раз была заграницей лет пять назад, тоже.

Развалившись на пляже, с улыбкой наблюдал за резвящимися в море двойняшками. Они то забегали в море, плескались на волнах, то выбегали на пляж строить замки из песка. Оксана лежала рядом, загорала.

На волшебницу то и дело бросали взгляды проходящие мимо мужики. Хотелось всем свернуть головы, чтобы никто не смотрел на самую дорогую для меня женщину. Подавив вспыхнувшую в очередной раз ревность, нависнул над ней, загораживая девушку не только от взглядов, но и от солнца.

Сняв очки, Оксана недовольно на меня посмотрела.

- Мешаешь, - пожурила, проведя рукой по щеке.

- И что ты собираешься с этим сделать? – шепнул на ушко, наслаждаясь неповторимым запахом, присущим только ей одной.

- Накажу, - хмыкнула девушка, запуская руку в волосы.

- И как же? – спросил, прикрывая глаза от ласки.

- Еще не придумала, - закусив губку, созналась волшебница.

- Могу подсказать.

- Давай, - согласилась.

С удовольствием выложил ей небольшой план, который предполагал пребывание нас с ней только вдвоем в огромном номере отеля, занимающихся очень взрослыми и очень неприличными играми.

Оксана в смущении вспыхнула, вновь закусила губу и покачала головой:

- Какой же ты пошляк.

- Только рядом с тобой, любимая, только рядом с тобой, - ответил, приникая к ней в глубоком поцелуе.

- Я тоже тебя люблю, - призналась она, стоило мне оторваться от ее губ.

Наверное, это был первый раз, когда девушка осмелилась признаться в своих чувствах вслух. Я и так знал, что дорог ей, лично для меня в словах не было нужды. Ну, или я так думал, пока их не услышал.

В груди разлилось тепло. Почувствовал себя королем мира, и понял, что вот он – идеальный момент, чтобы сделать ее своей. Момент, который я ждал с самого начала нашего отпуска.

- Выходи за меня, - попросил, заглядывая в глаза, стараясь передать без слов все, что чувствовал, находясь рядом с ней.

Всю любовь, все счастье, радость. На глаза девушки навернулись слезы. Всхлипнув, обхватила нежными ладошками мое лицо. Всмотрелась в него, словно что-то искала. Судя по улыбке, заигравшей на зацелованных мною губах, нашла. Открыла было рот, чтобы ответить, но тут прибежали бандиты.

- Папа, - закричал Кирюша, плюхаясь рядом с нами в песок. – Ты спросил?

- Спросил.

Серьезный разговор с ребятами я провел еще до отъезда. Рассказал им, что хочу, чтобы волшебница осталась с нами навсегда. Стала им настоящей мамой даже по бумагам. Дети отнеслись к идее с воодушевлением. Кирилл даже заявил, что я слишком долго ждал, и лично он бы все сделал гораздо быстрее. Скорее всего, в первую же встречу. Я тогда рассмеялся, а сейчас смотрел на нее и понимал, что сын прав. Надо было раньше сделать предложение. Чего ждал? Непонятно.

И каждый день, который прошел с нашего разговора, дети чуть ли не ежеминутно, стоило нам остаться наедине (а иногда и при Оксане, чем вызывали ее недоуменный взгляд, а мне приходилось выкручиваться из щекотливых ситуаций) задавали мне один и тот же вопрос: спросил ли я ее согласия на то, чтобы стать моей женой или нет?

Я же ждал. Опять. Искал подходящий момент, но все никак не находил. То Моров был рядом, то родители, то Оксана чем-то занята, то работа мешала. Злился на себя, что тяну, но все равно не решался спросить.

Честно говоря, я банально боялся. Что откажет, что отложит решение. Скажет, что еще не время. Или опять вспомнит, что детей иметь не может, и начнет мне рассказывать ерунду всякую: что я могу еще найти себе женщину под стать, совершенную, по ее мнению, которая сможет родить мне еще детей.

Вот только для меня не было лучшей женщины. Либо Оксана, либо никто. С каждой минутой, проведенной рядом с ней, убеждался в этом все больше.

И вот задал, наконец, главный в своей жизни вопрос. Даже, когда Вере предложение делал, так не нервничал. Тогда вообще спокойный был, как танк. Ничего не дрогнуло. А сейчас весь трясся от страха. Надеялся только, что не видно ничего со стороны. Пусть это останется моим маленьким секретом.

Малыши с надеждой посмотрели на Оксану, которая вновь начала плакать. Надеюсь, что от счастья.

- Ма-ам, - протянула Олеся, не дождавшись ответа.

- Я согласна, - сквозь слезы улыбнулась волшебница, сделав меня самым счастливым мужчиной на свете.

***

Я уже начал переживать, когда Оксана так и не спустилась к завтраку, но вскоре услышал ее шаги и улыбнулся. Улыбка появлялась на моем лице самопроизвольно, стоило мне лишь подумать о жене.

Жене… так приятно думать о волшебнице именно в таком качестве. Сердце от одной мысли словно раздавалось. В груди становилось тесно, но это были не неприятные ощущения, скорее, наоборот. Ни за что на свете не променяю их на ту пустоту, что была раньше, когда Оксаны не было в моей жизни.