Настоящий Мужчина

Мир Таинар, глава 8.

Мир Таинар, глава 8.

Мар.

Да что ж так холодно-то! Еще с прошлой жизни я ненавижу холод дома. Особенно то время, знаете, когда весной, чуть солнышко пригреет, наше доблестное ЖКХ повсеместно отключало отопление, а следом неминуемо приходили новые волны холода и заморозки. И вот тут бы котельным подтопить слегка, но нет! Согласовать нужно, кучу бумажек заполнить. Перебьетесь, люди добрые! Вот и закутывались продрогшие граждане в сто одежек, откапывали теплые шерстяные носки с начесом, благополучно забытые на зиму в шкафу, подключали обогреватели. Бррр! Как вспомню – так ёжусь. А, нет, это, пожалуй, от холода. Эх, мне бы сейчас мой любимый плюшевый халат и теплые тапочки со смешными собачьими мордочками, подаренные когда-то заботливой Машкой…

Во дворце пахло зимой. Температура падала, приводя всех в недоумение. Те немногие дамы, что не были заняты подготовкой к приему, уже более не щеголяли голыми плечами и открытыми шейками, а все больше заворачивались в изящные теплые пелерины. Ну, хоть какой-то плюс от ситуации. Я стремительно шел по дворцу. Скоро час Х, пора переодеваться. Вермаль, опять же обещал заглянуть. Кстати, его покои располагаются недалеко. Может, самому за ним зайти? Ему будет приятно. Не похоже, что у братишки здесь много друзей.

Мне подумалось, что это неплохая идея, и я тут же сменил маршрут, направившись к его комнатам.

На стук послышался придушенный детский вскрик и подозрительный шум. Моя реакция была мгновенной – распахнув дверь, я кинулся внутрь и застал там вопиющую картину. Мальчишка лежал на полу, лицо его могло посоперничать с белоснежной простыней, губы и нос жестоко разбиты в кровь, рука окровавлена, одежда местами порвана. В глазах плещется непонимание и ужас. Он пытался ползти ко мне, но выходило плохо. Рядом никого не было видно.

Пулей подлетев к брату, я только и успел аккуратно взять его на руки, бормоча что-то успокаивающее, как вокруг нас закрутилась воронка перехода. Ловушка?! Твою ммать!

Секунду спустя я обнаружил себя с телом брата на руках, стоящим в огромном темном подвале перед открытой клеткой. Она была пуста, ее постояльца нигде не было видно. И здесь было воистину холодно. Пар густыми клубами шел изо рта. Так, из плюсов - я знаю, где мы оказались, из минусов – лучше бы мне ошибиться.

Родной, забористый русский мат полился  неудержимым потоком, принося ощутимое облегчение. Громко выражать свои эмоции я не стал, но даже шепот вышел весьма впечатляющим и колоритным. Поаплодировал бы себе, да руки заняты. Слава Богу, Вермаль, кажется, потерял сознание при переходе. Ребенку такое слышать не надо. Исполнит потом нечто похожее при Саннаре – не расхлебаешь. Но какая же паскуда могла так мальчонку отделать? Узнаю – лично на ленточки порву. «Ага, будет потом, чем помидоры на даче подвязать, - вмешался внутренний голос, - давай уже, Аника-воин, ищи выход, а то вы в этом морозильнике скоро дуба дадите. Оба. »

Подвалы дворца были поистине огромными. Шершавые каменные стены держали высокие сводчатые потолки, теряющиеся во мраке. Прямо, пещеры Мории. Бесконечные залы и переходы были крайне скудно освещены крохотными тусклыми светлячками, закрепленными на равных промежутках у стен и ответвлений. Кому понадобилось тут такие катакомбы возводить? «Точно! Нет бы, как нормальные люди, понаставить кучу кандеечек с замочками, чтоб Саннару картошку и банки удобно было хранить», - когда я нервничаю, ирония так и прет.

Вот уже минут десять я двигался по подвальным помещениям дворца, руки совершенно потеряли чувствительность, голову сдавило ледяным обручем. Вермаль не просыпался. Становилось все холоднее. На полу и стенах образовалась скользкая ледовая корка.

Сложность заключалась в том, что я абсолютно не представлял куда идти, следовательно, скорее всего, когда нас кинутся искать и найдут, живыми мы уже давно перестанем быть. Так, я крепкий мужик, еще немного потерплю, а братишка может на такой температуре не проснуться уже никогда. Оберну-ка я его своим камзолом. С этими мыслями я аккуратно положил свою ношу на одну из каменных скамеек, периодически встречающихся в залах, и непослушными руками стал стягивать камзол. Внезапно позади послышалось…дыхание! Прямо под ухом. О! Дайте угадаю, кого мне посчастливилось встретить в этом прекрасном счастливом местечке – лисичку! Застыв на секунду, я отстраненно рассудил, что справится с таким зверем на его территории, да еще и с братишкой на руках - дело неподъемное. Значит, надо постараться сбить его с толку, нарушив общепринятую форму поведения. Проще говоря, оказавшись рядом с таким впечатляющим экземпляром местной фауны, все, наверняка, кричали и бежали, я же просто не буду обращать на него внимания. Будь, что будет.

Животные чувствуют наш страх. Так что я спокойно и неторопливо доделал начатое дело, завернул в свой просторный камзол бессознательное тельце братишки, поднял его на руки и, внутренне обмирая от осознания собственной бесшабашности, зашагал вперед, как ни в чем не бывало. Огромная белая тень следовала сбоку, периодически скрываясь в тени. Оценив ее размеры навскидку, я мысленно присвистнул: метра три в высоту, в длину около семи, не считая хвоста.

- «Может, вам потеплее сделать? - раздался незнакомый женский голос прямо в моей голове, - мне, конечно, так комфортнее, но ваш вид любит, когда совсем жарко.»

Сказать, что я выпал в осадок – значит промолчать. Или у меня бред начинается? А! была – не – была! Чего нам терять?