Настя. 33 несчастья

Глава 1

Настя

Сегодня в клубе небольшая заминка с охраной. Семён сказал, что разбирается. Я не лезу. Не моя компетенция. Мне и так много проблем от прежнего администратора в наследство осталось. С ними бы разобраться. Сегодня на очереди отчёты.

Приехал Михаил Александрович, владелец клуба, шеф. В хорошем настроении. Это сразу чувствуется: шагает легко, улыбается уголками глаз, разговаривает с персоналом, интересуется делами.

Меня до сих пор удивляет, как он вообще доверил мне клуб. Мне — двадцатидвухлетней девчонке без опыта, только диплом на горизонте да горящие глаза. А он поверил. Ещё и наставника приставил. Не просто «надзиратель», а настоящий наставник… Анна Геннадьевна с огромным опытом работы и добрым сердцем. Невероятная женщина, мой пример для подражания.

А ещё и сам помогает.

Это работа моей мечты. И то, ради чего я училась. Управление бизнесом. Живое, дышащее дело. А не Excel-таблицы в пыльном офисе.
И вот я здесь. В этом клубе. С отличным коллективом, чёткими процессами и возможностью расти. Тройное везение, как я про себя шучу. Поэтому стараюсь изо всех сил. Каждый день, как экзамен, который хочется сдать на «отлично».

Обсудили с шефом текущие дела, получила от него новые ценные указания (ЦУ, как он их называет). Потом он ушёл к Семёну разбираться с той самой «заминкой». Может останется помогать, он уже так делал. Для него это не просто бизнес, это его детище. Он сюда душу вкладывает.

Я вышла в туалет. Но едва прикрыла дверь, как заметила его.

Мужчина. В берцах, потёртых джинсах и кожаной куртке, будто сошёл с обложки какого-то боевика. Здоровый. Лицо со шрамом. Выглядит как бандит из фильма про 90-е. Точно не из тех, кто приходит сюда отдыхать. Да и до открытия ещё рановато.

Он зашёл в служебное помещение.
Я прикрыла дверь туалета, оставила щель.
Вышел, пошёл дальше. Заглянул в следующую комнату. Потом в третью.
И наконец скрылся в серверной. Там, где всё оборудование. Туда нельзя посторонним.

Сердце у меня упало в пятки.
Что он там делает? Кто он?

«Крикнуть? А если он выйдет и будет хуже? Семён далеко...»

Не долго думая, выскочила в коридор, схватила огнетушитель у стены. Тяжёлый, холодный, но знакомый с учений. Встала у двери серверной. Задержала дыхание.

Дверь открылась.
Он вышел.
Я… ударила.

Бах. По голове. Точно, как в инструктаже: «если угроза, то действуй решительно».
Только вот угроза ли?

Он осел на пол. Без звука.
Потом мой собственный голос, дрожащий, почти не мой:
— Помогите!!!

Я опустилась рядом. И пришло осознание...

Боже… Что же я наделала?

— Михаил Александрович… — прошептала, когда он подоспел первым, — Кажется, я его… того…

Слёзы уже давили изнутри, висели на ресницах, но не падали, будто боялись.

— Он ходил по коридору… осматривал всё… потом зашёл в серверную. Я испугалась! Думала, вдруг сломать что хочет… или украсть… Решила остановить... И вот... приподнимаю огнетушитель.

Михаил Александрович быстро проверил пульс.
— Живой, Настя. Это Дима. Я его вызвал на помощь охране. Воды принеси!

Я вскочила, побежала. Стакан, полотенце, всё, что под руку попалось.
Когда вернулась, он всё ещё лежал. Бледный. Небритый. Шрам чётко выделялся на коже.
Я опустилась на колени. Смочила полотенце, аккуратно протёрла ему лицо, приложила ко лбу. Легонько похлопала по щекам.
— Дмитрий… очнитесь, пожалуйста…

Наклонилась ближе. Обхватила ладонями его лицо — тёплое, но колючее от щетины.
Больно, наверное, было… когда шрам получил. Но глаз не задет, это хорошо.

И вдруг его веки дрогнули.
Глаза медленно открылись.

Сначала растерянно. Как будто из глубокого сна.
Потом взгляд сфокусировался… прямо на меня.

Глаза серые, как небо перед дождём. Радужка тёмная, почти графитовая, с едва уловимыми крапинками, будто в сталь попала звёздная пыль.

Я замерла.

Не знаю, сколько это длилось, секунду или целую вечность. Но в этот момент как будто всё вокруг исчезло. Остались только эти глаза.

Потом резко жар.
Как будто обожглась.
Резко отдернула руки, отвела взгляд. Щёки вспыхнули.

Михаил Александрович помог ему сесть. Проверил зрачки, спросил, как самочувствие.
Он провёл ладонью по затылку, взглянул на кровь на пальцах — без удивления, будто видел такое не раз.

— Бывало и хуже. Жить буду.

Все начали расходиться. Только я осталась. Стою в сторонке, не зная, куда деться.
Извиниться? Помочь? В больницу с ним поехать? Лечение оплатить?.. Это же я его…

Когда он спросил: «Что вообще произошло?» — я не выдержала. Подошла, опустилась рядом. Голос дрожит, но я говорю честно, как есть:

— Дмитрий… это я. Я вас ударила. — Подняла огнетушитель, будто доказательство. — Думала… вы что-то плохое задумали. Простите, я не знала, что вы охранник.

— Охранник? — переспросил он, и в его глазах читается чистое недоумение.

Меня будто током прошибло.
— Боже… — повернулась к Михаилу Александровичу, — он же ничего не помнит! Я его так сильно приложила… Он не знает, кто он!

Внутри всё сжалось. Чуть человека не убила. Покалечила. Память отшибла… Что теперь будет?

— Настя, угомонись, — мягко сказал Михаил Александрович. — Сейчас разберёмся. Иди работать. Всё под контролем.

Я кивнула. Но ноги не слушались. Хотелось сказать ещё сто раз «простите», объяснить, что я не сумасшедшая, просто… просто испугалась. За клуб. За людей. За то, что дорого.

Они ушли в кабинет охраны.
Но по пути он несколько раз оглянулся.
На меня.
Вроде бы не злобно. Скорее задумчиво.

Я сползла по стене, села на пол. Рядом огнетушитель, как насмешка.

Потушила, блин, пожар… А надо было просто позвать на помощь. Бестолочь форменная...

Посидела минуты две. Потом встала.
Сейчас не время для истерик. Скоро открытие.
Ещё успею с ним поговорить.
А пока работа.