Настоящая семья для бывшего

30. Ася

- У тебя детского кресла нет, - говорю я, когда Дима открывает перед нами с сыном заднюю дверь машины.

- Не подумал, - хмурится он. – Садитесь. Сейчас все решим.

Помогает нам сесть. Я прижимаю к себе довольного Даню. Ему все это очень нравится. В отличие от меня.

Дима заезжает в первый попавшийся на пути салон.

- Подождите меня здесь. Я быстро, - оборачивается к нам. – Последишь за мамой, чтобы не сбежала? – подмигивает Дане.

- Я ее делжу! – улыбается сын и хватает меня за руку крепко.

Дима переводит взгляд на меня и всем своим видом показывает, что сын на его стороне. Я отворачиваюсь и он выходит из машины.

Я сижу в шоке. Даня так быстро принял его! Он же с ним заодно! Что это во мне? Материнская ревность?

Я привыкла, что Даня только мой. Только мой! А теперь мне придется делить его? Но Дима же не заберет его?!

Эта мысль не дает мне покоя. Грызет корявым ногтем по ребрам будто хочет добраться до мечущегося сердца.

Я не отдам его!

Обнимаю сына. И он отвечает. Обвивает ручками мою шею.

- Мама, я тебя люблю, - шепчет в ухо, доводя до слез.

Он словно чувствует, что именно это мне сейчас и нужно! Мой сынок. Мой малыш.

- Я тоже тебя люблю, Данечка! Сильно-сильно! – сжимаю его, теряя контроль.

- Мама, мне жалко! Пусти! – вырывается он. – Смотли! Дима! – тычет пальчиком в окно.

Поворачиваюсь туда и вижу Дмитрия с детским креслом. Он устраивает его в машине и сажает туда Даню. А сын улыбается. Вообще не спорит с ним.

Эти двое так легко нашли общий язык, что это не дает мне покоя. Но ведь это хорошо? Или… плохо?

Я же не знаю, что задумал Дима.

- Куда везти? – Дима садится за руль и поворачивается ко мне.

- Ты же хотел ДНК делать, - говорю с усмешкой. – Я не знаю, где это делают. Мне это не надо.

Он ухмыляется, глядя мне в глаза.

- Мне тоже не надо, - отвечает. – Адрес сада скажешь? Или… можем ко мне поехать…

И я быстро называю ему адрес садика Дани. Домой к Диме я точно не хочу ехать.

Он отвозит нас в сад.

- Я провожу, - говорит Дима, выходя из машины.

- Не надо, - прошу я. – В садике пока о тебе ничего не знают. Может… и не узнают. Давай сначала все решим?

- Какая же ты, Ася, - вздыхает и потирает пальцами глаза.

Потом садится перед сыном и протягивает ему руку.

- До встречи, Даня, - улыбается. – Какой подарок хочешь?

- Самолет! – тут же выдает Даня. – Вот такой! – и размахивает руками.

Невольно тоже улыбаюсь.

- Понял, - кивает Дима.

Они пожимают руки друг другу. Дима встает и говорит мне:

- Я жду тебя здесь, Ася.

И зачем-то рукой проводит по моему плечу. Я инстинктивно отдергиваю его. Опускаю взгляд и быстро веду сына в садик.

Когда возвращаюсь, Дима все так же стоит возле машины. Не сводит с меня взгляда.

А мне неуютно так! Он словно сканирует меня! Так смотрит, что дышать забываю как!

Молча он открывает дверцу и помогает сесть.

Я не спрашиваю, куда мы едем. Я вообще молчу. Потому что пока не знаю, о чем говорить… вернее, знаю, о ком, но как начать?

Дима привозит меня в ресторан.

- Я не голодна, - говорю я, когда он берет мою руку на выходе из машины.

- Кофе, Ася. Ты можешь просто выпить кофе. Зато здесь можно спокойно поговорить. Ко мне домой ты же не поедешь? Пока… - дергает бровью.

Что значит «пока»?!

Но вслух ничего не отвечаю.

- Ты очень красивая, Ася, - и он подносит к губам мою руку.

Хочу убрать ее, но Дима крепко удерживает и касается губами меня.

Кожа моментально вспыхивает как от ожога. Молнии расползаются по венам.

- Почему ты дрожишь? – голос Димы становится тише и этот его шепот касанием к моей коже добивает меня. – Не бойся меня, Ася. Я не сделаю тебе ничего плохого. Я же просто сказал правду. Ты очень красивая. Как всегда…

- У меня сегодня еще дела, - забираю, наконец, руку из его пальцев.

Дима хмыкает и приглашает меня пройти в ресторан.

И там, сидя за столиком и сделав заказ, он первым начинает такой нелегкий для меня разговор.

- Я хочу, чтобы у сына была моя фамилия, - твердо произносит Дима.

- Он Астафьев! – хмурюсь я.

- Нет, Ася, - улыбается в ответ и эта его улыбка действует сильнее крика. – Он Коршунов. Даниил Дмитриевич Коршунов.

Опускаю взгляд. Пытаюсь не показывать, что нервничаю.

- Я хочу принимать участие в жизни сына, - продолжает эту пытку Дима. – Ну и… сказать ему, что у него есть отец.

- Все? – поднимаю на него взгляд.

- Не знаю, Ася. Честно, не знаю. Я сам в шоке от этой новости. Ты виновата передо мной, Ася. Очень виновата.

Я вспыхиваю.

- Я?! Я виновата?! – вскрикиваю и на нас оборачиваются.

- Ты скрыла от меня сына, Ася, - строго произносит Дима. – Любую другую я бы уже…

- Не надо пугать меня, Дмитрий Александрович, - вздергиваю подбородок и смело смотрю на него. – Вот любой другой и угрожай. Даня мой сын.

- И мой, - улыбается он. Злит еще больше.

Молчу, глядя в чашку кофе. Я не знаю, что сказать ему. Что делать. Я, оказывается, вообще не готова к такому!

- Я сегодня встречаюсь со своим знакомым из полиции, - вдруг говорит Дима. – Дело о пожаре возобновили в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Надо размотать этот узел. Да, Ася?

Машинально киваю.

Я не очень понимаю, о чем он. Все мои мысли о том, что будет теперь? Я теряю сына? Как же больно в груди!

- Я заеду вечером к вам, - каждое слово Димы как кинжалом в сердце. – Надеюсь, у меня будет что рассказать тебе по делу. Возможно, понадобится твое присутствие в полиции. Мне кажется, пора Асе Астафьевой вернуться и заявить свои права на бизнес Астафьевых.

Вскидываю на него удивленный взгляд.

- Да, Ася, пора, - кивает он

Раздается звонок телефона. Дима отвечает. Говорит с кем-то.

А у меня в голове одна мысль: «Мой сынок. Мой. Даня.»