Настоящий папа для хоккеиста

Глава 7

Ирина

«Дядя Илья» дождался, пока Ник выйдет из палаты и вновь посмотрел на меня с тем же подозрительным прищуром, который я увидела, когда открыла глаза.

- Ирин, - опять громыхнул он, - давайте сначала я скажу, а потом вы будете задавать мне вопросы, - к окончанию фразы Илья говорил уже тише. Или это я привыкла к его манере речи.

По идее, громкие и неожиданные звуки должны были меня пугать. Но вот только… почему-то не пугали. Почему-то этот здоровяк меня в принципе не пугал. Хотя, при желании, он мог бы отделать меня похлеще него. Сил точно на это хватит.

Сумбур в чувствах и ощущениях решила отложить на потом. Сейчас я точно плохо соображаю. Да и есть дела поважнее.

- Вчера вечером, - начал свой рассказ мужчина, - я встретил вашего сына у дома. Он сидел на лавочке с хоккейной сумкой и ждал, пока вы спуститесь, чтобы отвезти его на тренировку. Когда вы не пришли через пять минут, он решил подняться к вам. Еще через некоторое время, из дома выбежал ваш муж…

- Он мне не муж, - резко прервала речь Ильи, отчего-то возмущенная его предположением, что это чудовище могло быть моим мужем.

- Хорошо, - невозмутимо кивнул он, хотя я успела заметить его удивление. – Ваш сожитель, - подобрал он подходящее слово, - выбежал из подъезда. Я не сразу понял, что это он, но затем решил также подняться и посмотреть, где Никита.

- Зачем? – нахмурилась.

Пока что мне не очень удавалось уложить в голове тот факт, что практически незнакомый нам мужчина решил влезть в чужие семейные разборки.

- Он оставил внизу свою сумку, - пояснил Илья. – Поднявшись, я столкнулся с бегущим вниз Никитой. Он был напуган, - на мои глаза навернулись слезы, бедный мой мальчик. Не представляю, как на нем отразилось вчерашнее. Надо бы, наверное, сводить его к психологу. Потом, когда мне станет лучше, и меня выпишут из больницы. – Когда мы подошли к вашей квартире, сквозь распахнутую дверь я увидел вас, лежащую на полу. Сильно избитую. Поскольку мой друг работает хирургом в больнице, я решил отвезти вас к нему. Пока вы находились тут, Никита ночевал у меня.

Здоровяк замолчал, изложив основные факты и предоставляя мне возможность осознать случившееся. Что же… надо бы сказать ему спасибо. Зачем ему это надо – непонятно, но я была благодарна, что он смог позаботиться о Никите. Да и обо мне тоже.

- Мне нужно знать, - осторожно продолжил он, - вы собираетесь писать заявление?

В голосе мужчины слышалось недовольство. Словно он уже заранее решил, каким будет мой ответ, и он ему не нравился. Прекрасно понимая, что именно он предполагал, я решительно помотала головой, отрицая саму возможность возвращения к нему. Илья нахмурился, неправильно истолковав мой жест, и уже открыл было рот, чтобы сказать что-то еще, но я его прервала.

- Да, - заявила, посмотрев на него настолько твердо, насколько могла. Мой ответ его удивил, но на лице Ильи мелькнуло удовлетворение. А мне стало отчего-то радостно, что я его не разочаровала. – Он ударил моего сына. Я заметила синяк. Одного этого мне достаточно для того, чтобы хотеть от него избавиться. Что уж говорить про мое состояние…

- Отлично. Тогда я приведу завтра знакомого полицейского, составим протокол. Я прослежу, чтобы его нашли и засадили за решетку.

- У вас и знакомые юрист и киллер, наверное, есть, - вспомнила старую шутку про подобных друзей.

Илья недоуменно сдвинул брови, а потом, усмехнувшись, покачал головой.

- Юрист есть, а вот с киллером пока не довелось подружиться.

Я улыбнулась, довольная тем, что он меня понял и поддержал мою неуклюжую попытку пошутить.

- Тогда с вами полезно водить знакомство.

- Очень, - в зеленых глазах блеснул озорной огонек.

- Простите, - я, вдруг, осознала, что кроме имени и того, что он – мой сосед снизу, ничего про него не знаю, и решила начать с фамилии, - а как вас зовут?

- Моров Илья Владимирович, - представился мужчина. – У меня еще к вам пара вопросов, - поспешил добавить.

- Давайте на «ты», Илья Владимирович? – предложила.

Было довольно странно обращаться друг к другу так холодно и отчужденно, после подобного.

- Хорошо, - улыбнулся Илья. Какая очаровательная у него улыбка, широкая, заразительная, он даже моложе казался, когда улыбался. Хотя и так был не слишком старым. Лет тридцать пять-тридцать семь.

- Какие еще у тебя вопросы? – подтолкнула, потому что Моров неожиданно замолчал.

- Я так понял, что кроме тебя у Никиты никого нет?

- Все верно, - подтвердила, а сердце сжалось от застарелой боли.

Родители погибли в автокатастрофе несколько лет назад, а я до сих пор не могла привыкнуть к тому, что больше никогда не смогу поговорить с мамой. Услышать, как она ворчит, сетуя на беспокойного отца, в очередной раз решившего отправиться исследовать необъятные просторы нашей родины. Или поговорить с папой, спросить у него совета.

С отцом же Никитки мы не поддерживали отношения. Он знал о том, что у него был сын, но не более того. Он оказался просто донором спермы, сбежавшим от меня, как только я объявила о своей беременности. А ведь обещал золотые горы, твердил о вечной любви…