Наташа, вставай!

О внезапных собаченьках

В Люсиной квартире никогда не знаешь, кого повстречаешь с утра в коридоре. Вот однажды, например, я вышла утром заспанная еще, открыла дверь, а на меня радостно прыгнул гималайский медведь. Зашла я задом обратно, закрыла дверь, подумала. Нет, ну понятно, я с утра не особо свежа, мне еще и не то привидится, до кофе-то. Открыла дверь снова, гималайский медведь там. Привязан у меня под дверью, машет огромной башкой, стучит хвостом по полу. Под медведем прыгают таксы, очень счастливые, по ним сразу видно: медведь – женщина, и она хороша.

Медведь-женщина оказался метисом ретривера, черным с белым пятнышком на груди, мохнатым и восхитительным. Примерно 35 килограммов жизнелюбия и обаяния. Люся повстречала гималайского медведя еще вечером на прогулке с собаками. Сразу было ясно, что медведь – потеряшка, очень уж ручной и круглобокий. Она оставила ему большую миску с кормом и пожелала найтись скорее. А наутро встретила на том же месте. Стало ясно, что с медведем надо что-то делать.

В общем, Люся, недолго думая, привела гималайского медведя домой и стала искать его хозяев. Хозяева скоро нашлись. Оказалось, они из соседнего городка, приехали в гости и забыли закрыть калитку, а собака от большого ума ушла и не нашла дороги обратно. Да, такие собаки бывают. Гималайского медведя звали Лиза. Лиза всегда была готова уронить вас на пол или хотя бы обнять за талию, такая собака.

Потом за Лизой приехала хозяйка, страшно благодарила Люсю и одаривала конфетами.

Жизнь такса Джоуля снова разделилась на «до» и «после». Ну да, в его жизни уже была Большая Любовь (в прямом смысле большая) – псинолошадь Берта. Но с тех пор утекло много воды, Джоуль залечил израненное сердце, и вот, наконец, оказался снова готов полюбить. И вновь его разлучили с Ней.

Джоуль, кстати, всегда точно знал, что собачий рай находится у меня в комнате. Во-первых, ему доподлинно было известно, что я утаивала там от него котиков. Во-вторых, я иногда приходила из зоомагазина и пахла тамошней таксой Джиной, а то и вовсе той-терьером Элеонорой. Поэтому Джоуль всерьез подозревал, что маленьких собачек я коварно тоже в комнате утаиваю. А однажды я еще сделала страшное, запекла в духовке утку, от которой Джоулю напрочь снесло голову, он вел себя, как уточный наркоман. И с тех пор он подозревал, что удивительных качеств печеных птичек я тоже у себя таю и не даю длинному песику.

Теперь вовсе произошло чудовищное. Большая собачка Лиза была привязана у меня под дверью. А потом Лизы там уже не было, а запах остался. Ясно же все, ну.

То есть, по мнению Джоуля, у меня в комнате были котики, уточки, маленькие собачки, большие собачки, многочисленные собаки-женщины, а еще до сих пор неразгрызенные кошачьи игрушки, и мячики, а еще… в общем, все очевидно, да? Клондайк, земля обетованная, рай с гуриями, куда пускают, наверное, длинных собачек, которые вели себя в прошлой жизни предельно хорошо. И я – царь Кащей, чахну над всем этим богатством, скрываю от песика возлюбленную и сама жую котиков, мячики и уточек. Потому что я жестокосердная и жадная.

Вообще потеряшек Люся находит с завидной регулярностью. Или они ее находят. Вот в другой раз одна такая собаченька пошла за ней, как за тем подозрительным типом с дудочкой, как оно обычно и бывает, но это не суть. Собаченька была мегамозг и целенаправленно кидалась под машины, засим оставить ее на улице побоялись. Пробовали опрашивать людей на той улице, искать хозяев. Собаченьку никто не знал.

В этот раз найденыш, по крайней мере, оказался не женщиной. Зато он был с таксами свой парень, и еще неизвестно, что хуже.

Словом, собаченька стала методично разносить квартиру, а Люся с Димой – нервно пытаться найти ее, собаченькиных, счастливых владельцев, чтобы оная собаченька наконец уехала уничтожать свою квартиру, собственную.

Проблема оказалась в том, что собаченька была лабрадором. Очень юным лабрадором, полугода примерно от роду. А у Люси, напомню, имеются таксы, в количестве двух штук. Так вот, лабрадор плюс таксы — это очень, очень гремучее сочетание. Люся говорила, отличная собачка, очень милая, пока не пытается сожрать, к примеру, мусорное ведро вместе с содержимым прямо на глазах изумленной публики.

А еще собаченька содержалась, скорее всего, у кого-то во дворе и к прогулкам оказалась не приучена совершенно. Ну то есть всякую свою нужду она справляла непринужденно, с радостным лицом, там, где приспичило. Да, кстати, в небольшом лабрадоре помещается весьма богатый внутренний мир.

В общем, по соцсетям объявление сразу развесили, хозяев не нашли. Был вариант еще искать хозяев по клейму питомника. И вот тут все оказалось совсем интересно. Чтобы отыскать в собаке клеймо, собаке, кстати, надо еще слегка подбрить брюхо. Попробуйте подбрить брюхо довольному жизнью лабрадору, вам тоже наверняка будет весело, а уж как весело и ногодрыжески при этом будет лабрадору!

Клеймо, судя по всему, ставил пьяный урка. Обычно оно состоит из букв (латинских, я подчеркиваю!) и цифр. Цифры видны были отчетливо. А с буквами беда.

Измаявшаяся Люся показала песье брюхо в неофициальном чатике коллегам. Из трех букв хорошо видна была первая «Х». Вторую видно смутно, но что-то от игрека в ней точно было. И третья там с загадочным изгибом. В общем, мы всем интеллигентным редакторским чатиком радостно признали в надписи три самых русских буквы. Ну вот такой он... пронумерованный. Кое-кто показывал фотку независимым экспертам, про собственные подозрения умалчивая. Независимые эксперты также проявляли редкостное единодушие. Ну что же делать, как бы говорили они, такая собачка, любите как есть. А зовут его, наверное, Забором. Или Лифтом еще вариант.

Параллельно Люся перерывала объявления о песьих потеряшках. Нашла объяву о пропаже собаки с похожим клеймом. Все ничего, но это был чихуахуа. Я вот сразу Люсе сказала, ну мало ли, из копытца попил, козленочком, простите, теленочком, простите, лабрадором стал, а потом, мало ли что творят генно-модифицированные продукты. Главное, не говори собаченьке, что он, допустим, толстый для чихуахуа. Нельзя так славных песиков обижать.