Наташа, вставай!

Праздничный котик

Впрочем, был у меня как-то не менее запоминающийся праздник, уже когда я жила в той квартире, что напротив Люсиной.

Вот чем может, например, заниматься человек вечером 8 марта? А я вам скажу – чем. Например, вооружиться шваброй, растительным маслом (нерафинированным!), молотком, тряпкой, перчатками, уголком 2,5 метра (две штуки), скотчем и шприцем – и два часа вытаскивать котика из бетонной плиты. Нет, инструментарий не случайный, все остро необходимое, а вы как думали. Ну не случилось у нас под рукой строительной бригады с отбойным молотком, а других вариантов спасения котиков в таких ситуациях даже интернет не знает. Пришлось импровизировать.

Спойлер. Котика спасли. Нет, котик был не мой и не Люсин, совершенно посторонний незнакомый долбокотик с очень широким лицом, который ухитрился этим лицом застрять в толще пустотелой бетонной плиты. Намертво, вообще.

А дело было как. В половине восьмого ко мне постучались Люся и собаки. Они ходили гулять и повстречали внезапное. Люся говорит, я иду, радуюсь жизни, в ушах наушники, думаю, как же хорошо, весна, тепло, высохло все наконец, солнышко светит (уже не светит, но плевать), птички поют (не то чтоб заливались, но кому какое дело), кот из бетонной плиты торчит… ээээ – КОТ????

В общем, альтернативно интеллектуально одаренное животное котик решило исследовать бетонную плиту. Знаете, эти длинные пустотелые плиты, в которых с торца такие сквозные дырки, они с одной стороны еще пошире, а с другой, наоборот, поуже. Сантиметров так десять в диаметре с одной стороны, а с другой – шесть от силы. Котик забрался с той стороны, которая пошире. Развернуться не смог и решил идти на свет в конце туннеля.

Потом он, видимо, догадался, что что-то пошло не так. Но котик был упорен и не сдавался на пути к цели! Это оказалось не только интеллектуально одаренное, но и целеустремленное животное. Сначала он полз. Потом ввинчивался. Натурально, я вам говорю, ввинчивался! Как штопор. Потому что с другой стороны он торчал уже вверх ногами. Хотя ноги-то как раз и не пролезли. Пролезла голова. Все. Перевернутая. Если очень постараться, можно сунуть внутрь палец и убедиться, что ноги поджаты вбок, ввинчивался же.

Ну и все. Ни туда, ни сюда. Голова прошла, а весь остальной котик – никак, совсем. Когда Люся его встретила – он уже выбился из сил и выбраться даже не пытался. Просто торчал из плиты. И вытащить его, не оторвав голову, возможным не представлялось.

Люся говорит, я не знаю, кому можно позвонить. Может, МЧС? Я говорю, окстись, женщина. Восьмое марта. В МЧС нам скажут, гыыыы. У них на праздники, полагаю, предостаточно застрявших где-либо людей и вообще сплошное веселье, не до зверушек.

Тогда Люся пошла советоваться к Диме. Дима сказал, надо котика пропихнуть. Если с той стороны он вошел, значит оттуда же сможет и выйти.

Люся постучалась снова и спросила, тетка, у тебя есть масло? Я говорю, да. Растительное. Нерафинированное. Бери, сказала она. Может, если он будет скользким, проталкивать станет легче.

И мы пошли. Люся взяла еще перчатки и тряпку, я взяла швабру. А как еще прикажете его пихать? У него, между прочим, зубы!

Шли, помахивая кто белым флагом, кто шваброй. Праздничные такие, классные. Колоритнее, пожалуй, было бы только на эту швабру сесть.

Нашли кота, кот сказал, горите в аду. Вспомнили про масло, вернулись, снова нашли кота. Кот сказал, умрите.

На месте оказалось, швабра бесполезна. В швабре – метр, а в плите – пять (Дима потом измерял собой – ровно три сажени).

Масло тоже помогло не очень. Скользкий кот в объемах, увы, не потерял нисколько. Зато запахло буквально праздником. Давай назовем его Винегретом, растроганно предложила Люся.

Кот сказал нам еще много ласковых матерных слов. Даже, кажется, поздравлял с восьмым марта. А мы его водичкой из шприца поили, между прочим!

Оказалось, у него начался отек, голова теперь была раза в три шире той чертовой дырки, так что упихать ее внутрь оказалось тоже невозможно.

Тогда Люсю с тряпкой сменил Дима с молотком (все это время кто-то ведь должен был еще оставаться с девочкой Полиной!). Я светила фонариком, а Дима аккуратно оббивал по периметру бетон вокруг дырочки. Со стороны отчетливо казалось, что он старательно отчекрыживает коту голову. Прохожие косились задумчиво и нервно, но предпочитали не уточнять обстоятельств. Молоток, он не очень располагает к задушевному ночному общению.

Кот время от времени повторял «сдохните твари ненавижу вас горите в аду», ну или что-то еще столь же благодарное и жизнеутверждающее.

Наконец ширина дырки позволила высвободить голову. Весь остальной кот на эту сторону все равно не пролезал. Оставалось только пихать его вместе с головой на ту. Кот влез в дырку целиком… и остановился на середине тоннеля! Потому что развернуться он там не мог, надо было пятиться. Кот оказался в глубине души немного тараканом и пятиться категорически не желал.

Ну то есть понятно, да? Лицом он все еще к узкой стороне. И если оставить его так (помним о высоком интеллекте) – рано или поздно он снова попытается выбраться… вперед, через узкую сторону! И наша песня хороша, начинай сначала! Пытались с нужной стороны пугать. Я нашла стеклянную бутылку, стучала ею по плите. Кот светил из дырки глазами и говорил, ну вы в курсе.

В общем, встала новая проблема. Три сажени, да. То есть для пихания кота до выхода нужна прямая палка длиной в пять метров. Возвращались снова, на сей раз за уголком, его можно соединить скотчем и выйдет как раз пять метров. Диму снова сменила Люся, Дима пошел купать девочку Полю, мы с Люсей понесли к плите уголок.

…И нет, я не хочу знать, что думали проходившие и проезжавшие мимо люди при виде пары девиц, с нервным ржанием рыбачащих пятиметровым уголком в бетонной плите. Впрочем, учитывая, что рядом на плите стояла пустая бутылка и лежал шприц, вполне возможно, они не задавались вопросами. Полагаю, мы производили впечатление. Это называется – эффектные женщины. Да.