Научи меня прощать

Глава 64.

Ольга остановилась у окна, затянутого морозным узором. На отрывном календаре на стене Зининой кухни значилось – 15 декабря 1988 года.

Сегодня в троллейбусе один из пассажиров, влетев в салон с красным от мороза носом, весело выдал: « Уважаемые пассажиры! За бортом минус девятнадцать! Полёт нормальный! Всех с наступающим Новым годом!»

Люди рассмеялись. Ольга тоже смеялась вместе со всеми.

Из-за мороза окна были в морозных узорах, да таких, что рассмотреть что-то на улице было сложно. Но она знала один секрет.

Нужно было взять монетку, (лучше всего – в пять копеек, она больше), нагреть её на горячей батарее. А потом открыть одну раму, и приложить монетку к стеклу.  Оттаявшее окошко будет совсем круглым, маленьким глазком в замороженную, ледяную зимнюю сказку предновогодней улицы.

Правда, возможность такая была только у тех, кто не заклеивал на зиму окна. При открытой форточке узоры тоже не появлялись. 

В субботу, 17-го декабря – её свадьба. Снова.

Но на этот раз она будет совсем тихой, без гремящей музыки, толпы завидующих «подружек», без гордой родни, которая будет снисходительно посматривать на остальных приглашенных…

Праздник намечался на выходные, чтобы у немногочисленных гостей не было проблем с получением «отгулов».

Ехать нужно было только Семёну с Соней. Все остальные гости уже были в городе: несколько друзей Кости, Зина и Яков Григорьевич, две институтские подруги Ольги, Светлана с Виктором и Верой. Вот и всё.

Ольга позвонила родителям и сестре сразу же, как только они вернулись из ЗАГСа, подав заявление на регистрацию.  Это было ещё в октябре, больше чем за два месяца до выбранной даты. Звонила из квартиры Кости.  Та была ведомственной, в «профессорском» доме для работников и преподавателей института.

Разговоры оставили неприятный осадок. Сначала Ольга позвонила сестре.

Татьяна отозвалась на новость с недоумением:

- Ты серьёзно? Замуж? Уже второй раз? Дааааа, сестричка, не ожидала я от тебя такой прыти. 

Татьяна помолчала, но потом всё-таки ответила довольно равнодушно:

- Мы не приедем.  Ты же понимаешь, не могу я вот так сорваться, это нужно отпрашиваться, ребенка пристраивать, да и расходы большие.  А в остальном – поздравляем тебя. Ну всё, пока!

И положила трубку.

Ольга не была удивлена. И даже не была особо раздосадована. Она понимала, что визит сестры с мужем на свадьбу только бы усложнил дело, поэтому как раз хорошо, что их не будет. А раз отказалась приехать Татьяна, значит и родители, скорее всего, не будут обрадованы её новостью. 

Но приличия нужно было соблюсти. 

Она набрала по межгороду номер родителей. Трубку снял, как всегда, отец.

- Папа, здравствуй. Как вы, все здоровы?

- Ну здравствуй. – Отец говорил сухо и коротко. – Здоровы. 

Ольга зажмурила глаза и набрала побольше воздуха. Тихо выдохнула, успокаиваясь.

- Папа, я выхожу замуж. Свадьба 17-го декабря. Мне хотелось бы видеть Вас с мамой, познакомить с будущим мужем?

- Вот, значит, как? Познакомить? Мать, слышишь? Иди сюда!

В трубке было слышно, как он зовёт кого-то. Наконец, трубка заговорила голосом матери:

- Оля, ты что? Совсем с ума сошла? Мы с этим твоим Костей даже не знакомы. А ты нас уже на свадьбу зовёшь?

Ольга вздохнула.

- Мама, нравится вам это с папой или нет, но я выхожу замуж. Пожалуйста, просто ответьте, ждать вас или нет. 

- Вот, значит, как? – Повторила мать отцовский вопрос уже с напряжением в голосе. 

– Получается, заранее рассматривала вариант, что мы можем не приехать?

- Да, мама, рассматривала. Потому что прекрасно понимаю, что Татьяна будет вам звонить. И уж с ней-то вы мне косточки перемоете. 

Она устало прикрыла глаза, но продолжила в том же духе.

- Татьяны не будет. Поэтому логично было бы узнать, собираетесь ли вы приехать с папой, поскольку нам нужно где-то разместить гостей. Нужно рассмотреть варианты с гостиницей.

- Что?! Гостиница?! Дочь, ты действительно думаешь, что мы согласны на гостиницу? – вмешался в разговор отец.

«Спокойствие, только спокойствие!» - Ольга припомнила слова Карлсона из известного мультфильма. Всё это – дела житейские.

- Папа, если ты собираешься спать на потолке, тогда этот вариант с гостиницей мы рассматривать не будем. Не забывай, что своего жилья у меня здесь нет. Никакого. Даже комнаты в общежитии.

- Что? Ты как с отцом разговариваешь? – Мужчина уже повысил голос. – Вертихвостка! Игорь, между прочим, звонил нам. Рассказывал, как ты с любовником гуляла. Лекарства нам достал, из самой Москвы привезли. С поклоном вручили. И денег с нас не взял. Настоящий человек! А Костя этот твой кто? Нет никто и звать никак!

Ольга не выдержала:

- А Игорёк, папа, не рассказывал заодно, как он меня на коврик придверный сажал? Как унижал и как издевался? Как я у него копейку на новую зубную щетку выпрашивала? Что же этот идеальный бывший мой муженек не обмолвился, как донос на меня настрочил, чтобы меня из института отчислили? Не говорил он вам, как знакомых просил подстроить моё увольнение, чтобы ещё и без зарплаты меня оставить? Нет?

Отец молчал.

- Для вас с мамой Игорь, может быть, и идеальный. Только жить с мужем не вам, а мне. А я хочу жить с человеком, который во мне тоже человека видит. Вы это понимаете? Не вещь! Не собачку, и не тряпку! А человека!

- И чем это Игорь твою честь задел? Всего лишь просил дома сидеть и борщи варить. Так многие женщины о таком только мечтают. – Трубку снова взяла мама. – Что такого особенного он у тебя требовал? Ты что, в обносках ходила? Или ела одни макароны? Вот, Танечка, например…

Но Ольга её перебила:

- Что, Танечка, мама? Опять Танечка? Всегда, Танечка? Ты хоть помнишь, что у тебя ещё одна дочь есть? И это не Танечка. Я Ольга, мама. Ещё одна твоя дочь. Пусть даже я тебе не нравлюсь. Ни характером, ни поступками, ничем. Но я – твоя дочь. Мне надоело бесконечное сравнение с сестрой!