Настоящий папа для хоккеиста

Глава 8

Илья

Итак, на моем попечении оказался восьмилетний пацан. Пока я упрашивал его мать разрешить мне приглядывать за ним, все пытался понять – на кой хер мне это надо? Жил себе, не тужил, периодически потрахивал малознакомых баб, баловал детей Строгановых. В общем, радовался жизни и не собирался в ней что-то менять. И тут, на тебе, по собственной воле ввязался в сомнительную авантюру.

Вообще, альтруизмом я не страдаю. Но и разбирать себя на винтики я не привык. Раз уж решил, что так будет правильно, значит, буду идти по этому пути до конца.

Я догадывался, что Ира не в восторге от моей затеи. Но ей пришлось согласиться. Видимо, выбора у женщины особого не было. И я был этому рад.

Какая-то часть меня, животная, была в восторге от всего происходящего. Она считала, что так я смогу завоевать доверие женщины и в последствии затащить ее в постель. Не скажу, что я и правда собирался так поступить, но мысль проскакивала. Довольно грубо и не по-джентльменски, да, но и праведником я себя не считал.

Выйдя из палаты после того, как получил кучу наставлений, чем кормить Никиту, а также уточнив расписание его тренировок, подозвал мальчика, сидящего недалеко на стуле, к себе.

- Мама зовет тебя, пообщаешься и поедем в гости, - сообщил ему, открывая дверь.

- Хорошо, - кивнул неохотно Никита.

Видно было, что ему хочется остаться с матерью, но перечить он не решался. Ничего, когда мы приедем на день рождения бандитов, он отвлечется, развеется. Всяко лучше, чем провести весь день в больнице.

Пока малой общался с мамой, решил переговорить со Стасом. Найти друга не удалось, пришлось перехватить спешащую куда-то медсестру. Та не очень любезно сообщила, что доктор Карпин находится в операционной и освободится примерно через час. Ждать его столько времени я не собирался, поэтому вернулся к нужной палате, забрать Никиту и отправиться, наконец, на праздник.

- Мы приедем завтра, - сообщил волнующейся женщине, - а сейчас съездим на день рождения к моим крестникам. Они одного возраста с Никитой, так что ему там должно быть интересно.

- Хорошо, - кивнула Ира, прикусив полную нижнюю губку.

Против воли залип на этом, по сути, невинном жесте. В голове промелькнула картинка: уже я сам прикусываю ее губки, целую, срывая легкие стоны. Купаясь в ее и своем желании. Хотелось, чтобы вместо настороженности, ее взгляд был полон желания и… любви?

Тряхнул головой, отгоняя подобные мысли. Какой еще любви, черт возьми? Что за бред лезет в голову? Подобные мысли уж точно сейчас не к месту. Может, потом… когда-нибудь…

- До завтра, Ир, - натянуто улыбнулся блондинке, кивая Никите, чтобы следовал за мной.

- Пока, мам, - улыбнулся он, целуя мать в щеку.

- До завтра, дорогой, - нежная улыбка в ответ. – До свиданья, Илья, - неуверенный взгляд в мою сторону.

Подавил тяжелый вздох. Черт его знает, зачем и почему, но мне очень хотелось завоевать доверие этой женщины. Все-таки, Моров, ты влип. По полной.

Когда мы садились в машину, Никитка подозрительно на меня посмотрел, открыл рот, чтобы задать какой-то вопрос, но тут же его захлопнул.

- Что такое? – поинтересовался, заводя мотор.

- Почему мама разрешила мне остаться с вами? – немного подумав, спросил он.

Теперь думать и подбирать слова пришлось мне. И что на это можно ответить? Потому что у твоей мамы нет никого, кому она могла бы довериться, и ей пришлось вручить жизнь и благополучие своего сына в руки малознакомого мужика, который вполне мог оказаться извращенцем и психопатом?

Скажи я такое, малец выскочит из машины на полной скорости. И тогда у меня точно не будет никаких шансов завоевать доверие его матери.

Так и не решив, как правильно ответить, сказал, как есть:

- Я предложил твоей маме присмотреть за тобой, пока она приходит в себя. Она согласилась.

- Но она же вас совершенно не знает, - справедливо заметил малой.

- Мы общались с ней пару раз, - ответил уклончиво.

Никита нахмурился, явно не принимая такое объяснение. Вот только ничего другого я предложить не мог.

- А ты бы предпочел остаться в одиночестве?

- Нет, но… - мальчик закусил губу, чем очень сильно напомнил мне свою мать. – Это странно…

Согласен, малой, согласен. Эти два дня вообще очень странные выдались. И что-то мне кажется, что дальше будет еще страннее.

Пока ехали до дома Строгановых, он сидел молча, задумчиво глядя в окно. Не задавал больше вопросов, на которые я не мог ответить, но и не интересовался, куда мы едем и зачем. Я, конечно, вкратце обрисовал ему ситуацию еще вчера, когда мы искали подарки бандитам, но, честно говоря, ожидал от него больше любопытства. Олеся бы, например, уже весь мозг мне вынесла вопросами, а этот молчит, словно в рот воды набрал.

Подъезжая к воротам дома друга, кинул взгляд на свой участок. Сквозь открытое окно в машине до меня доносились звуки, которые ни с чем не спутаешь, стройка была в самом разгаре. Интересно, если там так кипит работа, почему Захарыч считал, что в доме уже можно жить? Надо будет сходить – посмотреть. В конце концов, я именно это пообещал вчера прорабу.